70. ПОБЕЖДЕННЫЕ И РАЗДАВЛЕННЫЕ

Полномасштабный геноцид казаков большевики после своей победы не возобновили. Но общий курс на уничтожение казачества сохранился. Только теперь физическому истреблению подлежала лишь часть казаков, а основную массу следовало сломить морально, расказачить и ассимилировать. Так, в 1920 г. на Кубани было арестовано 6 тыс. станичных атаманов, членов станичных правлений, офицеров, войсковых чиновников. Их отправили в Холмогоры и всех перебили. На Тереке объявили «контрреволюционными» и репрессировали 1,5 тыс. семей. Приехав в Екатеринодар, Троцкий реализовал еще один из своих чудовищных замыслов: каким бы невероятным это ни казалось, он начал эксперимент по «социализации» женщин. Составлялись списки семей офицеров, чиновников, купцов, богатых казаков, в которых девушки подлежали «социализации» (обобществлению). Красноармейцам, чекистам в качестве поощрения выдавались удостоверения, скольких девушек предъявитель может «социализировать», т. е. совокупиться с ними. Проводились и облавы с отловом молодых девиц для этой цели. Дальнейшего распространения «эксперимент» не получил, но сам факт такой кампании установлен, она была вполне официальной, в Краснодарском краевом архиве сохранились подлинники удостоверений на «социализацию». А монастыри по приказу Троцкого были превращены в «коммуны». Монахов под конвоем гоняли на работы, кормили вместе со скотом похлебкой из буряка и брюквы. В Екатерино-Лебяженской пустыни 120 монахов попытались протестовать — их заперли в церкви и взорвали.

Уничтожались и красные казачьи лидеры, когда большевистское руководство сочло, что в них отпадала нужда. В 1920 г. по надуманному обвинению был расстрелян Думенко со всем штабом. Сталин пытался заступиться, писал, что «его шашка нам пригодилась бы», но успеха не добился. В 1921 г. был арестован и убит в Бутырках Миронов. Вообще без суда, по тайному приказу. Документы по его делу сразу были изъяты и бесследно исчезли. А тех казаков, кто ушел в эмиграцию, переманивали обратно. Несколько раз объявлялись амнистии, широко пропагандировались за рубежом. И многие возвращались. Крупные фигуры вроде генерала Секретева большевики не репрессировали, оставляли в качестве «рекламных». Но большинство вернувшихся отправляли в места не столь отдаленные или под расстрелы — дескать, сама служба у белых амнистирована, но в ходе этой службы совершались еще и такие-то «преступления». Часть отпускали, они возвращались в родные станицы. Но и они, и даже такие, кто, подобно Григорию Мелехову, успел «искупить» службу белым, послужив потом у красных, оказывались под дамокловым мечом. Их держали под надзором, и одного неосторожного слова, доноса было достаточно для ареста.

Еще в 1917 г. Советская власть объявила об отмене сословий. Но в 1920 г. сочла нужным «персонально» повторить упразднение «казачьего сословия». И вот что любопытно — упразднили-то «сословие», но отнесли его к национальным признакам. Во всех анкетах казаков в графе «национальность» ставился прочерк! Они как бы признавались не русскими, а людьми без национальности. Вне общества. Неприкасаемыми. А территории Казачьих Войск правительство принялось расчленять. Войско Донское сперва было преобразовано в Донскую республику, но в 1920 г. ее упразднили. Западные округа передали в состав Украины, они вошли в Луганскую и Донецкую губернии. Часть войсковых земель отошла к Воронежской, Саратовской, Царицынской губерниям, а оставшаяся территория стала Донской областью. В 1920 г. была образована Автономная Киргизская республика (Казахская), ее вообще наделили чрезвычайно щедро. Отдали в ее состав территорию Уральского, Семиреченского Войск, южную часть Сибирского, почти все Оренбургское Войско, даже столицей республики стал Оренбург. Северную часть земель оренбургского казачества передали в состав Башкирии. А то, что осталось от Сибирского Войска, поделили между несколькими губерниями. Из Астраханского Войска вычленили Калмыцкую автономную область, из Забайкальского — Бурят-Моногльскую автономную республику.

На Северном Кавказе главной опорой большевиков считались «революционные» горцы, и в 1920 г. были провозглашены Горская и Дагестанская автономные республики. Из Кубанского Войска южную часть отдали Горской Республике, несколько станиц — Ставропольской губернии. А Терская губерния сохранила лишь 19 % земель Терского Войска — узкую полосу по северному берегу Терека от Минвод до Кизляра и Каспия с центром в Пятигорске. Большую часть войскойой территории включили в Горскую республику. При этом 11 станиц было решено отдать горцам, 70 тыс. казаков подлежали депортации. Район Владикавказа предназначался для заселения ингушами. Казаков из здешних станиц и хуторов выгнали из родных хат и под конвоем повели на север. Но «упростили» проблему, чего с беженцами возиться? По пути красные каратели и «революционные» ингуши набросились на беззащитные колонны, принялись рубить и резать, ударили пулеметы. Дорога на Беслан была завалена трупами. Всего в ходе депортации было уничтожено 35 тыс. казаков, казачек, детей.

Но и распропагандированного улучшения хозяйства горцев не произошло. Потому что в «очищенные» станицы они не переселялись. Предпочитали оставаться там, где привыкли жить. Наезжали выломать что-нибудь из брошенных домов. Или пограбить казачьи селения, которые не были выселены. Казаки жаловались: «Разрушаются здания, инвентарь, рамы, стекла и проч. увозятся в аулы, портятся фруктовые деревья. Сельскохозяйственный инвентарь разбросан, изломан, ржавеет и гниет… Русское население обезоружено и к физическому отпору и самосохранению бессильно. Аулы, наоборот, переполнены оружием, каждый житель, даже подростки 12–13 лет вооружены с ног до головы, имея револьверы и винтовки. Таким образом получается, что в Советской России две части населения поставлены в разные условия в ущерб одна другой, что явно несправедливо».

Большевики, став хозяевами всей страны, утверждали свою власть крутыми методами, что привело к восстаниям. В 1921 г. по всему Югу России, Украине, Приуралью, Сибири развернулась «малая гражданская». На Правобережье Украины пытался вести борьбу атаман Юрко Тютюнник, создававший казачью Повстанческую армию. На Левобережье и в Таврии действовал Махно. Были восстания на Дону в Усть-Медведицком, Хоперском округах. На Кубани возникли «зеленые» отряды Пржевальского, Ухтомского, Назарова, Трубачева, Юдина, Кривоносова, Дубины, Рендскова. Но и в борьбе с повстанцами Советская власть использовала казаков — только перебрасывая их подальше от дома. Например, из пленных семиреченцев был сформирован полк и направлен в Башкирию, против мятежа Валидова. Назначенные в часть комиссары обращались с казаками жестоко, запрещали молиться, за малейшую провинность подвергали наказаниям. В апреле 1921 г. полк под командованием Охранюка взбунтовался, перебил комиссаров. Однако у села Тогустемир был окружен превосходящими силами и в бою погиб полностью, казаки в плен не сдавались. Подавить восстания помогли не только военные действия, но и засуха, неурожай и голод, охвативший области от Украины до Поволжья. По Дону вдобавок прошла эпидемия чумы.

Кубани стихийные бедствия не коснулись, и здесь зеленые противостояли Советский власти дольше, чем в других местах. Василий Рябоконь с отрядом соратников держался в приазовских плавнях до осени 1924 г., заявляя большевикам: «Ваша суша, наша вода». Но и такие очаги сопротивления рано или поздно ликвидировались. Расправа с пойманными повстанцами была однозначной, а больше погибало не самих зеленых, а мирного населения. Расстреливались семьи тех, кто ушел в повстанческие отряды. В станицах и хуторах, с которыми эти отряды поддерживали связь, брались и уничтожались заложники. В целом же в результате гражданской войны, подавления восстаний, эпидемий, голода, казачество пострадало очень сильно. Общие потери России в 1917–1922 гг. составили, по разным оценкам, 17–21 млн. человек. Какая часть из них приходится на казаков, точных данных нет. Но немалая — ведь война каталась как раз по казачьим областям. Г. Кокунько указывает, что Войско Донское потеряло половину довоенного населения. А число жителей Северного Кавказа уменьшилось на треть — в значительной мере за счет казаков [23]. Хотя такие оценки весьма приблизительны. Жертвы никто не считал, а переписей в послевоенные годы не проводилось.

Но подчеркнем и то, что не у всех ветвей Советской власти и не у всех ее лидеров отношение к казакам было однозначным. И со временем оно стало корректироваться. На Кавказе Горская республика стала серьезнейшей проблемой. Ее раздирали межнациональные ссоры и споры. Бесконтрольность и безнаказанность со стороны «своих» властей порождали злоупотребления и бандитизм. Горцы грабили и притесняли не только казаков, но нападали и друг на друга, угоняли скот у русских крестьян, доставалось и советским хозяйствам. И правительство стало пересматривать политические акценты в этом регионе. Из Горской республики были выделены Кабардино-Балкарская, Чеченская, Карачаево-Черкесская автономные области. А в 1924 г. Сталин окончательно упразднил республику, возникли Северо-Осетинская и Ингушская автономные области. При этом в Москве уже поняли, что безоглядно делать ставку на горцев нельзя. И южные терские станицы составили отдельный, Сунженский автономный округ. Права автономных округов получили также города Владикавказ и Грозный. Часть кубанских и терских станиц осталась в составе Карачаево-Черкессии и Северной Осетии, а из Кубано-Черноморской области была еще выделена Адыгея. Но для компактно проживающих народов вводились «малые формы автономии» в виде национальных районов и национальных сельсоветов. И в указанных образованиях были созданы 3 казачьих национальных района.

В конце 1924 г. реформа завершилась созданием огромного Северо-Кавказского края с центром в Ростове. В его состав вошли Дон, Кубань, Ставрополье, Терская губерния, северокавказские национальные области (без Дагестана). Кроме того, Сталин отобрал у Украины и присоединил к Северо-Кавказскому краю Донецкий, Таганрогский и Шахтинский округа. А в 1925 г. из состава Киргизской АССР (переименованной в Казакскую) была изъята Оренбургская область (столицу республики перенесли из Оренбурга в Кзыл-Орду).

Пагубность прежней опоры на «революционные народы» вскоре проявилась особенно ярко. В 1925 г. шариатисты подняли артирусское восстание в Чечне, в 1926 г. оно перекинулось на Дагестан. Подавили его быстро и сурово. Двинули войска, артиллерию. Кто оказывал сопротивление, не церемонились. В то время ходила поговорка: «Большой арба (т. е. пушка) кричал — весь аул кончал». Эти события еще раз показали правительству необходимость пересмотреть свою линию по отношению к казакам.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке