53. ПРОТИВ ВСЕЙ ЕВРОПЫ

В 1848 г. покатился вал революций — во Франции, Италии, Германии. В Австрийской империи восстали венгры. Громили немцев, славян, румын. И император Франц-Иосиф обратился с мольбой о помощи к России. Очаг напряженности у русских границ был слишком опасен, видное место в рядах мятежников занимали польские офицеры, не скрывавшие планов перенести пожар в Польшу. Было разумно погасить его в зародыше, да и Австрия в хаосе, охватившем Европу, представлялась естественной союзницей. В 1849 г. Николай I двинул армию Паскевича через Карпаты. В ее составе были 8 донских полков, части кавказских линейцев. Венгерскя армия Гергея стала отступать в Трансильванию, на соединение с корпусом Бема. Прикрывалась арьергардами. В битве у Дебрецена корпус Надь Шандора попытался задержать русских. Отличился Кубанский дивизион, разметавший венгерских гусар. Дружными атаками неприятель был разгромлен.

А против Бема в Трансильванию выступил из Молдавии русский корпус Лидерса. Мадьяры атаковали его, но были разбиты при Сигишоаре. Казаки 1-го Донского полка полковника Михайлова захватили 2 знамени, 8 пушек, в рубке с ними погиб национальный поэт Венгрии Шандор Петефи. В другом бою, под Мюленбахом, оказалось достаточно одной лишь лихой атаки того же 1-го Донского полка, и отряд Бема из 8 тыс. бойцов был опрокинут, полегло 500 мадьяр, 1800 попали в плен при потерях с нашей стороны 5 убитых казаков и 34 раненных [77]. Корпус, на соединение с которым шел Гергей, перестал существовать. Повстанцев зажали с нескольких сторон, и им осталось только капитулировать. Гергей оговорил лишь, что сдается русским, а не австрийцам, которых венгры презирали.

Вся кампания продлилась 1,5 месяца и не только замирила Австро-Венгрию, но и позволила дипломатическими мерами стабилизировать положение в Германии — немецкие революционеры перепугались, что и к ним нагрянут «казаки», и король смог взять ситуацию под контроль. Австрийцы, восстановив порядок у себя, подавили итальянскую революцию. Скатывание Европы в катастрофу было предотвращено. Но для России политические последствия стали горькими. Масонские правящие круги Англии и Франции очередной раз убедились, что Россия является главным препятствием их разрушительным планам. И начали сколачивать против нее общеевропейский фронт.

Чтобы спровоцировать конфликт, использовали Турцию. Чувствуя за собой силу западных держав, она стала вести себя вызывающе. Ключи от храма Гроба Господня в Иерусалиме, находившегося под покровительством царя, султан демонстративно передал французам. Покатились притеснения православных. А в октябре 1853 г. без объявления войны турецкий десант напал на форт Св. Николая на Черном море и уничтожил 400 человек гарнизона. Османы вторглись и в Закавказье, разоряя окрестности Александрополя. Считая это лишь провокацией, сюда был направлен 7-тысячный отряд князя Орбелиани — и обнаружил вдруг, что против него под Баяндуром стоит 40-тысячная армия Ахмет-паши. Враг атаковал, находившееся в наших войсках татарское ополчение кинулось наутек, и удар конницы в несколько тысяч сабель обрушился на единственную сотню донцов. Спасла ее казачья батарея есаула Кульгачева, влетевшая в самую сечу и в упор полившая врага картечью. Русские отбивали атаки, пока не подошло подкрепление — небольшое, 3 батальона, 6 эскадронов и 9 казачьих сотен генерала Бебутова. Но турки не рискнули продолжать бой и отступили.

Лишь через несколько дней была официально объявлена война. И Бебутов, хотя у него было всего 8,5 тыс. бойцов, 19 ноября решил атаковать неприятеля, занявшего сильную позицию у Баш-Кадыклара. Увидев наступающие колонны, Ахмет-паша воскликнул: «Русские с ума сошли либо упились своей поганой водкой!» Но наша пехота устремилась в атаку. И опять совершила подвиг батарея Кульгачева. Вместе с нижегородскими драгунами она вырвались на открытый фланг турок и открыли огонь. А потом по оврагу дерзко выскочили к контратакующей османской пехоте, ударив картечью с 25 шагов. Битва кончилась полной победой.

На Дунае боевые действия развернулись «традиционно» — взятием Тульчи, Исакчи, Мачина. Здесь прославилась ракетная батарея дунайских казаков. Прикрывала переправы, осаживала попытки турок прорваться в гирла Дуная. А турецкий флот был уничтожен Нахимовым в Синопе. Но тут-то и вступили в войну Англия и Франция. Планы строились грандиозные: разгромив Россию, отдать туркам Закавказье, Крым. А Кавказ, Кубань, Ставрополье, Терек должны были войти в новое государство Шамиля — подобие Крымского ханства, чтобы доставало Россию набегами. Предусматривалось восстановление Польши с возвращением ей Украины, Белоруссии, Литвы. К коалиции примкнуло итальянское Сардинское королевство. Австрия отплатила за недавнее спасение черной неблагодарностью — в войну не вступила, но вдруг двинула войска к русским границам.

Англо-французский флот вошел в Черное море, в апреле 1854 г. напал на Одессу. Город отстояли батарея прапорщика Щеголева и казаки 2-го дунайского полка В. Тихановского. Их конная батарея обстреляла и повредила севший на мель английский паровой фрегат «Тигр», а потом казаки на лодках захватили его, пленив команду. Азовскому Войску в это время была поручена эвакуация фортов на кавказском берегу, которые при ударах с моря были бы обречены. Теперь казаки и солдаты сами разрушали построенные с таким трудом укрепления [246].

На Кавказе Шамиль пытался использовать ситуацию, прорваться на равнины. Но сумел только совершить вылазку в Грузию, захватив в заложники женщин и детей. Его заперли в горах и стеснили еще больше, вырубив леса у Шали и разорив аулы по Аргуну. А в Закавказье наши войска перешли в наступление. На западном участке, от Ахалциха, двинулись 10 тыс. воинов генерала И.М. Андронникова и столкнулись с турецким корпусом у Чолока. 11-й донской полк Харитонова стремительным броском захватил неприятельскую батарею. После этого ударил в пики на атакующую турецкую конницу. Харитонов был убит, командование принял подполковник Евстигнеев. Под его руководством казаки отбросили башибузуков и загнали на турецкую пехоту, смяв ее ряды. 34-тысячный корпус был разгромлен, потеряв все орудия.

На восточном участке, от Эривани, наступал 5-тысячный отряд генерала Врангеля. Втрое превосходящие силы турок ждали его на Чингильском перевале. Когда закипел бой, донцы 23-го полка Хрещатицкого зашли во фланг, ворвались на батареи, вместе с пехотой овладели ими, а потом гнали и кололи врага 6 верст, пока не встали утомленные лошади. С ходу был взят Баязет. А на центральном участке наступал Бебутов с корпусом в 18 тыс. Турецкий командующий Куршид-паша (француз Гюйон) сосредоточил здесь 60 тыс. воинов и приготовил ловушку. Распустил слухи, что турки отступают, но на самом деле скрытно двинулся навстречу, и под Кюрюк-Дара наши войска попали в окружение. Страшная сеча длилась 8 часов. Снова отличилась батарея Кульгачева, покрыли себя славой и 7-я донская батарея полковника Долотина, 20-й (баклановский) донской полк Скобелева, сводный полк линейских казаков. Но в этой битве, самой крупной за войну, героями были все. И выстояли. Анатолийская армия врага была разгромлена и рассеяна в горах.

Однако в Болгарию тем временем прибывали англичане и французы. Русским частям пришлось отойти. Правда, и неприятельские планы наступать на север оказались нереальными. В разоренном краю трудно было снабжать войска, а передовой отряд, выступивший к дельте Дуная, был отбит. И британский главнокомандующий Раглан предложил перенести боевые действия в Крым. В сентябре вражеские армии высадились у Евпатории, пользуясь двойным превосходством, одержали победу при Альме. Началась беспримерная 11-месячная осада Севастополя. Полной блокады не было. Полевая армия Меншикова поддерживала связь с гарнизоном, несколько раз атаковала осаждавших. Увы, они тоже успели укрепиться, ощетиниться батареями, и кровопролитные сражения не дали результатов.

События этой войны часто преподносятся некорректно. Дескать, проиграли из-за «отсталости» царской России, ее армии. Это неверно. Техническое оснашение и вооружение наших войск было не хуже французского. Уступало английскому, но как раз англичан-то успешно били. Просто реализовался очень выгодный для противников сценарий войны. Если бы они, как предполагалось, вторглись вглубь страны, их похоронили бы, как армию Наполеона. Но под Севастополь, пользуясь господством на море, враги могли беспрепятственно подвозить любое количество войск, орудий, боеприпасов. Нашей же армии все это приходилось доставлять с большим трудом, гужевым транспортом, через бездорожье Украины и Крыма. К тому же англичане пытались напасть на Кронштадт, Архангельск, Соловки. Были отражены, но русскому командованию пришлось держать крупные силы на Балтике, Севере, в неспокойной Польше, на австрийской границе.

Народ воспринял вторжение так же, как в 1812 г. Снова формировались ополчения. Войско Донское провело поголовную мобилизацию, выставив 87 полков и 14 батарей. В Крым пошли также уральцы, оренбургцы. Особую славу стяжали два батальона черноморских пластунов. Об их кавказских подвигах мало кто знал, и в Крыму сперва не обратили внимания на оборванцев с черкесскими винтовками и кинжалами. Но вскоре о них заговорили все. В сражении под Балаклавой они захватили 4 редута. А войдя в состав гарнизона, начали регулярные вылазки. Поутру французы обнаруживали передовое охранение перерезанным или исчезнувшим. Снайперские пули казаков поражали любую цель в пределах дальности выстрела. Нашумел случай, когда пластуны из-за бомбардировки остались без обеда и утащили у французов прямо из-под носа два огромных котла с горячим супом. Из 1600 пластунов 220 навсегда остались лежать в Севастополе. Оба батальона были награждены Георгиевскими знаменами, а весь личный состав — крестами и медалями.

А вместе с легендарным матросом Кошкой ходил на вылазки 55-летний донской казак Перекопской станицы Осип Иванович Зубов. Отпросившись на 3-й бастион, он выкопал в земле каморку, зажигал ночью лампаду у иконы и молился, будто инок. Был спокоен при самых жутких обстрелах и атаках. И, выбираясь по ночам к англичанам, совершал невероятное. Дрался один против толпы, притаскивал пленных офицеров. Зубова и Кошку стали назначать начальниками партий, передовых цепей.

Не в силах сломить героическую оборону, англичане и французы предприняли поход в Азовское море с целью захватить порты и склады, овладеть крымскими перешейками и лишить русскую армию снабжения. Огромный флот захватил Керчь, Анапу. Как пишет историк А.А. Керсновский, «войска «просвещенных европейцев» вели себя хуже людоедов, не щадя ни женщин, ни детей» [77]. Азовское побережье прикрывали посты из казаков старших возрастов и малолетки. 22 мая армада из 68 кораблей подошла к Таганрогу. Обороняли его горстка гарнизонных солдат и донской учебный полк из 17-летних юнцов и стариков-наставников. Но на предложение сдаться ответили отказом. Бомбардировка длилась 6 часов. Потом англичане высадили десант, но его контратакой сбросили с крутой горы.

Эскадра проследовала к Мариуполю. Опять предложение сдачи, бомбардировка, десант. К месту высадки подоспел полковник Кострюков с двумя сотнями 66-го полка и причалить не дал. Последовали нападения на область Азовского Войска — Бердянск, Кривую Косу. У Петровской станицы после обстрела враг спустил на воду 100 лодок десанта. Но и азовские казаки отбили их, не допустив до высадки. В июне и июле неприятельские корабли приходили снова, повторяя бомбардировки. Во время шторма пароход «Джаспер» сел на мель. С постов прискакали донцы 70-го полка, вошли по грудь в воду, чтобы было поближе, стали стрелять из ружей. Англичане сперва отвечали огнем, но нервы не выдержали, сели на шлюпки и отчалили к своим, а казаки бросились вплавь, захватили пароход, 2 пушки, флаги. Зацепиться в Приазовье врагу так и не удалось… Однако защищать Севастополь становилось все труднее. Он был превращен в груды развалин, погибали лучшие командиры, матросы, солдаты. 8 августа французы смогли овладеть Малаховыи курганом. Дальнейшая оборона потеряла смысл. И по приказу командования наши войска оставили Южную сторону бухты, отошли на Северную. Ушли непобежденными. А неприятель понес такой урон, что уже не мог развить свой успех.

Но операции в Закавказье еще продолжались. Новый главнокомандующий Николай Николаевич Муравьев подступил к сильнейшей крепости Карс. У него было 27 тыс. войск, в гарнизоне Карса — 30 тыс. Для полной блокады сил не хватало. И огромную роль сыграл Бакланов, возглавивший все казачьи части. Под его руководством донцы, линейцы, черноморцы перекрыли пикетами и заслонами все дороги и тропинки, разведали укрепления. Но положение было сложным. Чтобы деблокировать крепость, у Эрзерума сосредоточился корпус Вели-паши, в Батум перебрасывался из Крыма освободившийся корпус Омер-паши.

Желая упредить их, Муравьев, вопреки мнению Бакланова, назначил на 17 сентября штурм. Он был отбит, наша армия потеряла погибшими и ранеными 6,5 тыс. Многие считали нужным снять осаду. Бакланов высказался против. Указывал, что осенью предпринимать активные операции в горах туркам будет затруднительно. И Муравьев на этот раз согласился с ним. Осада продолжилась. И казаки свое дело сделали. Отбили несколько обозов продовольствия, в крепости начался голод. Баклановские заставы установили такой контроль над окрестностями, что мышь не проскочит. Гарнизон не мог передать информацию о бедственном положении, не получал никаких вестей извне. И, отчаявшись дождаться помощи, 12 ноября капитулировал. За время осады половина гарнизона погибла, было взято 16,5 тыс. пленных и 136 орудий.

В целом войну Россия не проиграла. Но она очутилась в международной изоляции, и Александру II, сменившему на престоле умершего Николая, пришлось принять тяжелые условия мира. Впрочем, и о прежних прожектах расчленения нашей страны речи больше не было. Россия отказывалась от протектората над Сербией, Валахией, Молдавией. Уступала в состав Молдавии Южную Бессарабию. Русским (но и туркам) запрещалось иметь военный флот и базы на Черном море. России возвращался Севастополь, а Турции — Карс и Баязет. За героизм, проявленный в этой войне, Георгиевские знамена получили Донское, Черноморское, Азовское Войска, многие полки и батареи. Удостоились Георгиевских штандартов и оба полка Дунайского Войска. Но в связи с утратой Южной Бессарабии это Войско потеряло часть своих земель. Взамен было выделено село Байрамча, переименованное в станицу Николаевку-Новороссийскую. Сюда было перенесено управление Дунайским Войском, а само оно стало называться Новороссийским.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке