Командиры

Как уже отмечалось, потери дивизии после первого боя были весьма значительны. Выбывших офицеров заменили сержанты. Они хорошо справлялись с возложенными на них обязанностями, умели поддерживать в своих подразделениях твердую дисциплину. Около года дивизия не пополнялась офицерскими кадрами. И вот, наконец, появляется первое пополнение из резерва 59-й армии. Нам присылают майора на должность заместителя командира по строевой части. Но через две недели его пришлось откомандировать обратно, майор проявил себя классическим лентяем. Занятия с личным составом он считал никчемным делом, зато любил поболтать о выпивке не только с офицерами, но и с солдатами. Одним словом, разлагал дисциплину.

Затем нам прислали старшего лейтенанта и двух лейтенантов, которые находились в резерве больше полугода и всячески увиливали от направления в часть. Мы устроили им экзамен. Эта тройка не смогла толком рассказать об устройстве телефонного аппарата, а об организации службы связи вообще понятия не имела. В итоге они были отправлены в штаб дивизии.

Взамен погибшего командира штабного взвода Ковал ьчука Г.П. из госпиталя прибыл лейтенант. По первому впечатлению уже было видно, что он малограмотный, но начальник связи дивизии Куликов настоял на его зачислении в штат роты связи. И что же оказалось? Образование -7 классов, а расписывался как совершенно неграмотный, пропускал по две-три буквы в собственной фамилии. Но этот самозванец обладал хорошей памятью и был очень хитер. Вызывал к себе кого-нибудь из своих подчиненных якобы с целью проверки, хорошо подготовленный связист из рядового состава отвечал на его вопросы, так лейтенант и учился и в конце концов кое-что усвоил. Правда, он умел поддерживать дисциплину в подразделении. По окончании войны он был демобилизован одним из первых, хотя и пытался остаться в армии.

На должность командира кабельной роты прибыл капитан Зайцев П.М. Он хорошо знал дело и толково справлялся со своими служебными обязанностями, но первое время ругался как сапожник. После нескольких бесед взял себя в руки. Во время штурма Кенигсберга капитан Зайцев был сильно изранен. Город был уже взят, и артиллерия давно прекратила огонь, но какой-то немец выстрелил напоследок из миномета. 14 осколков получил Зайцев П.М., одним из них перебило сухожилие под коленом. После войны он долго лечился, потом проживал в Донбассе.

Осенью 1943 г. в расположении роты связи вдруг появились начальник связи 59-й армии, полковник, фамилии которого я не помню, и начальник связи дивизии Куликов. Армейское руководство проверяло работу подразделений связи нашей дивизии. Они уже побывали в двух стрелковых полках и напоследок решили устроить ревизию дивизионной службе связи. По прибытии к нам полковник отпустил Куликова, и мы остались одни. Ревизор был строг. Тут неладно, там не так, однако проверял лишь служебные документы. Сижу и думаю: «Лучше бы ты людей в деле посмотрел, и что это штабники так бумаге верят!» Но все же готовился принять выговор или замечание. Вдруг открывается дверь, и входит повар Шеметенко. В руках поднос, мол, обед принес. Признаться, я удивился, ведь он никогда для меня такого не делал. А Шеметенко накрыл стол и незаметно поставил около меня еще и литр водки. Одним словом, пообедали отлично. Полковник после этого проспал четыре часа, а потом один ходил по землянкам связистов. Вернулся после обхода в добром расположении духа, ну, значит, молодцы ребята, не подвели.

А пока полковник ходил по землянкам, я сбегал на склад, к Никитину, и спросил, зачем он дал повару водку. «Пришел Шеметенко, — ответил мне Никитин, — и говорит, что комбат приказал выдать литр водки, а ему, Шеметенко, налить 200 граммов». Все стало понятно, это шельмец Шеметенко захотел выпить за мой счет. Он ведь знал, что свою личную водку я хранил у Никитина. Выдавали нам по 100 граммов, а я не любил пачкать губы и втягиваться в алкоголизм, поэтому у меня всегда был НЗ.

Через неделю командующий 59-й армией вынес мне благодарность за отличную боевую и политическую подготовку связистов. После этого полковник приезжал ко мне еще раз шесть, но при этом не показывался в штабе дивизии. После третьего визита начальника связи армии вызывает меня командир дивизии генерал-майор Лукьянов. Вхожу, сидят еще начальник политотдела Кустов К.А. и начальник штаба. Комдив задает мне вопрос: «Кто здесь старше, я или комбат связи?» Стою в замешательстве и не понимаю смысла вопроса, тогда Лукьянов подсказал, что армейское начальство игнорирует штаб дивизии своим посещением, а прямо едет к связистам. И тут же похвалил меня за то, что умею поддержать честь дивизии.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке