Красные ВВС под Сталинградом

Подготовительный этап

С тех пор как красные ВВС в январе 1942 г. приступили к реорганизации, прошло шесть месяцев. Стали ощущаться первые успехи этой перестройки. В первой половине 1942 г., несмотря на численное превосходство над люфтваффе, русские не представляли особой угрозы для немецкой авиации ни на земле, ни в воздухе. Под Сталинградом все должно было измениться. На это, по крайней мере, надеялось командование советских ВВС.

Советские историки делят воздушную войну над Сталинградом на два этапа:

оборонительный этап, начало которого пришлось на июнь 1942 г. На этом этапе советская авиация делала все, чтобы остановить немецкое воздушное и наземное наступление на Дон и Сталинград;

этап контрнаступления, который начался 19 ноября 1942 г. и завершился 2 февраля 1943 г., в ходе которого немецкая 6-я армия была окружена и уничтожена в районе Сталинграда.

В течение оборонительного этапа активность советских ВВС была, по утверждению советского воздушного командования, не особенно высокой. Боевые действия авиации, по сравнению с оборонительными усилиями наземных войск, были минимальны и не соответствовали мощи красных ВВС.

Зато на втором этапе, начавшемся 19 ноября 1942 г., советские ВВС полностью развернулись во всей своей мощи, совершая налеты на сильно растянутые немецкие позиции.

В начале 1942 г., летом и даже осенью русские свернули свои воздушные операции, поскольку были все еще заняты перестановкой в воздушном командовании и формированием воздушных армий. Они хотели завершить реорганизацию к началу запланированного зимнего наступления.

Советская авиационная промышленность была уже реорганизована. В летные части постоянным потоком шли новые модели самолетов: Ла-5, Як-7 и Ил-2. Сталин предусмотрительно направлял этот поток боеспособных самолетов со свежими экипажами в авиакорпус резерва Ставки. Отсюда они после соответствующей подготовки отправлялись на фронт. Сталинград, в этом были уверены специалисты по авиации и ее материальной части, должен был стать реальным испытанием для преобразованной командной структуры ВВС.

Немецкое летнее наступление группы армий «В» генерал-фельдмаршала фон Бока, которое началось 28 июня, с направлением главного удара на Воронеж, показало советскому командованию уровень готовности Красной армии. Таким же образом в бассейне Донца, в направлении Волги, началось наступление группы армий «А» генерал-фельдмаршала фон Листа. Немцы шли по южноукраинской степи, которая, казалось, не имеет ни конца ни края. В густых облаках пыли, сквозь палящий летний зной немецкие танки катились на юго-восток. Над ними проносились эскадрильи люфтваффе, летевшие бомбить вражеские позиции. Они выполняли задачу поддержки своих войск и вновь и вновь атаковали отходящие русские части.

После того как 6-я армия генерала Паулюса прорвала советские оборонительные позиции на Дону, она оказалась там, откуда планировалось начать штурм Сталинграда, — со стороны степи. На юге прорвались части группы армий «А». Они были готовы выполнить свою задачу, указанную в директиве фюрера № 41:

«Уничтожение боевых групп противника южнее Дона, завоевание всего восточного побережья Черного моря… Форсирование Кубани и захват Майкопа и Армавира…

Моторизованные части должны блокировать перевалы Осетинской и Грузинской дорог и ударом вдоль Каспийского моря захватить район Баку».

Группа армий «В» получила следующую задачу: помимо уничтожения оборонительного рубежа на Дону, ударами по Сталинграду разгромить находящиеся там вражеские войска, самим занять город и блокировать мосты между Доном и Волгой. Затем ввести в бой вдоль Волги механизированные войска для прорыва к Астрахани и одновременного блокирования русских частей на основном рубеже на Волге. Эта операция получила кодовое наименование «Цапля».

Москва тут же среагировала на это наступление. Ставка послала резервные войска в район Воронежа и организовала оборону Сталинграда, поскольку опасалась возможного прорыва в этом направлении.

Советские ВВС должны были атаковать немецкие самолеты, «которые поддерживали наступление на Сталинград», и «очистить от них небо». С этой целью Ставка для операций в воздушном пространстве Сталинграда сформировала крупную авиагруппу во главе с генералом П. С. Степановым. В июле 1942 г. Сталин подписал свой знаменитый приказ № 27. Он заключался в трех словах: «Ни шагу назад!»

Этот приказ был жестким и определенным. Всем потенциальным паникерам и дезертирам угрожала быстрая расправа. Приказ требовал от каждого красноармейца спасти не только Сталинград, но и всю страну.

Ко времени выхода этого приказа немецкая 6-я армия дошла уже до большой излучины Волги. Расположенный здесь Сталинград в 1942 г. был крупным промышленным центром с населением 500 000 жителей. Он вырос из большого города, который до революции назывался Царицын. В центре его над Волгой возвышался Мамаев курган.

В ожидании немецкого наступления город готовился к обороне. По приказу Ставки в западном районе было возведено три оборонительных рубежа.

Во время немецких авианалетов, предшествовавших штурму, русские предпринимали все усилия, чтобы установить воздушный щит над городом. Советская 8-я воздушная армия, ранее принадлежавшая Юго-Восточному фронту, сыграла особую роль в защите города на Волге с воздуха.

Генерал Степанов, рассмотрев обстановку в воздухе, как представитель Ставки, доложил Москве о недостатках защиты города от вражеских налетов. Вместе с командованием ПВО Сталинграда он посетил несколько аэродромов и, прежде всего, все пункты радиосвязи, а также все штабы связи ВВС с наземными частями Красной армии, находившимися в районе боевых действий.

Обеспечение воздушной обороны Сталинграда

Советская 102-я ИАД на участке обороны Сталинграда располагала 80 самолетами. В основном это были устаревшие И-15 и И-16. Более современные модели Як и «Лавочкин» должны были вот-вот поступить, и генерал Степанов ходатайствовал перед Ставкой о незамедлительной поставке скоростных Як-1. Это заявление было поддержано командующим ВВС генералом Новиковым, который предложил ускорить отправку в Сталинград истребительных полков Як-1, находившихся в распоряжении резерва Ставки.

Эта просьба не осталась без ответа. Новиков тут же получил добро от Сталина и направил в Сталинград истребительный полк. Благодаря его докладу Сталину Ставка направила в 8-ю воздушную армию десять свежих авиационных полков. Для фронтовых командиров это было желанное, своевременное и необходимое подкрепление. Тот факт, что около 75 % самолетов в девяти этих новых полках были оснащены Як-1, Як-7Б, Ил-2 и Пе-2, давал советскому командованию ВВС шанс разбить люфтваффе над Сталинградом и завоевать превосходство в воздухе.

Начальник Главного штаба ВВС генерал Фалалеев провел ряд изменений в планах операций. В особой инструкции все фронтовые командиры были оповещены, чтобы все их авиачасти, расположенные вдоль направления главного удара советских наземных войск, были приведены в состояние боевой готовности. Так он стремился подготовить советскую авиацию к решающим ударам Красной армии.

Советские ВВС были разбросаны и раздроблены, что, как хорошо понимали в Ставке, сильно ослабляло их мощь, несмотря на огромное численное преимущество. Приказы Фалалеева привели к централизации воздушных операций русских, а для генерала Новикова создали предпосылки для создания новых воздушных армий. После проведенного им радикального обновления ВВС появилась возможность атаковать все цели, которые попадались на глаза.

Усилия Фалалеева привели к совершенствованию оперативного планирования. Это потребовало, прежде всего, улучшения качества воздушной разведки, а также связи на всех уровнях. Штаб-квартира в Москве именно это и считала наиважнейшим вопросом; надо было сделать так, чтобы все поняли необходимость централизации. Это должно было придать мужества фронтовым командирам.

Все служащие советских ВВС от уровня эскадрильи до авиадивизий получили необходимый стимул для того, чтобы взять верх над люфтваффе и окончательно их разгромить. Для этого красным ВВС необходимо было перехватить инициативу в небе России. Такие командиры, как Фалалеев и Новиков, требовали от них большей отдачи и большей гибкости при решении любых проблем.

Сталин сам оживлял своими ежедневными заданиями активность авиации. Эти приказы основывались на результатах крупных операций предыдущих дней.

Советской авиации помогли некоторые действия и планы, которые осуществились уже весной 1942 г.

Сталин и производство самолетов в России

В марте 1942 г. Сталин в одной из бесед с организаторами советской военной промышленности, А. Яковлевым и А. С. Шакуриным, приказал увеличить количество рабочих мест на тех заводах, которые производили моторы М-82. В ходе беседы Сталин спросил Яковлева и Шакурина, возглавлявших советскую авиационную промышленность и самолетостроение, почему английские «Спитфайры» и американские «Аэрокобры» превосходили наши истребители.

Яковлев быстро нашел ответ. Он сказал: «Если речь идет о характеристиках „Спитфайров“, то ими обладали лишь испытательные экземпляры или самолеты-разведчики, не имевшие на борту вооружения и боеприпасов. Так что эти самолеты всего лишь разведчики и имеют дальность полета 1250 миль».

Сталин возразил: «Что за чушь! Я не ребенок! Я спрашиваю об истребителях и их характеристиках, а не о разведчиках. Истребители „Спитфайр“ имеют более высокую скорость и большую дальность полета, чем наши. Такое положение надо изменить. Мы не можем больше допустить ни одной ошибки!»

Сталин требовал от таких людей, как авиаконструктор Яковлев и генерал Новиков, который занимался планированием действий ВВС и разрабатывал все воздушные операции, точного исполнения своего долга. Его требования и приказы зачастую демонстрировали его особое упорство, приводившее к ошибкам, которых вполне можно было избежать. И тем не менее сталинские приказы позволили обеспечить взлет советских ВВС. Истребители Лавочкина и Яковлева, созданные после сталинской критики, позволили поднять боевые действия под Сталинградом на новый уровень. Истребители МиГ-3 были заменены более удачными машинами серии «Як». ЛаГГ-3, которые оснащались новыми моторами, позже, после модернизации, стали отличными машинами Ла-5.

В Сталинграде командование ВВС получило в свое распоряжение Як-7Б и Як-9, которые обладали великолепной маневренностью, а по дальности полета намного превосходили более ранние образцы.

Помимо этого, генерал Новиков, создавший новую структуру ВВС, достиг резкого повышения их эффективности. Он послал под Сталинград две трети лучших летчиков 220-й ИАД, оснащенной новыми машинами Як и Ла. Новиков также понимал, что необходимо вводить новые методы обучения и тренировки летчиков. Созданный им отдел «военного анализа» приспосабливал к русским условиям заимствованные у немцев приемы. Новиков посещал все фронтовые аэродромы и лично беседовал с командирами и летчиками.

23 августа он прибыл в Сталинград, который готовился к решающей битве. Вместе с ним, и еще до его приезда, в город на Волге прибыли целые экспертные группы, которые помогали наладить его оборону. Уже 12 августа туда прибыли Г. М. Маленков и начальник Генерального штаба Красной армии генерал Василевский.

20 августа генерал А. Е. Голованов контролировал переброску своих пяти дивизий дальних бомбардировщиков из Москвы в Сталинград. Между 20 июля и 17 августа генерал Новиков отдал приказ направить в Сталинград 8-ю и 16-ю воздушные армии, усиленные 102-й ИАД, и одновременно с этим отправил туда все наземные службы и службы снабжения. Была также начата переброска свежих авиаполков из резерва Ставки.

Численность советских ВВС в районе Сталинграда

До 4 сентября 1942 г. число самолетов на Сталинградском фронте, по согласованию с генералом Руденко, было доведено до 738. Эти воздушные силы к указанному сроку получили еще 200 дальних бомбардировщиков. Как командующий 16-й воздушной армией, Руденко правильно оценивал критическую обстановку в Сталинграде и требовал усиления не только своей, но и других воздушных армий.

Различные авиачасти прибывали в зону боевых действий, правда имея меньше машин, чем было предписано командованием. Например, 228-я ШАД, оснащенная штурмовиками Ил-2, вступила в боевые действия, имея лишь одну треть штатного состава. Она была пополнена уже в ходе боев.

Большинству летных экипажей, попавших на фронт, еще недоставало боевого опыта. Советские ВВС хотели сразу выполнять все поставленные перед ними задачи. На некоторых участках это приводило к замешательству. Ведение авиаразведки, поддержка с воздуха ведущих тяжелые бои наземных войск и налеты на вражеские позиции при неполностью налаженном снабжении и перебоях в связи и, прежде всего, при отсутствии прямого контакта с армейскими частями — таковы были трудности, которые нельзя было игнорировать.

Но все были твердо уверены: «Немецкое наступление на Сталинград будет остановлено. Все пробивавшиеся к Сталинграду немецкие части найдут здесь свою смерть»[76].

Был осуществлен ряд мероприятий, который помог уменьшить тяжесть проблем. Войска снабжения и наземные службы были усилены в несколько раз. 17 батальонов аэродромного обслуживания, 23, 25 и 80-й батальоны обеспечения, а также ряд вновь построенных складов для запчастей и авиационного бензина позволили советской авиации обрести уверенность в победе и стойкость в бою.

Однако в сентябре 1942 г., несмотря на ограниченную численность частей люфтваффе, которые продвигались вместе с 6-й армией, советские летчики еще не сумели вырвать у немцев превосходство в воздухе.

В сентябре 1942 г. части советской 16-й воздушной армии совершили всего 5225 боевых вылетов. Это означало, что, несмотря на увеличение количества машин на целую тысячу, воздушная армия увеличила число боевых вылетов в среднем лишь в пять раз. Самый активный в этом плане 434-й ИАП совершил 611 боевых вылетов и принял участие в 84 воздушных боях. Докладывали о 82 сбитых самолетах, но следует учесть, что сам полк потерял за тот месяц треть своего состава.

Узнав о резком увеличении потерь, генерал Руденко приказал летчикам 16-й воздушной армии не вступать в поединки с немецкими истребителями и атаковать только бомбардировщики и разведчики.

В новую боевую тактику советских ВВС вошли «засада» и возродившийся таран. При этом советские летчики обычно действовали парами над теми районами, где можно было ожидать встречи с немецкими истребителями. Прежде это были пути, шедшие к Сталинграду, а позже — небо над самим Сталинградом. Возобновление таранов — той таранной атаки, когда русские безнадежно отставали, а люфтваффе господствовали в воздухе, — было в то время вызвано «опустошительными воздушными налетами на Сталинград и порождено отчаянием»[77].

14 сентября 1942 г. молодой русский летчик Чумбарев из 237-го ИАП барражировал неподалеку от своего аэродрома. Во время выполнения очередного круга он заметил разведчик FW-189, который незамеченным приблизился к русскому аэродрому под прикрытием плотной облачности. Время от времени он выныривал из облаков, фотографировал объекты и снова исчезал в облаках.

С высоты 1100 м Чумбарев направился в сторону разведчика, получая при этом по радио команды от наземных наблюдателей. Они известили пилота, что нащупали противника.

Чумбарев зашел в хвост вражескому самолету и протаранил его, после чего тот рухнул на землю. Раненный в голову летчик не потерял контроля над машиной, пошел на снижение и благополучно посадил самолет в поле недалеко от своего аэродрома.

19 сентября советское командование ВВС сообщило еще о двух таранах. Один был совершен В. Н. Ченским из 563-го ИАП, который протаранил Bf-110 и сумел совершить аварийную посадку на своей машине.

Для русских это было проявлением того высшего уровня отваги, который требовался ото всех летчиков. Однако, по словам русских историков, в сентябре и октябре немецкие авиационные подразделения по-прежнему летали над Сталинградом, не встречая серьезного сопротивления. Подтвердились ли эти сведения, мы узнаем из рассказа о немецком наступлении тех дней, который приведем ниже. Однако еще несколько слов о боевых действиях 8-й воздушной армии.

8-я воздушная армия под Сталинградом

8-я воздушная армия генерала Краюхина в то время играла активную роль под Сталинградом. 17 августа 1942 г., во время форсирования Дона немецкой 6-й армией, эта воздушная армия совершала налеты на передовые части немцев, стремясь остановить их продвижение и помешать соединению частей. Группами от 10 до 30 скоростных бомбардировщиков Пе-2 совместно с таким же количеством штурмовиков Ил-2 и под прикрытием 15 Як-1 или Ла-5 летчики 8-й воздушной армии бомбили и обстреливали переправившиеся немецкие части и на время сумели их остановить. В период между 18 августа и 29 сентября русские ВВС совершили более 1000 налетов на вражеские переправы. Некоторые штурмовые подразделения совершали ежедневно более трех боевых вылетов. Для русских это было оптимальным количеством, в то время как для немцев это стало привычной практикой с первых дней войны.

Несмотря на интенсивность этих налетов, задержать надолго немецкие армейские части советским летчикам не удалось. 23 августа люфтваффе массированным ударом атаковали Сталинград. В этом налете участвовало 400 самолетов, которые достигли города и сбросили на него бомбы. Русские историки назвали это «настоящим опустошением города», хотя это должно было стать лишь началом.

Русское воздушное командование в Сталинграде сообщило о 25 воздушных боях, в которых было сбито 90 немецких самолетов. В тот же день штаб 8-й воздушной армии был выведен из Сталинграда и отодвинут дальше в тыл. Вследствие немецкого наступления до конца сентября был занят почти весь Сталинград. Город превратился в сплошные руины.

29 августа заместитель главнокомандующего Красной армией генерал Жуков принял командование обороной Сталинграда. В Москве уже обсуждались планы большого контрнаступления против немецкой 6-й армии, а в городе на Волге шли ожесточенные бои за укрепленные опорные пункты с атаками и контратаками пехоты, танков, артиллерии и авиации.

В начале сентября Жукову удалось расколоть немецкие войска, занимавшие важнейшие позиции на высоком берегу Волги. Тяжелые бои продолжались неделями, когда обе стороны сражались за каждую фабрику, комбинат и отдельный жилой квартал, зачастую врукопашную за каждый дом, каждое помещение.

Реки крови лились на Мамаевом кургане, который удерживала 62-я армия генерала Чуйкова и который находился под непрерывным артобстрелом. Центральный вокзал Сталинграда трижды переходил из рук в руки. С западного берега Волги немцы день и ночь обстреливали линии снабжения противника. Русские отвечали артиллерийским огнем по распознанным позициями немцев.

Частям, оборонявшим Сталинград, оказывали поддержку самолеты 8-й воздушной армии и дальние бомбардировщики. Советские ВВС бомбили один вражеский сектор за другим и атаковали их плотными группами штурмовиков Ил-2. Между 27 сентября и 8 октября 8-я воздушная армия совершила около 4000 боевых вылетов. Но даже этого, по планам командования ВВС, было недостаточно.

На этом этапе оборонительных боев генерал Новиков потребовал увеличения числа ночных атак не только от 8-й воздушной армии, но и от всех других участвовавших в боях воздушных армий. Приказом от 22 октября он велел отобрать в каждом штурмовом и истребительном полку соответственно по пять экипажей для ночных налетов. Эти летчики должны были быть обучены полетам в любую погоду. Во время оборонительных боев под Сталинградом штурмовики Ил-2 совершили 406 ночных вылетов.

Во время оборонительного этапа битвы вдоль всего Донского фронта была установлена система радиооповещения. Новиков, еще будучи командующим авиацией в районе Ленинграда, уже вводил такую систему на Ленинградском фронте. Теперь он занялся этим на Сталинградском фронте в надежде объединить все авиационные подразделения и добиться более эффективного руководства ими и управления боевыми действиями.

Чтобы обеспечить установку дорогостоящей техники, Новиков послал в 16-ю воздушную армию двух высокопоставленных офицеров-связистов. Это были заместитель командующего 13-й воздушной армией Ленинградского фронта генерал Шаданов, который уже был знаком с этой техникой, и начальник связи Главного штаба ВВС генерал Г. К. Гвоздков. Их сопровождала большая группа специалистов, которая должна была смонтировать новую систему связи.

Одновременно с этим генерал Новиков пытался улучшить обучение экипажей новых авиачастей, что было крайне необходимо. Он приказал 25 командирам и их заместителям, которые привели на фронт авиационные полки резерва Ставки, принять участие в командно-штабных и оперативных учениях, организованных специально для них.

Для осуществления этого важного эксперимента Главный штаб русских ВВС в Москве составил новое полевое руководство, озаглавленное «Инструкция для военно-воздушных сил по управлению, оповещению и наведению самолетов по радио».

Советские ВВС в эти недели и месяцы развернулись в полную силу. В ноябре они имели на фронте более 4544 самолетов, преимущественно новых типов. Три четверти всех боевых подразделений состояли из мощных машин. Это свидетельствовало о том, что объемы производства русской авиационной промышленности постоянно увеличивались.

Авиаполки теперь имели три эскадрильи вместо двух, что соответственно повышало их боевую мощь. После реорганизации командной структуры советских ВВС и создания в 1942 г. воздушных армий появилась надежда, что эффективность действий русской авиации в Великой Отечественной войне возрастет.

Чтобы перейти ко второму этапу боевых действий авиации в Сталинградской области, русским было необходимо теперь отражать все атаки люфтваффе в направлении Волги.


Примечания:



7

JG (Jagdgeschwader) — истребительная эскадра люфтваффе (по штату примерно соответствовала дивизии в ВВС Красной армии). Имела цифровое обозначение, а некоторые эскадры дополнительно получали почетное наименование. Группы, входящие в состав эскадры, обозначались римскими цифрами, например II./JG77. Эскадрильи обозначались арабскими цифрами, причем они имели сквозную нумерацию внутри эскадры, независимо от номера группы, в которую они входили, например 1./JG77, 8./JG77 и т. д. Эта система обозначения действовала во всех люфтваффе.



76

Руденко С. И. Военные мемуары.



77

Глухов М. К. Военно-воздушные силы.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке