От торговли к ростовщичеству


Мы уже видели, что в каролингской Европе евреи занимали ведущие позиции в коммерции и что, в особенности, они были единственными торговцами, поддерживавшими контакты с Востоком. Конечно, торговля была не единственным их занятием: если в редких текстах, дошедших до нас от этого времени, речь идет преимущественно о еврейских коммерсантах, то причина этого в том, что простые ремесленники и чиновники не имели возможности оставить о себе заметные следы в документах. С другой стороны, евреи не могли долгое время сохранять монополию на международную торговлю. Начиная с X века венецианцы, византийцы, а затем ломбардцы появляются на ярмарках Шампани и Фландрии. К тому же в крайне слаборазвитой экономике той эпохи с абсолютным преобладанием натурального хозяйства торговый обмен – и деньги – играли весьма незначительную роль. Напротив, ростовщику принадлежала гораздо более важная роль, чем в наши дни, именно потому что деньги были редкостью, и в случае необходимости их можно было достать только у профессионала.

Но когда в XII веке дорога в Азию оказалась открытой для европейцев, пряности, ценные товары и предметы роскоши стали попадать в Европу на итальянских кораблях, а не опасным земным путем. Они стали более доступными для крупных и мелких сеньоров, что дало развитию торговли сильный импульс. Одновременно после многовекового застоя начался быстрый расцвет городов, а товарная экономика стала вытеснять натуральное хозяйство. Появился класс христианских торговцев, отнявший у евреев положение верхнего слоя городского населения. Специально подчеркнем, что речь здесь идет не столько о межконфессиональном соперничестве или о намеренном устранении одного клана другим, сколько о естественном длительном процессе, связанном с общими изменениями средневекового общества под воздействием множества различных факторов, которые в своей совокупности сделали в конечном итоге вытеснение евреев в сферу ростовщичества практически неизбежным.

Вспомним сначала характерные особенности евреев как главных торговцев средневековья. Это были вечные странники. Вынужденные обходиться собственными силами, они выступают также в роли банкиров, а при случае ссужают деньги. Начиная с эпохи I крестового похода, появляются зародыши дальнейшей эволюции, поскольку ситуация толкала многих евреев к тому, чтобы обратить свою собственность в ценности, которые легко спрятать в случае опасности, т. е. в деньги или золото. Однако наличные деньги представляли в ту эпоху большую редкость, так что тот, у кого они были, легко превращался в заимодавца: это происходило с евреями точно так же, как с монастырями и другими церковными учреждениями или с первыми христианскими торговцами. В то же время религиозное брожение делало для евреев все более затруднительным занятие их полной приключений профессией. В многочисленных текстах, датированных 1146 – 1148 годами, рассказывается о том, что во время крестового похода они каждый миг рисковали подвергнуться нападениям на большой дороге. Причем их новые конкуренты, итальянские и ганзейские купцы, могли рассчитывать на защиту со стороны их родных городов и добивались принятия специального протекционистского законодательства в свою пользу: запрещение доступа евреев на корабли, отправляющиеся на Восток. Первое решение такого рода, принятое в Венеции, датировано 945 годом. Несмотря на все это, существует множество доказательств продолжения еврейской коммерческой активности в области внутренней торговли с использованием наземных путей вплоть до начала XIII века.

Но эта тенденция к сосредоточению на предоставлении займов, т. е. на ростовщичестве, когда финансист встречается с клиентом у себя дома, и ему нет необходимости подвергаться опасности где-то в дальних краях, подкреплялась тем обстоятельством, что евреи, отныне подвергающиеся дискриминации во всех остальных областях, располагали здесь только им присущим преимуществом. Они не попадали под удары церкви, которая хоть и не смогла положить конец ростовщичеству христиан, но всячески этому препятствовала. Ростовщичество рассматривалось как серьезный грех. Ростовщик-христианин мог быть отлучен от церкви, а начиная с XIV века, этими делами стала заниматься инквизиция. Следует отметить, что вопреки распространенному мнению талмудическая традиция изначально выступала против ростовщичества, и еще накануне I крестового похода великий Раши заявлял: «Тот, кто дает деньги в долг под проценты чужестранцу, погибнет». Но через сто лет раввины пришли к согласию, что надо приспосабливаться к обстоятельствам: разумеется, «не следует ссужать деньги под процент неверным, если можно заработать на жизнь иным способом», но «в нынешнее время, когда еврей не может владеть ни землей, ни виноградником, чтобы выжить, дача денег под проценты не-евреям является необходимой и, следовательно, допустимой».

Оказавшиеся в неблагоприятном положении во всех остальных областях, в этом конкретном случае евреи пользовались определенными преимуществами. И очень скоро власти стали использовать эти преимущества для собственной выгоды. Становящееся все более шатким положение евреев заставляло их искать защиты у князей, добиваться специальных «хартий», которые обеспечивали им временную безопасность, но одновременно приводили к их зависимости от тех, кто эту безопасность обеспечивал. Первоначально имевшие статус свободных людей, евреи превращались в рамках общества, становившегося все более иерархическим, в рабов своих сеньоров – servi camerae nostrae (рабы наших покоев), как скажут позже германские императоры; во Франции говорили, что они «принадлежат баронам». Они стали их людьми, или скорее их вещью, их собственностью, тем более ценной, что в любой момент, надавив на них, можно было добыть какую-то сумму денег, но при этом не представляющих никакого другого интереса.

Эту ситуацию знаменитый английский юрист XIII века Брэктон охарактеризовал следующим образом: «Еврей не может иметь никакой собственности. Все, что он приобретает, становится собственностью короля; евреи живут не для себя, а для других: поэтому они делают приобретения также не для себя, а для других». Еще более красноречивым оказывается богословское определение еврея, которое дает францисканец Анж де Шивассо в своем популярном трактате «Summa Angelica» («Сумма ангелов» XV век): «Быть евреем – это преступление, но оно не подлежит наказанию со стороны христиан, как это полагается в случае с еретиками». Итак, кто способен на большее, способен и на меньшее: еврей может безнаказанно вести себя «как еврей», т. е. заниматься ростовщичеством открыто и на законной основе.

В самом деле, начиная приблизительно с 1400 года, папы выдавали еврейским «банкирам» за соответствующую плату разрешения или специальные лицензии. В результате, в конце этого пути, куда мы еще не пришли, т. е. в конце эпохи средних веков, евреи имеют единственный источник существования, а именно торговлю деньгами. Если говорить точнее, то еврейская община могла обеспечить свое выживание только объединившись вокруг какого-либо «банкира», который становится ее главой и естественным защитником. Это означает, что вся эта эволюция привела к тому, что евреи могли обеспечить свое выживание только благодаря деньгам в буквальном смысле этого слова, поскольку то право на жизнь, которое христианское общество предоставляет каждому, евреи должны были покупать через регулярные промежутки времени у пап или у князей, иначе они становились бесполезными, и тогда оказывались изгнанными или замешанными в какое-нибудь темное дело об отравлении или ритуальном убийстве. Деньги становятся для евреев важнее, чем хлеб насущный, они столь же необходимы как воздух, которым они дышат… И мы увидим, как в этих условиях в конце концов деньги приобретают для евреев почти сакральное значение.

Необходимо уточнить, что евреи были далеки от того, чтобы составлять основной источник доходов князей, и что даже на своем новом поприще они всегда должны были выдерживать сильную конкуренцию со стороны христиан. Несмотря на все усилия церкви, христианские ростовщики добивались замечательных успехов в любой период средневековья. Особенно итальянские корпорации каорсинов и ломбардцев, часто подчиняющиеся регламентациям, аналогичным еврейским, и пользующиеся привилегиями того же порядка, а также крупные итальянские банкиры Сиены и Флоренции осуществляли по всей Европе широкомасштабные операции и играли самую важную роль в развитии капиталистических методов ведения хозяйства.

Но христианские ростовщики в конце концов слились с окружающим обществом и исчезли. Память о них сохранилась только в топонимике и в языке (Например, улица Ломбардцев в Париже и в некоторых городах французской провинции. В русском языке до сих пор существует понятие «ломбард»; до начала XIX века оно было в Англии и Германии. Самое замечательное, что это слово с тем же значением существует и в языке идиш). Что же касается ростовщика-еврея, то он уцелел и даже был возведен в сан архетипа, конечно, благодаря тому, что за ним вырисовывался силуэт другого архетипа – Иуды Искариота, человека тридцати сребреников. В конечном счете вызванный таким образом призрак, породивший непреодолимое напряжение между христианским обществом и евреями, внес существенный вклад в увековечивание их специфичности…

Даже в наши дни еще сохраняется тенденция ретроспективно трактовать ростовщика-еврея средних веков как финансового квазимонополиста, хотя несколько известных нам сухих цифр показывают, до какой степени ограниченной была его роль в движении финансовых ресурсов.

Так, общая сумма налогов, поступивших в 1241 году в казну Священной Германской империи достигала 7127,5 марки, но доля евреев в этой сумме составляла лишь 857 марок. В соответствии с «Книгой податей» Парижа за 1292 год из общей суммы, превышавшей 12000 фунтов, доля 125 налогоплательщиков-евреев составляла только 126 фунтов, в то время как доля ломбардцев достигала 1511 фунтов, Это, конечно, крайний случай, в ту же эпоху общая сумма налогов, поступавшая от евреев в казну Франции была довольно значительна. Однако роль евреев никогда не была преобладающей за исключением норманской Англии, где на протяжении почти двух столетий им принадлежала монополия на финансовые операции короны до тех пор, пока, уступив свое место итальянским банкирам, они не оказались изгнанными из Англии в 1290 году. Остается заметить, что, специализируясь на открытом и законном ростовщичестве преимущественно среди обездоленных людей, они осуществляли свою деятельность в лавках, располагавшихся в их собственных домах, и в этом отношении они сильно повлияли на европейскую культуру.







Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке