Глава 3

Подмосковная «битва на Марне»

Оптимизм Франца Гальдера. Свежие армии, бригады и батальоны Сталина. Последний батальон или взвод? Лучшие батальоны 33-й армии Жуков перебрасывает в район действий 16-й армии. Жуков — фон Бок: схватка на жестокость. Решение фон Бока: ударить на Кубинку

Изучая историю битвы за Москву, рассматривая ее частные эпизоды и фрагменты, а затем составляя из этой, зачастую причудливой мозаики событий единую картину, невольно восхищаешься ее величием и ужасаешься жестокости и упорству, с которыми обе противодействующих стороны стремились исполнить свой солдатский долг. Общая картина наряду с этим дает представление о том, на каких направлениях и какими силами вермахт стремился завершить логику операции «Тайфун». И, одновременно, каким образом и какими средствами Красная армия разрушила планы Гитлера на Востоке в этот момент войны, что, как известно, напрямую повлияло на общий ход и исход и Великой Отечественной, и Второй мировой войны.

На той грандиозной картине совершенно очевидны два крупномасштабных сражения, в ходе которых группа армий «Центр» стремилась выйти непосредственно к Москве и завершить окружение армий Западного фронта для последующего их уничтожения, как это произошло под Вязьмой, Рославлем и Брянском (август — октябрь 1941 года), под Смоленском (август 1941 года), Гомелем (август 1941 года), Минском и Белостоком (июнь 1941 года), где, по разным источникам, в результате ликвидации успешно созданных и намертво замкнутых котлов было пленено 1 миллион 419 тысяч бойцов и командиров Красной армии, захвачено 8173 танка, 11 548 орудий.

Первым сражением было Истринско-Клинское. Вторым — Наро-Фоминское.

По поводу первого начальник штаба сухопутных войск Германии (ОКХ) генерал-полковник Франц Гальдер[34] 18 ноября 1941 года, то есть фактически на четвертый день начавшегося так называемого второго наступления на Москву, в своем знаменитом дневнике сделал следующую запись:

«13.30 — разговор с фон Боком: положение на фронте 13-го и 12-го армейских корпусов (4-я армия) продолжает оставаться напряженным. Все наличные резервы направлены в 13-й армейский корпус. 258-я пехотная дивизия[35] также брошена на юг. Организовать наступление 12-го армейского корпуса во фланг противнику, атакующему 13-й армейский корпус, невозможно из-за неблагоприятных условий местности и недостатка сил.

Фон Клюге выехал на фронт, чтобы выяснить, можно ли избежать отвода наших войск на рубеж рек Протвы и Лужи.

На мой вопрос, имеются ли вообще какие-то шансы на успех наступления, фон Бок ответил, что достижимой целью наступления северного фланга 4-й армии можно рассматривать пока лишь рубеж Истра — Клин. Вообще же фельдмаршал фон Бок, как и мы, считает, что в настоящий момент обе стороны напрягают свои последние силы и что верх возьмет тот, кто проявит большее упорство. Противник тоже не имеет резервов в тылу и в этом отношении наверняка находится в еще более худшем положении, чем мы».

Итак, в покуда еще оптимистичных записях Гальдера направление Истра — Клин фигурирует как направление наиболее реального успеха. Но надо заметить, что начальник штаба сухопутных войск Германии в своих планах и намерениях того периода сильно ошибался относительно «более худшего положения» войск Красной армии. После срыва первой попытки немцев овладеть Москвой, то есть еще в октябре, Ставка ВГК приняла решение о формировании в тылу страны десяти резервных армий. Но, как известно, формирование армии — дело, требующее достаточно продолжительного времени, а фронт жил, дышал, сражался и требовал пополнения после каждого боя, даже локального, которые принято было именовать боями местного значения. Поэтому одновременно с формированием армий Ставка спешно создавала еще 9 танковых бригад, 49 отдельных танковых батальонов и свыше 100 лыжных батальонов со сроком ввода в строй к 1 декабря. Кроме того, на усиление дивизий Западного и Калининского фронтов в те же сроки намечалось передать 90 тысяч маршевого пополнения[36].

Часть этих вновь сформированных подразделений вскоре вольется и в дивизии 33-й армии.

Резервы, направляемые Ставкой на наиболее угрожаемые участки, сыграли решающую роль, то есть ту роль, которую на них и возлагала история. 30-я армия Калининского фронта[37] получила четыре кавалерийские и стрелковые дивизии. 16-я и 5-я армии Западного фронта — две стрелковые дивизии и пять стрелковых бригад. В конце ноября на правое крыло Западного фронта на линию разграничения 3-й и 16-й армий были выведены и развернуты 1-я ударная и 20-я армии резерва Ставки. 2 декабря, когда создалась угроза в центре, на Наро-Фоминском направлении (противник прорвался к Алабине) Ставка передала в распоряжение Московского военного округа (командующий генерал П.А. Артемьев) четыре стрелковые, одну кавалерийскую дивизии и семь стрелковых бригад с задачей создания внешнего оборонительного пояса столицы[38].

На северном участке Западного фронта после упорнейших боев в районах Клина, Волоколамска, Солнечногорска и Истры, когда войска 3-й танковой группы генерала Рейнгардта подошли к Москве на расстояние пушечного выстрела, положение вскоре стабилизировалось. Контратака 1-й ударной генерала Кузнецова и 20-й армии генерала Власова увенчалась успехом. Противник был отброшен, фронт восстановлен.

В один из дней сражения на Истринско-Солнечногорском направлении Франц Гальдер занес в свой дневник следующую запись:

«22.11.1941 г. (154-й день).

…3. Фельдмаршал фон Бок лично руководит битвой за Москву с передового командного пункта. С его невероятной энергией он всеми средствами гонит войска вперед. Однако, как кажется, из наступления на южном фланге и в центре полосы 4-й армии ничего путного уже не выйдет. Войска здесь выдохлись. (К примеру, в моей старой 7-й дивизии одним полком командует обер-лейтенант, а батальонами — лейтенанты.) Но на северном фланге 4-й армии и 3-й танковой группы возможности для успеха еще имеются и они используются до крайнего предела. Фон Бок сравнивает это сражение с битвой на Марне, когда все решил последний брошенный в бой батальон. Враг и здесь подбросил новые силы. Фон Бок вводит в бой все, что только можно, в том числе и 255-ю дивизию из тылового района».

В это время Ставка ВГК тоже бросала в бой все имеющиеся у нее резервы. Особенно тяжело приходилось 16-й армии. Дивизии генерала Рокоссовского буквально истекали кровью и из последних сил сдерживали атаки танков и мотопехоты противника. Очень часто резервы для немедленного латания дыр в более опасных местах Ставка находила в соседних армиях, на фронтах которых в это время наблюдалось относительное затишье, в том числе и в 33-й.

Подмосковная «битва на Марне» перемалывала новые и новые полки и дивизии. И судьбу ее должен был решить последний батальон.

Ниже мы увидим, что счет между противоборствующими сторонами велся уже не на батальоны и не на роты даже — на взводы.

Как вскоре покажет время и обстоятельства, которые отольются потом в историю, у командующего группой армий «Центр» генерала-фельдмаршала Федора фон Бока того последнего батальона не окажется. Не найдется и твердости, а также той необходимой жестокости, которая предписывает маршалу воевать до последнего солдата.

Все это найдется у командующего Западным фронтом генерала армии Георгия Константиновича Жукова.

При этом осмелюсь предположить, что фон Боку и его генералам не хватило-то больше второго, то есть решительности и твердости. Это в какой-то мере подтверждается теми же записями Гальдера, сделанными им 1 декабря, на 163-й день войны:

«Невероятным для численно ослабленных частей является то, что они должны прорвать оборудованные вражеские позиции в ходе фронтального наступления. Действовать и продвигаться вперед придется только небольшими тактическими бросками, 12-й и 13-й армейские корпуса могут атаковать тогда, когда с противником справа и слева будет покончено.

Я подчеркиваю, что нам доставляет беспокойство также расход сил. Но следовало бы попытаться напряжением всех оставшихся сил сломить сопротивление противника. Если же станет окончательно ясно, что сделать это невозможно, надо принимать новые решения».

Весьма характерными здесь, на мой взгляд, являются фразы: «Нам доставляет беспокойство… расход сил» и «Если… сделать это невозможно, надо принимать новые решения». Немецкие генералы рефлексировали. Хотелось угодить всем. И фюреру, и истории. И при этом о себе не забыть, постараться сделать карьеру. Словом, с каждого деревца заветное яблочко сорвать… И с судьбой поторговаться, чтобы вырвать у нее побольше жизней своих солдат. Впрочем, мемуары — это не документ. Читая мемуары генералов и маршалов великой бойни XX века, с удивлением обнаруживаешь, какими человеколюбивыми людьми были все они.

У Жукова вариантов не было. Суровый смысл фразы политрука В.Г. Клочкова из 216-й стрелковой дивизии «Велика Россия, а отступать некуда: позади — Москва!» относился и к нему. Жуков не имел возможности торговаться. Ни со Сталиным, ни с историей. Он воевал. Как настоящий командующий — до последнего солдата. Зная, что последний батальон должен иметь именно он. Забегая вперед, с сожалением все же должен отметить, что для Ефремова, когда он будет управлять своей окруженной группировкой под Вязьмой, как раз и не найдется в нужный момент того батальона, который бы решил и судьбу армии, и судьбу командарма. Тот, не пришедший на помощь батальон резерва сохранил бы многим жизнь, а некоторым честь.

14 ноября из 33-й армии изъят и переброшен на северное крыло Западного фронта 539-й стрелковый полк 108-й стрелковой дивизии.

16 ноября в 16-ю к Рокоссовскому отбыл снятый прямо с позиций 539-й стрелковый полк 108-й стрелковой дивизии. При этом оголившийся участок фронта убывшего полка занимает всего лишь один батальон — 3-й батальон 444-го стрелкового полка, прибывший сюда из района Зверева и рассредоточенный на рубеже Бараки — Яковлевское — Долгино. Батальон имел задачу прикрытия Киевского шоссе. Имея в виду то, что основной целью противника был и остается именно выход к важнейшим магистралям, чтобы развивать затем успех в глубину в направлении на Москву, можно сделать вывод о том, что 3-му батальону ставилась задача не из легких.

17 ноября командующий Западным фронтом отдал приказ командарму-33 о немедленной переброске на север в распоряжение 316-й стрелковой дивизии 16-й армии одной роты бойцов, полностью экипированной и вооруженной, с восемнадцатью противотанковыми ружьями и боекомплектом к ним. Люди были взяты из состава 1-й гвардейской мотострелковой дивизии и 108-й стрелковой дивизии.

20 ноября по приказу Ставки ВГК штаб Западного фронта вывел из состава 33-й и передал на усиление 16-й армии 108-ю стрелковую дивизию. Когда стемнело, дивизия скрытно снялась с занимаемых позиций, и в полночь головной батальон миновал уже исходный пункт деревню Рассудово, откуда и начала марш на северный участок фронта.

23 ноября туда же убыли: 3-й стрелковый батальон 6-го мотострелкового полка, 1-й гвардейский мотострелковый полк, усиленный пятью танками и двумя противотанковыми орудиями.

27 ноября туда же, в 16-ю армию, направляются два батальона: 3-й стрелковый 479-го стрелкового полка 222-й стрелковой дивизии и 1-й мотострелковый батальон 175-го мотострелкового полка 1-й гвардейской мотострелковой дивизии.

29 ноября Жуков снова отдает приказ командующим 5, 43 и 33-й армиями, находящимся на «пассивных» участках обороны, выделить от каждой стрелковой дивизии по одному хорошо экипированному и вооруженному по полному штату стрелковому взводу под командой опытных лейтенантов. Они направлялись для пополнения 8, 9 и 18-й стрелковых дивизий. Из 33-й в помощь дерущимся под Крюковом, Дмитровом и Яхромой были отправлены четыре стрелковых взвода. Еще одна усиленная рота.

Таким образом, к началу второго наступления группы армий «Центр» на Наро-Фоминском направлении из состава 33-й армии были изъяты полторы дивизии, пять танков Т-34, два ПТО и восемнадцать ПТР.

О качестве прибывающего пополнения, которое должно было занять опустевшие окопы, могут свидетельствовать следующие факты. 18 ноября командир 113-й стрелковой дивизии полковник Миронов докладывал в штаб армии: «Прибыло пополнение — 120 чел. без оружия, 300 лошадей без амуниции и 104 коновода, 20 подвод»[39]. Через девять дней в дивизию снова прибыло очередное пополнение: 365 человек — все без оружия. А тем временем немецкая разведка работала день и ночь. Перебежчики и захваченные языки, а также документы, найденные на поле боя в полосе атаки 3-й и 4-й танковых групп вермахта, свидетельствовали о том, что сюда в качестве пополнения прибывают не маршевые подразделения резерва, как предполагалось ранее, а части, снимаемые с других участков советской обороны. Что в результате этих перебросок значительно ослаблен фронт, занимаемый 33-й и 5-й армиями. В какое-то мгновение фон Боку, должно быть, показалось, что Жуков латает тришкин кафтан и на большее ни русский тыл, ни русский генералитет не способны, И он обратил свой пристальный взор на Наро-Фоминское направление. Что ж, параллельный удар при удачном развитии событий может стать главным и действительно решающим. Так в штабе группы армий «Центр» родился следующий план: силами 4-й полевой армии прорвать оборону 33-й и 5-й армий в районах Звенигорода и Наро-Фоминска и, наступая по сходящимся направлениям на Кубинку и Голицыне, окружить и затем уничтожить в котле войска двух русских армий, составляющих центр Западного фронта. А там уже открывался оперативный простор для почти беспрепятственного марша на Москву по Минскому и Киевскому шоссе.


Примечания:



3

Тухачевский Михаил Николаевич (1893–1937) — из дворян. Окончил Александровское военное училище в 1914 г. с присвоением звания поручик. Участник Галицийской битвы, боев под Ивангородом и Ломжей. Получил орден Владимира 4-й степени с мечами. В 1915 г. под Кольно попал в германский плен. В плену познакомился с французским капитаном Шарлем де Голлем. Как утверждают одни биографы Тухачевского, в плену он проникся большевистскими идеями. Другие — что увидел возможность в новых условиях сделать стремительную карьеру. В 1917 г. бежал из плена. В 1918 г. командовал 1-й армией против чехословаков. Командовал также 8-й армией против казаков на Дону. С 5-й армией воевал против Колчака. В 1920 г. командовал Кавказским фронтом. Затем принял войска Западного фронта и двинул их на Польшу. Действовал самонадеянно и потерпел сокрушительное поражение под Варшавой. Отличился при усмирении бунтующей России: в ноябре 1920 г. разгромил белорусскую повстанческую армию Булак-Булаховича, в марте 1921 г. подавил восстание в Кронштадте, а в мае того же года — восстание Антонова на Тамбовщине. Имел прозвище Красный Бонапарт. Ему покровительствовал Л. Троцкий.

Когда-то Наполеон, поднимаясь к вершинам своей власти, в частности в тот момент к должности главнокомандующего, расстрелял из пушек восставших парижан. В Тамбовской губернии из тяжелых орудий войска разносили целые села, семьи повстанцев брались в заложники, расстреливались, заключались в концентрационные лагеря. Здесь были применены отравляющие вещества. 12 июня 1921 г. в своем приказе Тухачевский писал: «Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми газами. Точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая все, что в нем пряталось». В 1937 г. арестован по приказу наркома внутренних дел Н.И. Ежова вместе с группой высокопоставленных военачальников, осужден по обвинению в связях с немецкой разведкой и подготовке военного переворота в стране. Расстрелян летом 1937 г. Жена и братья вскоре тоже расстреляны. Остальные члены семьи и родственники сосланы в лагеря.



34

Гальдер Франц (1884–1972) — генерал-полковник. Участник Первой мировой войны. С 1938 г. — начальник Генерального штаба сухопутных сил Германии. Принимал активное участие в создании вермахта, в подготовке и осуществлении агрессии против Польши, Франции, Великобритании, Советского Союза. После поражения вермахта под Москвой ввиду личных и оперативных разногласий с Гитлером в 1942 г. снят с этого поста. После разгрома фашистской Германии пребывал в американском плену. Будучи начальником Генштаба ОКХ, вел подробные ежедневные записи, которые после войны изданы как «Военный дневник».



35

258-я пехотная дивизия. Запомним этот номер. Она еще нам встретится. Через две недели, 1 декабря 1941 г., именно ей будет отведена главная роль в атаке на порядки 33-й армии направлением на Кубинку с целью выхода на Минское шоссе.



36

ЦАМО. Ф. 13 2а. Оп. 2642. Д. 101. Л. 1.



37

17 ноября 1941 г. 30-я армия была передана в состав Западного фронта.



38

ЦАМО. Ф. 8. Оп. 11627. Д. 76. Л. 2 4–2 5; Д. 60. Л. 3-21.



39

ЦАМО. Ф. 338. Оп. 8712. Д. 6. Л. 62.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке