Трагедия израильского народа

Дата 4 ноября 1995 года вошла в память еврейского народа как день казни: на площади Царей Израиля в Тель-Авиве произошла страшная трагедия: убили премьер-министра Израиля Ицхака Рабина. Многие люди по сей день пытаются отыскать ответы на вопросы: как еврей осмелился поднять руку на еврея? Кому мог помешать Ицхак Рабин и почему служба безопасности, считавшаяся одной из лучших в мире, допустила убийство национального лидера, весьма уважаемого в стране человека?

В тот трагический день стояла чудесная погода: было необыкновенно тепло, светило солнце. На главной площади Тель-Авива собралась огромная толпа, перед зданием городского правительства проходил митинг.

Люди ждали появления премьер-министра, и вскоре он вышел на балкон. Ицхак Рабин выступил перед митингующими с речью, в которой выразил уверенность в том, что как только многолетний арабо-израильский конфликт удастся разрешить мирным путем, в регионе станет гораздо спокойнее.

Митинг на площади Царей Израиля продолжался до позднего вечера, все это время из толпы периодически раздавались одобрительные лозунги в поддержку израильского премьер-министра, избавителя от всех бед.

Неожиданно в сгущающихся сумерках раздались звуки песни, написанной специально для митингующих. Песню мира подхватили все собравшиеся, на балконе здания городской мэрии вместе с народом и прочими руководителями ее пел и Ицхак Рабин, взволнованный горячей поддержкой своих сторонников.

Закончив песню, премьер-министр спустился с трибуны и направился к стоявшему неподалеку автомобилю. Однако быстро миновать расстояние, отделявшее мэрию от машины, ему не удалось: сограждане то и дело обращались к нему с вопросами и старались прикоснуться к его одежде или рукам.

Наконец, впереди показалась открытая дверца заветного авто. Рабин уже садился в машину, когда неожиданно для всех раздались три громких выстрела. Две пули попали в премьер-министра, третья угодила в охранника, прикрывшего высокопоставленную особу своим телом.

Водитель Рабина позже вспоминал: «Все произошло мгновенно и неожиданно. Я вышел из машины и открыл дверцу для Леи Рабин, которая шла в метре-полутора за супругом. Вдруг я заметил, как кто-то из толпы выкинул руку с пистолетом и стал стрелять в Ицхака Рабина, крича: ”Это просто так! Это не специально! Патроны не настоящие – холостые!“

Мне хотелось верить в это, но все же я бросился к рулю. Охранник уже втолкнул премьера, и мы поехали. Но куда ехать, я не знал. Рабин застонал, и мы спросили: ”Где болит?“ – ”Спина“, – прошептал он, а затем добавил, словно успокаивая нас: ”Ничего страшного…“ Мы помчались в ближайшую больницу».

Свидетельство человека, принимавшего непосредственное участие в операции по спасению израильского премьер-министра, позволяет судить о степени готовности службы безопасности к подобному чрезвычайному происшествию.

Оказалось, что израильские спецслужбы не ожидали покушения на высокопоставленного чиновника: во-первых, рядом с премьером находился только один охранник, также раненый во время покушения; во-вторых, машина шла без сопровождения, а водитель не имел четких инструкций насчет того, куда везти премьера в подобных случаях.

До больницы автомобилю с раненым чиновником пришлось добираться через переполненные улицы и полицейские заслоны, что отняло массу времени.

Персонал больницы не был вовремя проинформирован о произошедшей трагедии, в результате оказать первую помощь и произвести обследование пострадавшего врачи смогли лишь через несколько минут после его поступления. Драгоценные секунды были потеряны.

Все это время Ицхак Рабин находился в бессознательном состоянии. Установив в ходе обследования, что внутренние органы премьера поражены двумя пулями разрывного действия, врачи приступили к операции.

Однако спасти Рабина медики не смогли, слишком тяжелым было ранение, да и времени с момента трагедии прошло слишком много. Примерно в 12 часов ночи израильский премьер-министр умер.

Горю израильтян не было предела, ведь с именем Ицхака Рабина связывалась история становления Еврейского государства. В глазах народа этот человек выглядел героем, пострадавшим от пуль злоумышленника.

В последний путь премьера провожала многотысячная толпа израильтян, каждый считал своим долгом отдать дань памяти национального героя.

Ицхак Рабин прожил долгую и интересную жизнь. Родился он в 1922 году в Палестине в семье эмигрантов, факт рождения на палестинской территории дал ему право называться саброй, то есть уроженцем Земли обетованной.

Премьер-министр Израиля Ицхак Рабин

Отец Ицхака покинул Украину еще в далеком 1905 году и в поисках счастья отправился на Американский континент, через несколько лет он перебрался в Палестину.

Мать знаменитого израильского премьера эмигрировала из России гораздо позже. Родилась она в Санкт-Петербурге в очень религиозной семье. Жизнь в большом городе не могла не оказать своего влияния на молодую девушку, в начале 1900-х годов она вступила в еврейскую партию социалистического толка «Бунд».

После революции 1917 года, когда разногласия «Бунда» и большевиков стали очевидны, женщина уехала в Палестину, где и повстречала еврея по фамилии Рабин.

Люди, знавшие семью знаменитого премьера близко, свидетельствовали, что Ицхак унаследовал от матери твердый характер, целеустремленность и готовность принести в жертву общественным интересам личные.

Для пятнадцатилетнего подростка потеря самого дорогого человека – матери – стала настоящей трагедией, однако юноша нашел в себе силы жить дальше.

В 1940 году он с отличием окончил сельскохозяйственную школу, что дало ему возможность продолжить обучение в Соединенных Штатах Америки по специальности инженер водного хозяйства.

Однако Вторая мировая война нарушила эти планы, Ицхак Рабин вступил добровольцем в ПАЛЬМАХ – ударные отряды еврейского ополчения, созданные для отражения возможного нападения германских частей на Палестину. Так началась военная карьера Ицхака Рабина.

В 1948 году, когда на основании решения Генеральной Ассамблеи ООН бывшая подмандатная палестинская территория была разделена на два независимых государства – Израиль и Палестинское арабское государство, будущий премьер-министр уже входил в офицерский состав еврейской Освободительной армии.

Желая продолжить военную карьеру, Ицхак отправился на обучение в Англию. По окончании Английской военной академии в 1954 году он стал генералом, пожалуй, одним из самых молодых в израильской армии.

На способного и старательного военного обратили внимание, вскоре он начал работу в генеральном штабе, а через несколько лет возглавил это учреждение.

В 1968 году Рабин вышел в отставку, однако его служба родному государству на этом не закончилась: на протяжении пяти лет он возглавлял израильское посольство в Вашингтоне, активно пропагандируя идею укрепления израильско-американских отношений. В 1974 году его назначили министром труда, а вскоре он занял кресло премьер-министра.

Пребывание Рабина в последней должности оказалось недолгим, вторично он стал премьером лишь 17 лет спустя. В то время страна нуждалась в умном, сознательном гражданине, способном представлять государственные интересы на мировой арене.

Семидесятилетний генерал, прошедший суровую школу жизни и политики, был признан наилучшей кандидатурой на ответственный государственный пост.

Именно это обстоятельство сделало возможным занятие им премьерского кресла.

Несмотря на свой преклонный возраст, Ицхак много работал. Выносливости и упорству этого человека можно было только позавидовать. «Трудоголик», – так отзывались о нем представители средств массовой информации и простые обыватели, видевшие результаты трудов премьера.

В одной из статей обозреватель газеты «Джерузалем пост» Давид Маковски писал: «Многим может показаться безрассудным, что человек его возраста ежедневно проводит более дюжины встреч, начинающихся рано утром и заканчивающихся поздно вечером, и после этого один, а то и два раза появляется где-нибудь на публике, возвращаясь домой к полуночи».

«Мы не поспеваем за ним, – признавался один из сотрудников премьерской команды. – Нам уже говорят, что мы выглядим так, будто засыпаем от усталости». Этого-то нельзя было сказать о миновавшем семидесятилетний рубеж Рабине.

Наибольшее рвение премьер проявил в деле урегулирования арабо-израильского конфликта. Придя к выводу, что насилие – далеко не лучший метод для подавления движения за национальную независимость, Рабин выступил с предложением предоставить палестинцам автономию. Это резко изменило как внутреннюю, так и внешнюю политику Еврейского государства.

Откликом на предложение премьера явилась статья Севера Плоцкера в крупнейшей израильской газете «Едиот ахронот», в которой говорилось: «Когда такой человек, как Ицхак Рабин, выбирает мир с Организацией освобождения Палестины (объединение, возглавлявшее борьбу палестинских арабов за национальную независимость), израильская общественность склонна верить ему».

Однако стоит вернуться к трагическим событиям на площади Царей Израиля. Убийцу премьера задержали на месте преступления. Он даже не стал оказывать сопротивления властям и сразу во всем признался. Да и отпираться было бессмысленно: у молодого человека нашли пистолет марки «Беретта» 9-миллиметрового калибра и несколько пуль разрывного действия.

Преступником оказался двадцатипятилетний Игал Амир, житель одного из пригородов Тель-Авива. На момент совершения преступления он учился на третьем курсе юридического факультета Бар-Иланского университета Тель-Авива.

Родился Игал в семье еврейских иммигрантов, переехавших в Израиль из Йемена.

Религиозные родители (отец убийцы был раввином местной синагоги) старались привить сыну любовь к богу и его детям, т. е. людям.

На протяжении нескольких лет мальчик учился в религиозной школе, затем по достижении призывного возраста начал службу в «Голани», элитной дивизии израильской армии.

Родители и знакомые отзывались о Игале Амире как о кротком и малообщительном молодом человеке. У него практически не было близких друзей, в общении с ним у людей часто возникали трудности.

Во время ареста студент, признавший себя виновным, неоднократно повторял, что совершил этот жестокий поступок сознательно. Более того, он поведал полиции о двух других попытках покушения на Рабина и о том, как тщательно готовился к своей смертоносной миссии. Полиции, занимавшейся выяснением причин, побудивших Амира совершить преступление, убийца открыто заявил, что «хотел спасти еврейский народ и страну от предателя» и действовал, согласно законам иудаизма, обязующим «убить любого еврея, который отдает в руки врагов свой народ и его землю».

Игал, не скрывавший своей радости по поводу удачно совершенного преступления, говорил на следствии: «Моей целью было всколыхнуть общественное мнение, избавить евреев от равнодушия к тому, что на их земле создают Палестинское государство и армию террористов».

По словам убийцы, он заранее прибыл в день митинга на центральную площадь, а когда народ запел Песню мира, пробрался поближе к премьерской машине. Увидев Рабина, Амир выстрелил в него, причем, как утверждал преступник, люди видели в его руке пистолет, и никто не попытался помешать ему.

Жертвой должен был стать и министр иностранных дел Израиля Шимон Перес. Но сия участь благополучно миновала его.

На вопрос следователя об истинном инициаторе убийства высокопоставленного чиновника убийца заявил: «Я действовал в одиночку, и, вероятно, Бог помогал мне».

Однако полиция не поверила словам Игала: по подозрению в причастности к совершению преступления было арестовано восемь человек, в том числе и старший брат убийцы.

В ходе дальнейшего следствия удалось выяснить истину: благословили Амира на славный подвиг ортодоксальные раввины, недовольные миротворческой политикой премьера Рабина.

Убийство 4 ноября 1995 года повлекло за собой ряд серьезных перестановок в высшем эшелоне власти и службе безопасности премьера.

Многие высокопоставленные лица, отвечавшие за охрану Рабина, понесли наказание, часть из них даже лишилась занимаемых постов. В отставку были отправлены также начальники, вовремя не отреагировавшие на поступившее накануне сообщение о готовящемся покушении на премьера.

Оказывается, за несколько дней до трагического события на площади Царей Израиля в службе безопасности премьера раздался анонимный звонок. Человек, пожелавший остаться неизвестным, сообщил ответственным лицам не только дату преступления, но и приметы убийцы, а также место его учебы.

Сотрудники службы безопасности, посчитавшие анонимный звонок веселой шуткой, не приняли никаких мер для усиления охраны Рабина.

Итог этой непредусмотрительности – смерть всеми любимого премьера.

В ходе дальнейшего расследования было установлено, что служба безопасности главы правительства, допустившая серьезные просчеты, действовала непрофессионально. В так называемой стерильной зоне вокруг премьера находились посторонние, проверкой которых никто не занимался. Более того, рядом с Рабином был только один охранник, что давало преступнику возможность совершить теракт в любое удобное для него время.

Таким образом, халатное отношение руководителей службы охраны премьера к работе, а также наивная вера в невозможность совершения политического убийства в Израиле (тем более еврея евреем) стали причиной трагедии 4 ноября 1995 года.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке