ГЛАВА XXII. Перед походом

Образование офицеров Л.-Гв. Атаманского полка. — Перемена формы. — Постройка церкви. — Смотр полка перед походом в Польшу.


Со времени перехода нашего полка в Петербург и переименования его в гвардию много воды утекло, и жизнь офицеров и казаков круто переменилась.

Прежний офицер наш начинал службу простым казаком. Войны были частые. Был случай отличиться храбростью, расторопностью и мужеством, быть произведенным в урядники, потом в хорунжие и дойти до генеральских чинов. Атаманы войска Донского, Платов, Денисов и другие, начали службу свою простыми рядовыми казаками. Денисов в нашем полку, Платов в простом армейском. От офицера требовалось лишь, чтобы он «российской грамоте читать и писать умел». Уставы, уменье узнавать местность, пользоваться компасом, чертить карты, иностранные языки — все это приобреталось путем опыта, во время походов за границу, в разговорах с бывалыми людьми. Школ, гимназий почти не было. Они только начинали заводиться в те времена. Корпусов и университетов было мало, да и трудно было тогда, когда не существовало железных дорог, небогатому донскому помещику посылать детей своих в большие города, где были пансионы.

Но в царствование Императоров Александра Павловича и Николая Павловича густою сетью раскинулись по России кадетские корпуса, гимназии и школы. Войны стали реже, выделиться храбростью было труднее. От офицера потребовали образование. Он должен был кончить корпус, пробыть в училище, там научиться строю, выдержать экзамены и только тогда мог одеть офицерские эполеты. Кто не мог попасть в училище или корпус, тот поступал юнкером в полк, при полку изучал воинские уставы и держал экзамен.

Так молодые казаки, научившиеся грамоте, арифметике, изучившие Закон Божий, географию, историю и другие науки, поступали в Лейб-казачий полк, а с переходом нашего полка в Петербург стали поступать и к нам на правах юнкеров. В полку их производили в унтер-офицеры, или, как тогда называли, «портупей-юнкера», а потом они держали экзамен и на офицера. Таким образом, в нашем полку были офицеры из кадетских корпусов, главным образом Михайловского Воронежского или 1-го С.-Петербургского, из школы гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, нынешнего Николаевского Кавалерийского училища, из Пажеского Его Величества корпуса, из 1-го военного Павловского училища, из хорунжих и корнетов армейских казачьих и регулярных полков, но главным образом из юнкеров своего же Атаманского полка.

Окончив пансион в Новочеркасске, Воронеже, Москве или Петербурге, юноша 17–18 лет поступал юнкером в полк, покупал книги и уставы и готовился в полку к экзамену.

Весною 1862 года повелено было вместо прежних больших шапок носить шапки из черной крупной смушки. Низ шапки делался по голове, а верх на 1/4 вершка шире. Вышина шапки 3 вершка. Наверху светло-синий шлык, загнутый на правую сторону и пристегнутый к нижнему краю. Шапка эта носилась на ремешке, у офицеров с серебряной пряжкой, у казаков с кожаным костыль-ком. С левой стороны при парадной форме прикреплялся султан из белого, а у трубачей из красного волоса. Вышина султана была 6 вершков. Кверху он был рассыпчатый, остроконечно остриженный и наклоненный назад. У генералов султан был из страусовых перьев, вышиною 7 вершков с позолоченным прибором в 4 вершка. При походной форме на кивер надевался клеенчатый чехол. Вместо фуражки было дано кепи, сначала темно-синего цвета с голубым околышем, а потом, чрез 12 дней, оно было заменено голубым кепи с темно-синим околышем и кантами. По верхнему кругу кепи у штаб-офицеров было обшито серебряным шнуром. На кепи полагался черный подбородный ремешок.

Более двадцати лет прошло с тех пор, как гвардейские казачьи полки покинули старые гусарские бараки села Рыбацкого и поселились в громадных казачьих казармах, а казаки не имели церкви, и команды их по невылазной грязи ходили в Ямскую слободу, где стояла Крестовоздвиженская церковь.

Наконец, по случаю совершеннолетия Атамана Казачьих войск и Шефа Л.-Гв. Атаманского полка, Государя Наследника Цесаревича и Великого Князя Николая Александровича, в 1860 г. была сооружена домовая церковь при Уральском флигеле во имя св. Ерофея, покровителя Л.-Гв. Казачьего полка. Церковь эта именовалась церковью Л.-Гв. Сводно-Казачьего полка, а церковный причт был включен в штаты Л.-Гв. Казачьего Его Величества полка.

В январе месяце 1863 года атаманцы Петербургского дивизиона с радостным волнением прочли в рукописной приказной книге: «Холодное оружие отточить, огнестрельное тщательно осмотреть, а также проверить боевые патроны» — полк выступал в поход.

21 января на Адмиралтейской площади Государь Император смотрел Лейб-Казачий и Атаманский дивизионы и нашел их в прекрасном виде; проезжая по фронту, он произвел юнкера Порфирия Грекова в корнеты.

22 января наш дивизион был погружен на Варшавскую железную дорогу и отправлен в город Вильно.

Поляки волновались. Мятежные шайки собирались по деревням и провозглашали смерть русским и свободу Польши.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке