Земля, политая кровью, не приносит плодов…

В течение 1980 года в Сальвадоре в результате разгула как правого, так и левого террора было убито примерно 13—15 тыс. человек. Для сравнения можно сказать, что такое же количество людей погибло в США, но численность населения Сальвадора в десятки раз меньше. Одной из таких жертв стал архиепископ, глава католической церкви Сальвадора Ромеро-и-Гальдамес Оскар Арнульфо.

В стране его называли «глава мятежной церкви», «больная совесть Сальвадора», потому что многие стороны его профессиональной и общественной деятельности были связаны с борьбой против порядков, которые установила в стра– не военно-гражданская хунта, находившаяся у власти.

Прелат говорил власть имущим: «Земля, политая кровью, не приносит плодов». Он прекрасно понимал, что власти не станут долго терпеть его деятельность. В интервью колумбийской радиостанции «Радио кадена насьональ» за несколько дней до гибели он сказал: «Мне сообщили, что я значусь в списке подлежащих физическому уничтожению… Меня можно убить, но пусть знают, что голос справедливости уже никто не в силах заставить умолкнуть».

В целях безопасности архиепископ временно переселился из своих огромных, но безлюдных покоев в небольшую квартиру при онкологическом госпитале. Люди, близкие к прелату, посчитали, что госпиталь – это место людное, и покушение совершить будет довольно сложно. Но профессиональному киллеру никакая обстановка не помешает работать.

24 марта 1980 года священнослужитель проводил мессу в часовне больницы Святого Провидения. Интерьер часовни был вполне современным: под самым потолком висела простая люстра, стояли в несколько рядов деревянные скамьи для прихожан, вдоль стен были расположены вазы с цветами. В помещении не было никаких статуй святых, только перед алтарем имелось распятие.

Архиепископ был в простой белой сутане, за стеклами очков добрые глаза, лицо выразительное, с чуть выдающимся энергичным подбородком.

Месса проводилась в память одной общественной деятельницы, поэтому прелат смог в своей проповеди коснуться вопроса борьбы за лучшее, более справедливое общество. Прелат поднял вверх дароносицу, а прихожане по традиции опустили глаза. В это время прогремел выстрел, который произвел человек, стоящий в дверях часовни.

Однозначно можно сказать, что это был виртуоз своего дела, потому что он смог попасть в священнослужителя, который находился в полутьме часовни на расстоянии в 40—50 м от убийцы. Увидев, что архиепископ упал, стрелок кинулся бежать. Он выскочил на улицу, хлопнула дверца автомобиля, взревел мотор, и убийца исчез.

Верующие на мгновение застыли от ужаса, а потом повскакивали со своих мест и бросились к лежащему на полу прелату. Он еще был жив, потому что пуля, пройдя рядом с сердцем, застряла в правом легком. Люди подняли Ромеро с пола и осторожно понесли к выходу. Ждать приезда медиков не было времени. Прихожане остановили проезжающий пикап, положили внутрь священника, несколько человек сели рядом, чтобы поддерживать раненого во время перевозки. Но до больницы его довезти не успели. Прелат умер по дороге.

Во время церемонии похорон архиепископа также не обошлось без жертв. На сороковой минуте траурной литургии прогремели три взрыва, а после этого раздались выстрелы. Толпа в панике стала разбегаться. В результате этого варварского акта погибло 40 человек.

Зарубежные епископы и священнослужители, которые присутствовали на похоронах, рассказали, что это нападение было совершено полицейскими и национальными гвардейцами.

По прошествии семи лет после убийства архиепископа Арнульфо Ромеро бывший президент Сальвадора Хосе Наполеон Дуарте заявил, что тайна преступления раскрыта. Он сказал: «Мы знаем, кто это сделал. Мы знаем, кто отдал приказ убить Ромеро, мы знаем, кто привел его в исполнение». По словам бывшего президента, был допрошен шофер автомобиля, на котором сбежал убийца, и с его слов составлен портрет человека, убившего прелата.

Шофер, некто Амадо Антонио Гарай, по словам Дуарте, рассказал, что в организации и проведении покушения принимал участие лидер Националистического республиканского союза майор Д’Обюссон. Шофер также сообщил, что слышал разговор между капитаном Альваро Саравиа и майором Д’Обюссоном. Саравиа сказал: «Мы выполнили задуманное». Д’Обюссон возразил: «Вы этого пока не должны были делать». «Но мы сделали то, что ты приказал!» – сказал в ответ Саравиа.

Дуарте заявил, что показания водителя неопровержимо доказывают, что майор Д’Обюссон причастен к смерти прелата Ромеро, и теперь судебные власти должны решать вопрос о его привлечении к ответственности. Тут Дуарте патетически воскликнул: «Я объявляю народу Сальвадора и всему миру, что я выполнил свое обещание и раскрыл это чудовищное преступление».

Но пафос остался пафосом, потому что в итоге к ответственности никто привлечен не был. 22 декабря 1988 года Верховный суд Сальвадора принял решение о том, что отсутствуют основания для ареста бывшего капитана Альваро Саравиа. Больше никаких попыток совершить правосудие сделано не было.

Но если сальвадорские власти и хотели бы привлечь к ответственности Саравиа, то не смогли бы это сделать, потому что он отбывал наказание и содержался в американской тюрьме.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке