14-я танковая дивизия в битвах в Курляндии в 1944–1945 годах

Бои между Приекуле и Скуодасом

В написанной им истории 14-й танковой дивизии периода 1940–1945 годов тогдашний командир 64-го мотоциклетного батальона подполковник в отставке Рольф Грамс сообщает о ситуации после катастрофы группы армий «Центр» (операция «Багратион» в Белоруссии и Восточной Польше 23 июня — 29 августа 1944 г. — Ред.) следующее:

«Хотя германские части были вынуждены сосредоточиться в северо-восточной части Латвии и отступить на плацдарм под Ригой, они все же смогли, несмотря на все попытки противника, сохранить узкий коридор севернее Елгавы, связывающий их с группой армий „Центр“.

Целесообразно действующее германское командование должно было бы воспользоваться образовавшейся передышкой для того, чтобы продолжить уже начатое отступление и — еще до того, как противник соберет силы для нового удара, — создать сильный фронт у Клайпеды для защиты Восточной Пруссии.

Оснований для этого было вполне достаточно, несмотря на то что Финляндия была потеряна как союзник после подписания ею перемирия с Советским Союзом.

В эти дни Гитлера со всех сторон одолевали просьбами дать свое согласие на отход группы армий „Север“ к границе рейха. Он, однако, настаивал на своем решении: „Не отдавать ни пяди земли без боя“.

В соответствии с этим он намеревался, одновременно с новым наступлением на остальном участке Восточного фронта, нанести силами группы армий „Север“ удар в южном направлении, в глубокий фланг неприятеля».

То, что осуществить подобный замысел невозможно, Гитлер прекрасно понимал. Но в соответствии с его решением группа армий «Север» осталась там, где она и находилась.

14-я танковая дивизия пребывала на своих позициях вокруг Риги и в самом городе, поскольку она должна была быть в готовности в качестве подкрепления для защитников этого плацдарма. Возникший в результате этого перерыв в боях был использован для пополнения сил и ремонта подбитых в сражениях танков.

Но эта передышка закончилась 4 октября 1944 года. В тот день советская армия возобновила свое наступление на весь район расположения группы армий «Север».

Основной удар этого наступления находился между частями 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов, которые наступали на пространстве Шяуляй — Мажейкяй силами 29 стрелковых дивизий, 5 отдельных танковых бригад и 3 танковых корпусов.

14-я танковая дивизия снова была подчинена 3-й танковой армии под командованием генерал-полковника Рауса и получила приказ выдвинуться в район Мажейкяя. Она смогла выступить в путь около 10.00 5 октября, миновала Ригу, а ее передовые части достигли — несмотря на многочисленные помехи и дорожные заторы — к 16.00 района Джуксте и с наступлением ночи остановились в районе Эзере.

Майор Саувант командовал 36-м танковым полком. На своем танке T-V «Пантера» он въехал в Ауце 6 октября.

К городку уже подходили крупные силы неприятеля. Полк майора Сауванта проследовал дальше, в город Приекуле, и, придя в него, получил приказ присоединиться к моторизованной дивизии «Великая Германия». Местом его дислокации был определен город Скуодас. На имевшихся около него позициях найти никого не удалось, а с «Великой Германией» никакой связи не было.

Утром 8 октября 10 «Пантер» под командованием майора Молинари продвинулись южнее Приекуле вплоть до поселка Ледзини. После успешного соединения в этом населенном пункте со 108-м мотопехотным полком наступление было продолжено в юго-восточном направлении.

В это же время 103-й мотопехотный полк при поддержке четырех штурмовых орудий расширил свой рубеж обороны от Скуодаса вплоть до лесного массива около поселка Нарвиджяй. 12 танков 2-го батальона 36-го танкового полка оттеснили неприятеля на восток.

Все эти боевые действия остановили продвижение неприятеля на время достаточное для того, чтобы X армейский корпус перебросил подкрепления в угрожаемый район.

Итак, восточнее Скуодаса 23-й мотопехотный полк 11-й пехотной дивизии сменил 103-й мотопехотный полк. Несколько «Тигров» из состава 502-го танкового батальона обеспечили своей поддержкой оборону этого участка фронта до подхода мотопехоты 7-й танковой дивизии, плотно его закрывшей. И наконец, 31-я пехотная дивизия перекрыла еще существовавшие прорывы фронта на северном фланге обороны.

Бои продолжались без перерыва в течение восьми дней. Затем, после стабилизации обстановки, в ночь на 16 октября подошла моторизованная добровольческая (из скандинавских добровольцев) дивизия СС «Нордланд» и сменила на этом участке фронта все разношерстные части.

Весь передний край после этой битвы был усеян телами павших русских солдат. Более чем 100 сгоревших и подбитых танков стояли на поле. Примерно столько же еще самоходных орудий были уничтожены или взяты в качестве трофеев. Советское наступление на этом участке было отбито.

По другому сценарию развертывалось наступление советской 51-й армии южнее Скуодаса. Она совместно с соединениями 1-го Прибалтийского фронта прорвала в наиболее слабом месте германскую линию фронта под Шяуляем и 10 октября 1944 года вышла к Балтийскому морю. Тем самым группа армий «Север» оказалась отрезанной от Восточной Пруссии. Лишь чрезвычайным напряжением сил удалось сорвать попытку прорыва 1-го Прибалтийского фронта вдоль побережья с юга на север и удержать портовый город Лиепаю (Лиепаю). Здесь бой вела 14-я танковая дивизия.

На этом участке особенных успехов достигла боевая группа под командованием капитана Вольлебена, сформированная из 2-го батальона 36-го танкового полка и 3-го батальона 103-го мотопехотного полка. Этой группе в течение 12 и 13 октября удалось отбросить силы неприятеля, глубоко вторгшегося в германскую линию обороны. Боевая группа заняла господствующие над местностью высоты и удержала их, отбив все многочисленные атаки русских.

Лейтенант Вольфганг Вольлебен после целого ряда энергично проведенных атак уже 14 октября 1942 года был награжден Золотым немецким крестом. Будучи переброшен затем на позиции севернее Риги, он испытал несколько неудач в боях. Однако случившиеся на его участке фронта прорывы противника были ликвидированы его подразделением в последующие дни.

Вечером 23 октября 1944 года танки 14-й танковой дивизии двигались южнее Эмбуте, выходя на предписанные ей позиции для наступления, которое началось ранним утром 24 октября.

Все танки дивизии под командованием майора Молинари, капитана Арендта и капитана Вольлебена сосредоточились и выступили из Смикстери на юг. К ним примкнула рота штурмовых орудий под командованием обер-лейтенанта Вилли Айнфельда, которая вместе с мотопехотинцами 563-й пехотной дивизии выступила из Бутели на юг. Они спешно двигались вперед, чтобы остановить удар русских танков и с ходу уничтожить наступающих врагов. И все же бреши, возникшие на участке фронта 563-й пехотной дивизии, удалось закрыть только 25 октября. Дивизия заняла оборону и после нанесения ряда контрударов ликвидировала все прорывы неприятеля. Около 50 танков и самоходных орудий из состава русского 19-го танкового корпуса смогли проникнуть в эти прорывы, которые в последующие дни снова были ликвидированы. Дивизия смогла занять основные предписанные ей позиции, хотя бронетанковая группа состояла всего из 15 танков.

После этого оборонительного сражения, выигранного с большими потерями, для 14-й танковой дивизии началась первая битва в Курляндии.

14-я танковая дивизия в ходе первой битвы в Курляндии

На фронте между Приекуле и Вентой в 6.00 27 октября 1944 года советская армия обрушила шквал артиллерийского огня из более чем 2000 стволов на германские позиции, в том числе и на участок фронта 14-й танковой дивизии. Несколько позже вперед двинулись танки противника, а за ними последовала стрелковая бригада, стараясь не попасть под собственный артиллерийский огонь и направляя свой основной удар на участок обороны 30-й пехотной дивизии с явным намерением прорвать ее фронт.

Закрепившиеся на своих позициях полки этой дивизии понесли тяжелые потери от точного артогня. Многочисленные прорывы фронта устранить не удавалось. Прорвавшиеся русские подразделения соединялись друг с другом и двигались дальше на север. Поэтому еще державшиеся на своих позициях части этой дивизии были вынуждены отходить назад, вследствие чего связь на правом фланге с 14-й танковой дивизией была потеряна.

Быстро прореагировав на это (что раньше приходилось наблюдать довольно редко), советские наступающие полки развернули часть своих танков на восток, чтобы выйти в глубокий фланг и тыл 30-й пехотной дивизии и целиком отрезать ее от соседних частей.

Однако 108-й мотопехотный полк своевременно осознал намерение врага и остановил это угрожающее продвижение еще на подходе его к Смикстери. Противотанково-истребительный батальон и танки Вольлебена заняли на подходе к этому поселку оборонительную позицию и оборудовали ее для боя с наступающими танковыми частями русских. Это стало возможным потому, что ценой незначительной потери территории удалось организовать новую оборонительную линию между поселками Кери и Аннениеки.

Однако эта довольно ненадежная связь к полуночи настоящих суток была снова потеряна. Тем не менее в последующие 36 часов вражеское наступление удалось остановить.

Но, поскольку соседняя дивизия продолжила отступление, боевой группе 14-й танковой дивизии также пришлось отойти назад, чтобы не быть отрезанной от основных сил.

Неприятель сменил свои потрепанные в боях части свежими дивизиями и утром 29 октября начал новое генеральное наступление мощной артподготовкой из артиллерийских орудий и минометов.

На этот раз основной удар вражеских сил пришелся на участок фронта 30-й пехотной дивизии и на правый фланг 14-й танковой дивизии. Советским войскам удалось несколько вклиниться в оборонительную линию, но затем этот выступ был сглажен «Тиграми» и «Пантерами» группы Молинари. В ходе этого боя удалось уничтожить несколько тяжелых танков ИС-2. Они остались стоять у переднего края, догорая и испуская клубы черного дыма.

Но наступление советских гвардейских дивизий еще не было остановлено. Лишь путем контрудара с участием танков и штурмовых орудий их шаг за шагом удалось оттеснить к югу. После чего на некоторое время возникла пауза в боевых действиях, которая была прервана у поселка Динздурбе новым наступлением танков ИС-2 с сидящей на их броне и следующей за танками пехотой. Значительно число тяжелых русских танков было уничтожено артиллерией, ведшей по ним огонь прямой наводкой. Контрудары германской мотопехоты положили конец всем попыткам неприятеля прорвать фронт.

Тем не менее командование 18-й армии приняло решение отвести с фронта 14-ю танковую дивизию и перебросить ее на запад в район Приекуле, поскольку там ожидалось новое наступление неприятеля. Оставленные ею позиции на передовой ночью заняла 263-я пехотная дивизия.

Но еще в самом начале марша в новый район боевых действий дивизии пришлось задержаться, поскольку разведка неприятеля прознала про эту передислокацию, а его части предприняли наступление на позиции, занятые только мотопехотинцами 263-й пехотной дивизии. Замыкающие части 14-й танковой дивизии были развернуты и направлены в район Бринки для усиления обороны. Один отряд из охранения занял высоты у поселка Приецукрогс. 108-й мотопехотный полк продвигался на восток. Западнее шоссе заняли позиции 4-й истребительно-противотанковый батальон и 103-й мотопехотный полк. 4-я танковая рота предприняла контрудар по занятой противником высоте 143,8. Пехотинцы-истребители танков с их 88-мм зенитными орудиями в качестве поддержки были включены в состав частей дивизии.

Последовал целый ряд ожесточенных схваток на сильно изогнутом фронте, но все же остановить дальнейшее продвижение неприятеля и его прорывы не представилось возможным, так что 2 ноября пришлось организовать новый оборонительный рубеж по линии Свинпии — Дзелсгалескрог— Метрайне — Вартава. Оба моста через Дзелду были предусмотрительно взорваны. Тем не менее частям советской армии удалось форсировать реку, выйти на ее северный берег и создать там сильно укрепленный плацдарм. С него они рассчитывали развернуть дальнейшее наступление.

Но это намерение разрушила своим наступлением 14-я танковая дивизия. Находившееся в руках русских мыза Маздзелда была отбита. Спустя час после этого ударная группа доложила, что и прилегающее к поместью кладбище, которое русские превратили в сильный укрепленный пункт, также занято германскими солдатами.

Все эти бои, протекавшие успешно или нет, приводили к тяжелым для германских частей потерям. К тому же приходилось снова и снова перебрасывать танки 14-й дивизии с одного участка фронта дивизии на другой, на котором складывалась особенно тяжелая обстановка, чтобы переломить там ход боя. Разумеется, это был не замысел танкового командования, но единственная возможность в данной ситуации спасти фронт и оказать окруженным мотопехотинцам действенную помощь.

Так что боевая группа Шаммлера, состоявшая из 4-й истребительно-противотанковой роты и роты танков T-IV под командованием подполковника Кюна, была передана 14 ноября в состав II армейского корпуса, расположенного в Шрундене (Скрунда).

Другие ударные части в тот же и на следующий день, 15 ноября, были отведены с передовой и передислоцированы в район Рудбарзи, где они стали резервом командования X армейского корпуса.

После совещания командующих частями, состоявшегося в Рудбарзи, генерал-лейтенант Унрайн снова вернулся в свою дивизию. На этом совещании присутствовали командующий группой армий «Север», 18-й армией, а также все генералы, командующие частями в этом регионе. Речь шла о том, каким образом отразить ожидавшееся крупное наступление русских, поскольку было ясно: вся подготовка на стороне русских, о которой доносили разведгруппы и службы радиоперехвата, велась именно для подобного наступления.

14-я танковая дивизия в ходе второй битвы в Курляндии

В полдень 19 ноября 1943 года советская армия начала вторую битву в Курляндии двухчасовой артподготовкой на участке фронта между Приекуле и Салдусом. Ее основной удар пришелся на участок фронта юго-западнее Скрунды. Мощный натиск советских танков пробил брешь в самом слабом месте — на стыке 30-й и 32-й пехотных дивизий. Невозможно было остановить проникшие сюда советские войска. Одним ударом прорвав здесь фронт, русские прорвали и вторую линию обороны и стали развивать наступление на северо-восток, явно намереваясь пройти между поселками Яунспайли и Силсати.

14-я танковая дивизия получила приказ выйти наперерез наступающему врагу и остановить его.

Танки и мотопехота дивизии немедленно выступили и уже к вечеру достигли района несколько южнее хутора Пурвакрогс, организовав оборонительную линию севернее Циммери.

На рассвете следующего дня германские части начали атаку на Циммери. Им удалось прорвать оборону русских у этого поселка.

Ожесточенный артиллерийский огонь должен был остановить удар 14-й танковой дивизии, для этого же русскими был нанесен и контрудар, поддержанный танками. Все это, однако, привело только к незначительной потере занятой территории. К тому же к вечеру удалось частично восстановить прежнюю линию передовой.

Но к этому времени части Красной армии смогли глубоко вклиниться в германскую оборону западнее и северо-западнее позиций 14-й танковой дивизии. Такая ситуация побудила генерал-лейтенанта Унрайна отказаться от задуманного наступления для овладения всей прежней линией передовой и организовать оборону против наступающих танков неприятеля. Прорвавшиеся части были остановлены и оттеснены, и 22 ноября дивизия заняла позиции 263-й пехотной дивизии, в основном 463-го мотопехотного полка этой дивизии.

В полдень следующего дня наступление с целью овладения старой линией передовой планировалось продолжить; однако неприятель упредил его своим наступлением, которое и начал в 8.00 мощной артподготовкой, обрушив на участок фронта одного только 108-го мотопехотного полка 200 000 снарядов. Если бы это наступление увенчалось успехом, то русские использовали бы образовавшиеся выступы фронта для дальнейшего продвижения на Крици.

Прошел час после начала артподготовки, когда армады советских танков двинулись вперед, рискуя попасть под огонь собственной артиллерии. Тут же в бой вступила германская мотопехота, поддержанная «Пантерами». Их огонь заставил вражеские танки повернуть назад еще до подхода к передовой. Была отбита и атака советского штрафного батальона. 2-й батальон 108-го мотопехотного полка, находившийся в 2 километрах от передовой, сконцентрировался и пошел в контратаку. Ему удалось оттеснить части 3-го механизированного гвардейского корпуса и 212-й стрелковой бригады на их исходные позиции.

Лишь во второй половине дня русским удалось расширить брешь на стыке 108-го и 96-го пехотных полков и крупными силами танков и стрелковых частей продвинуться в направлении на Койю. Принимавшие участие в наступлении русские танки были по большей части уничтожены огнем танков «Пантергруппы Линденберга».

Шедшая за танками пехота все же добралась до лесного массива, прошла его и закрепилась было в нем, развернувшись с линии влево и вправо, в тылу сил на передовой.

Танки и штурмовые орудия 14-й танковой дивизии подошли к лесу, несмотря на огонь врага, и уничтожили его, вытеснив на лесную просеку.

Однако наличных сил было совершенно недостаточно, чтобы закрепить достигнутый успех, поэтому 14-я танковая дивизия в ночь была вынуждена отойти на северный берег небольшой речушки Койя. Мосты через Койю были взорваны, враг остановлен, прорвавшие фронт части врага уничтожены в бою.

Это сражение 26 ноября истощило силы наступающих частей Красной армии. Стало возможным снова овладеть прежней линией фронта на всей ее ширине и удержать ее в своих руках.

14-я танковая дивизия заняла участок фронта 32-й пехотной дивизии. В ее подчинение перешли части 125-й пехотной дивизии. К тому же ей придали две батареи штурмовых орудий, соответственно из состава 184-го и 600-го дивизионов.

На следующий день стало ясно, что русское наступление потеряло свою ударную мощь. В своей ежедневной сводке от 28 ноября 1944 года командование 18-й армии оповестило об этом успехе в следующих словах:

«С 27 октября неприятель предпринял наступление силами 5 армий в составе 45 стрелковых дивизий, механизированного и танкового корпусов, а также многочисленных танковых бригад.

Для своего прорыва 19 ноября вражеские части были усилены еще 2 танковыми корпусами и несколькими стрелковыми дивизиями.

Несмотря на столь внушительное превосходство в силах, враг уже через несколько дней был вынужден отказаться от своих планов каждого из ударов.

Достигнутый успех, выразившийся в углублении на территорию нашего плацдарма на расстояние от 10 до 12 километров, стоил ему 478 уничтоженных танков. Потери в живой силе и другой технике были еще более впечатляющими».

Но и немецкая сторона тоже понесла значительные потери, которые теперь уже было невозможно восполнить и даже невозможно напрямую сообщить о них в дивизионных сводках.

Таким образом, 14-я танковая дивизия внесла основной вклад в отражение ударов танковых полчищ неприятеля. Один только ее 36-й танковый полк за период с 23 октября по 28 ноября 1944 года уничтожил 68 танков, в том числе 20 танков ИС-2 и 102 орудия, в основном опаснейших противотанковых пушек.

Слава и уважение, которые дивизия снискала в качестве несокрушимой и в любой ситуации надежной «пожарной команды Курляндии» — прозвище, под которым ее знали во всех штабах и частях вплоть до конца войны, — были заслужены ею именно в этих боях.

С 3 декабря дивизию сменила на позициях 83-я пехотная дивизия. В плотном снегопаде она перебазировалась на новый участок фронта Рудбарзи — Гранди — Бирзгале.

Генерал-лейтенанта Унрайна посетили начальник штаба 18-й армии генерал-майор фон Нацмер и генерал-майор Томале, который воспользовался своим пребыванием в Курляндии, чтобы обратить внимание на прискорбную ситуацию с танками. Прежде всего было совершенно необходимо передислоцировать 2-й батальон 36-го танкового полка на новые позиции. Чтобы осуществить это намерение как можно быстрее и максимально задействовать главное командование сухопутных сил и инспекцию танковых войск (т. е. Хайнца Гудериана. — Ред.), три генерала совместно решили откомандировать в соответствующие инстанции рейха майора Бернгарда Сауванта. Этот офицер, будучи танкистом высокого ранга и кавалером Рыцарского креста с дубовыми листьями, безусловно, мог в кабинете любого руководителя настоять на решении этого вопроса. Майор получил указания энергично довести до сведения командования все пожелания и требования танкистов относительно пополнения техникой и личным составом 36-го танкового полка.

Дивизия в течение трехнедельного пребывания за линией фронта должна была снова восстановить свою боевую мощь.

В этот же период была осуществлена и перестановка командных кадров дивизии. Полковник Узедом в сложившихся обстоятельствах занял также пост командира 108-го мотопехотного полка, полковник Палм с того же момента возглавил 103-й мотопехотный полк. Представителем Генерального штаба стал майор фон Бомхард. Командиром 4-го разведывательного танкового батальона был назначен капитан Нокельман, а танковый полк на время отсутствия майора Сауванта возглавил капитан Нойендорф. Капитан Молинари поступил в кадровый резерв главного командования сухопутных сил.

В середине декабря советские войска сделали попытку в ходе неожиданного наступления пробиться силами частей 2-й гвардейской армии и 4-й ударной армии к городу Скрунда. Атака на Ленас была отбита. Затем прорыв затих в заболоченных лесах между Куркисесом и Авоти. Этот первый успех побудил русских продолжить наступление и расширить занятое пространство далее на запад. Но они натолкнулись на такое упорное сопротивление, что при остановили свое продвижение в ожидании новых подкреплений, но их подход задерживался, и наступательный порыв русских иссяк.

14-я танковая дивизия в третьей битве в Курляндии

Наступление русских на фронте 18-й армии началось 21 декабря 1944 года. Когда через час после начала русской артподготовки огонь их артиллерии затих, люди как в траншеях, так и в штабах испытали одновременно и удивление, и облегчение. Это облегчение еще больше усилилось, когда неприятель перешел в наступление, поддержанное относительно слабыми танковыми частями. Все это свидетельствовало о том, что силы противника, похоже, начинают иссякать.

Правда, в ночь на 22 декабря атаки русских усилились. На участках, занимаемых пехотными дивизиями, красноармейцам при поддержке танков удалось значительно углубиться в линию фронта.

Находившаяся до сих пор в резерве 14-я танковая дивизия получила приказ ликвидировать прорывы и нанести контрудар. Уже ночью ей удалось выполнить задачу и оттеснить неприятеля. Линия фронта снова была восстановлена. Новые попытки русских в ту же ночь прорвать ее потерпели неудачу.

К Рождеству бои стихли. Ударные части смогли вернуться в расположение 14-й танковой дивизии. Пополнение ее техникой и личным составом было продолжено.

По другую сторону фронта третьей битвы в Курляндии Красная армия подсчитывала свои тяжелые потери. На передовой, перед германскими позициями, истекла кровью целая стрелковая дивизия русских. Целый ряд танковых частей был уничтожен без остатка или до полной небоеспособности.

В перехваченном донесении одного из гвардейских танковых полков советскому командованию сообщалось, что в его составе осталось только 5 (!) боеспособных машин. В подразделении тяжелых танков ИС-2, входящем в состав этого полка, после боя на ходу имелось только три танка.

Нарукавная нашивка «Курляндия»

Статут

Нарукавной нашивкой «Курляндия» военнослужащие награждаются от имени командующего группой армий «Курляндия». Нашивка является воинским знаком отличия и как таковая сопровождается письменным свидетельством. Основанием для награждения служат следующие заслуги: участие в составе действующих частей в ходе как минимум трех сражений в Курляндии; ранение в одном из боев в Курляндии; для тыловых служб — доблестная служба в течение минимум трех месяцев в расположении группы армий «Курляндия», считая с сентября 1944 года.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке