Пролог к первой Курляндской битве

Наступление и оборона

Ранним утром 14 сентября 1944 года 3-й Прибалтийский фронт начал общее наступление, которым руководил специально прилетевший для этой цели на фронт маршал Василевский.

На пространстве от Чудского озера до Шяуляя советские войска начали наступление с длившейся 90 минут артиллерийской подготовки. Затем над фронтом показались сотни русских штурмовиков, пикирующих бомбардировщиков и истребителей. Штурмовики Ил-2 уничтожали известные им германские позиции.

Немногие летчики 54-й истребительной эскадры люфтваффе вылетели им навстречу. Им удалось, имея в воздухе только 8 боевых машин, одержать 76 воздушных побед.

24 сентября штаб группы армий «Север» пришлось перебазировать из Сигулды в замок Пельци под Кулдигой в Курляндии. Оттуда в войска были направлены следующие приказы относительно ведения боевых действий:

1. Удерживать сложившуюся линию фронта, проходящую через 3-ю танковую и 16-ю армию и позиции, занятые группой армий, вплоть до их северного фланга, подходящего к Сигулде.

2. 3-я танковая армия удерживает занимаемые ею в настоящем позиции и передает усиленную штурмовую группу на позиции западнее Джуксте[16].

3. 16-я армия удерживает свою нынешнюю линию фронта, препятствует прорыву противника к мосту, ведущему на Тукумс и Ригу. Отвод своего левого фланга осуществляет одновременно с отходом 18-й армии.

Планомерное отступление войск с севера через Ригу в Курляндию согласовано. Армия ориентирована на то, что по завершении выдвижения на позиции у Сигулды она получит приказ занять позиции севернее Западной Двины.

4. Отвод 18-й армии на позиции у Сигулды. Стойко удерживать этот участок фронта и острова в Балтийском море. После занятия позиций у Сигулды:

Выдвижение передовых позиций в район Салдус — Тельшяй.

Вечером 26 сентября командование группы армий получило донесение, что позиции у Сигулды заняты в соответствии с приказом. С фронта были сняты 11, 21, 31 и 218-я пехотные дивизии, а также дивизии СС «Нордланд» и «Нидерланды» и переброшены в район сосредоточения группы армий «Север» в Курляндию.

Во время оставления 18-й армией позиций под Ригой 2-й Прибалтийский фронт сделал попытку энергичным ударом в тыл 18-й армии окружить и уничтожить ее. Но чтобы совершить такой маневр, ему было необходимо сначала прорвать фронт 16-й армии южнее Риги у Балдоне[17].


В этом же районе располагался и I армейский корпус. Он мобилизовал все свои силы до последнего человека, чтобы предотвратить возможность столь опасного прорыва. С наступлением осенних штормов и продолжительных дождей положение войск стало критическим. Чтобы исключить возможность грозящего прорыва и тем самым общую катастрофу, командование группы армий «Север» перебросило в этот район 14-ю танковую дивизию. Она только что потеряла своего прежнего командира, генерал-лейтенанта Унрайна, оставившего свой пост вследствие тяжелой болезни, и во главе ее встал полковник Оскар Мюнцель.

Разумеется, полковник Мюнцель приобрел богатый опыт в командовании танковыми частями еще в бытность свою командиром 6-го танкового полка, а в ходе своего обучения на командирских курсах он еще больше обогатил и углубил его. На новом посту ему предстояло соединить. этот опыт с вновь полученными знаниями, чтобы обеспечить преемственность в боевых действиях этой части.

14-я танковая дивизия в Курляндии

После окончания боевых действий севернее канала Вентос 14-я танковая дивизия ушла с этого плацдарма и получила новое задание: сохраняя сложившийся рубеж обороны, передислоцировать силы в районе Шяуляя и пребывать там в готовности в качестве наступательного резерва, осуществляя при этом разведку к северу и югу от шоссе Шяуляй — Куршенай.

Здесь к силам дивизии присоединились 1-й батальон 36-го танкового полка под командованием майора Молинари фон Телше — к оставшимся в дивизии 73 танкам T-V «Пантера» и 5 командирским машинам. Таким образом, дивизия снова стала полноценной боеспособной танковой частью. Теперь она насчитывала в своем составе более 10 командирских T-V «Пантера» и 124 боевых танка и самоходных орудия.

22 августа 1944 года в дивизию поступило новое пополнение — танковая рота в составе 20 боеспособных танков T-VI «Тигр» под командованием майора Гильберта. Еще чуть позже в качестве усиления прибыла рота самоходных 75-мм орудий из состава 7-й танковой дивизии. Приказ штаба армии 14-й танковой дивизии от 1 сентября о ликвидации прорыва вражеских войск на участке 24-й пехотной дивизии был отменен.

Таким образом, дивизия получила еще несколько дней передышки. Из ее состава была образована усиленная танками штурмовая группа под командованием полковника (с 1 сентября 1944 года) Гекке, в которую вошли машины и личный состав 1-го и 2-го батальонов 36-го танкового полка. Туда же влился еще ряд более мелких подразделений.

В составе 103-го мотопехотного полка под командованием полковника Вернера Муммерта остался только 2-й батальон этого полка и несколько более мелких подразделений. Вернер Муммерт 20 марта этого года в звании подполковника и в качестве командира этого полка стал четыреста двадцать девятым кавалером дубовых листьев к Рыцарскому кресту.

Когда после 10 сентября стало ясно, что готовится крупное наступление русских, были проведены рекогносцировка на местности и ряд разведывательных мероприятий. Утром 14 сентября на различных участках фронта, удерживаемого дивизией, раздалась сильная артиллерийская канонада со стороны русских. Дивизия была поднята по тревоге и ближе к вечеру 14 сентября переброшена в окрестности поселка Эргли для ликвидации глубокого прорыва на участке 132-й пехотной дивизии путем контрудара. Для этого она была временно подчинена X армейскому корпусу.

Во время 40-километрового марш-броска вражеская авиация несколько раз бомбила шоссе, проходившее довольно близко к линии фронта, а русская артиллерия старалась перекрыть это шоссе продолжительным заградительным огнем.

Под тяжестью идущих впереди «Пантер» несколько имевшихся на дороге мостов могли обрушиться. Это обстоятельство и связанная с ним необходимость перегруппировки привели к тому, что дивизия прибыла в назначенное ей место только к полудню 15 сентября. Постоянные атаки с воздуха особенно досаждали танкам во время дозаправок. Целью наступления была старая линия фронта у селения Озолмуиза. Обе ударные группы дивизии быстро заняли свои позиции, хотя постоянно подвергались артиллерийскому обстрелу.

Ранним утром 16 сентября им пришлось снова наступать, причем на этот раз пункт их сосредоточения попал под сильный артобстрел, нанесший тяжелые потери. Когда передовые танки подошли к околице деревни Липкальне, то были внезапно остановлены: по ним ударили замаскированные вражеские орудия и тяжелые противотанковые пушки.

В этом бою почти половина имевшихся «Пантер» была сожжена или выведена из строя. Мотопехота 103-го полка бросилась в контратаку, им на помощь подошли оставшиеся танки, которым больше не угрожала опасность обстрела.

С наступлением ночи о дальнейшем продвижении справа и слева вдоль улицы нечего было и думать, поскольку местность в темноте становилась непроходимой. Из штаба дивизии пришла радиограмма, отзывавшая все еще остающиеся на ходу «Пантеры» к 19.15 обратно в Венени.

Тем не менее даже этот, удавшийся едва ли наполовину контрудар сделал свое дело, поскольку давление вражеских сил на части под Липкальне заметно ослабло.

Командование группы армий «Север» до сих пор настаивало на том, что Липкальне непременно должно быть взято, поскольку это село представляет собой краеугольный камень всей обороны на данном участке фронта, а потому дивизия должна продолжить свое наступление. Но после того как русские вслед за своим прорывом около Эргли предприняли наступление также и южнее Западной Двины, положение в корне изменилось.

Многократное превосходство русских в тяжелом вооружении, прежде всего в танках и артиллерии, а также и в авиации и пехоте, дало возможность наступавшему на Векмуизу 3-му механизированному корпусу русских разгромить оборонявшуюся на этом участке фронта 205-ю пехотную дивизию и оттеснить ее остатки на север.

На участке сражавшейся между этой дивизией и городком Иецава 215-й пехотной дивизией образовался прорыв. Через него части русских нанесли удар в направлении на Ригу. Тем самым для всех германских дивизий, располагавшихся севернее Западной Двины, возникла опасность оказаться отрезанными от основных сил и быть уничтоженными.

Поскольку в распоряжении командования корпуса уже не оставалось никаких резервов, то 14-я танковая дивизия была отведена с занимаемых ею позиций. Командование группы армий «Север» отдало дивизии приказ совершить марш-бросок через Ригу на Балдоне, чтобы нанести там удар во фланг неприятеля и остановить его дальнейшее продвижение.

Разумеется, никаких переправочных средств 14-й танковой дивизии для форсирования Западной Двины в районе Огре и Икшкиле предоставлено не было.

С находившимися в районе Липкальне подразделениями дивизии радиосвязь была потеряна. Кроме того, капитан Кунат, командир 2-го батальона 108-го мотопехотного полка, капитан Нойендорф, командир 2-го батальона 36-го танкового полка, и его адъютант, лейтенант Каролс, получили ранения и выбыли из строя.

Когда рота танков T-V «Пантера» северной группы прорыва отошла с занимаемых ею позиций, враг устремился следом за ней, чтобы помешать «Пантерам» прийти на выручку оставшимся стоять транспортным средствам.

Майору Молинари удалось, благодаря умелым действиям экипажей подчиненных ему машин, вывести все свои танки к утру 17 сентября к погрузочной платформе станции Таурупе. Там они встретились со 2-м батальоном 36-го танкового полка под командованием капитана Шурига. Когда танки противника попытались было отрезать замыкающие части от основных сил, началась ожесточенная танковая дуэль. И здесь в полную силу проявились преимущества танковых орудий «Пантер».

Маневрируя, с ходу ведя огонь и прячась за укрытиями, снова выдвигаясь для выстрела, танкисты капитана Шурига смогли остановить противника и один за другим поджечь 11 вражеских танков. Остальные машины развернулись и отошли. В результате погрузка в Таурупе могла быть проведена без всяких помех со стороны неприятеля.

Разумеется, полковник Мюнцель не имел никакой возможности узнать о положении дел.

205-я пехотная дивизия все еще отступала на север и северо-восток. Никакой связи с ней не имелось. Русские уже находились в непосредственной близости от расположения этой дивизии, что стало ясно из перехваченного разговора по полевому телефону с КП одного из полков 205-й дивизии — трубку на другом конце провода снял человек, заговоривший по-русски. Не было никаких достоверных данных и о положении 215-й дивизии. Полковник Мюнцель и начальник штаба I армейского корпуса обсудили ситуацию с офицерами. Все сошлись на том, что, исходя из ситуации, противник обязательно предпримет попытку наступления и всеми силами попытается занять оставшееся свободным пространство. Поэтому жизненно важным представлялось как можно скорее занять и удерживать населенный пункт Балдоне.

Все моторизованные подразделения дивизии, которые подошли из Риги к Кекаве — населенному пункту, где находилась в настоящее время дивизия, — были собраны воедино, и на их основе полковником Муммертом, командиром 103-го мотопехотного полка, организована боевая группа.

Во второй половине дня 17 сентября, когда 1-й батальон 103-го мотопехотного полка изготовился к выступлению, полковник Муммерт встал во главе батальона и повел его в направлении на Клапиарстес. 2-й батальон того же полка уже выступил через Балкас — Друкаскрогс на Арестес.

Первую ударную группу вел в бой лично полковник Муммерт. Связь между двумя ударными группами была установлена через зенитный дивизион. Первая и вторая батареи этого дивизиона двигались западнее Масани, а третья батарея заняла позицию у селения Кельмини.

Южнее селения Кекава все подразделения боевой группы приняли бой. Враг начал отступать под энергичными ударами наступающей мотопехоты, которой командовал полковник Муммерт, и был оттеснен за линию, проходящую через высоту 22,6 у селения Друкаскрогс и высоту 81,9 у селения Клапи.

Довольно слабые части I армейского корпуса, занявшие селение Балдоне, были усилены несколькими самоходками «Хетцер» 35-го танкового полка. Командование здесь принял полковник Гекке.

Положение немецких частей еще больше укрепилось, когда в ночь на 18 сентября в Балдоне вступили самоходные орудия и танки T-IV. Они расположились на позициях, занятых мотопехотным полком. Но они принесли информацию о том, что железнодорожное полотно у селения Кайпен повреждено вражеской бомбежкой и на переброску танков по железной дороге рассчитывать не приходится.

Тем не менее 14-я танковая дивизия на рассвете 18 сентября начала наступление на Арестес. Ее зенитные батареи прикрывали атаку на Бриедес, а части полковника Гекке удерживали Балдоне.

Однако на подходе к Арестесу наступление было остановлено плотным огнем неприятеля. Контратаки русских наступавшие отбивали из последних сил. Когда русским едва удалось закрепиться для обороны на двух рубежах, по ним был нанесен удар несколькими небольшими танковыми группами. Снова разгорелся бой между «Пантерами» и Т-34; отважно сражались также T-IV и особенно экипажи штурмовых орудий. Им удалось ликвидировать образовавшийся было прорыв. Залегшие красноармейцы были уничтожены гранатами и в рукопашной схватке.

Артиллерия тоже внесла свой вклад в этот успех: ей удалось удержать наступающие части противника Т-6 в районе прорыва, а затем и уничтожить их.

Однако враг продолжал бросать в сражения сильные пехотные и танковые части. На поле боя появлялись все новые и новые свежие части русских, которые вновь и вновь пытались наступать. На участке между Бунасом и Бержменте они шаг за шагом продвигались вперед. Остановить их натиск больше не удавалось.

Пришлось прибегнуть к небезопасному трюку. Четыре танка сымитировали отход в направлении Риги. Как только на опушке близлежащего леса показалось острие танкового клина русских, германским частям удалось подбить три первых Т-34. Остальные тут же развернулись и отступили снова в лесную чащу, тогда как сопровождавшая их пехота бросилась врассыпную во все стороны, также пытаясь добраться до спасительного леса. Лишь с наступлением темноты боевые действия затихли. Противник предпринял только отдельные атаки для обнаружения слабых мест в нашей обороне, но их удалось остановить и предотвратить прорыв.

После полуночи внезапно наступила тишина. Царила она и в Балдоне. Нарушило ее движение танков полковника Мюнцеля, который получил предписание двигаться со своими танками дальше на юг. На следующее утро вместо них должна была прибыть 3-я рота 13-го танкового батальона, которой предстояло выбить врага из селения Вецвилдас, угрожавшего флангу и тылам южной ударной группы.

В это же самое время 225-я дивизия двигалась двумя третями своего личного состава через Западную Двину в направлении на Балдоне. Тем самым командование корпуса намеревалось прикрыть левый фланг 14-й танковой дивизии, которая растянулась вплоть до Западной Двины, и отрезать прорвавшемуся здесь врагу пути для его отхода.

Однако сражение в этот решающий день 19 сентября развертывалось совсем не так, как планировалось. Фланговому прикрытию удалось с большими потерями отбить все попытки русских прорвать их оборону, ликвидировать два неожиданных прорыва и в рукопашной схватке уничтожить прорвавшегося врага, что дало возможность мотопехоте второпях занять слабо оборудованную линию обороны. Начавшийся с первыми лучами рассвета артобстрел со стороны русских принес новые потери. Последовавшие после его окончания атаки происходили на различных участках обороны — враг искал в ней слабые места.

Брошенные в бой для ликвидации этих прорывов группы мотопехоты, численностью зачастую не более 20 человек, самоотверженно сражались, несмотря на то что противник численно многократно превосходил их.

Немецким пехотинцам приходилось отступать буквально шаг за шагом, чтобы избежать уничтожения. Дойдя до местечка Клапки, теснимые к Кекаве, они едва избежали плена.

Поскольку авиация русских весь день бомбила пути подвоза и обстреливала подходящие обозы с боеприпасами из бортовых крупнокалиберных пулеметов, германские танки испытывали острейший дефицит горючего и снарядов.

Железнодорожную линию, связывавшую 14-й истребительно-противотанковый батальон и 103-й стрелковый полк перерезал гвардейский полк русских, который задумал было расположить здесь свои артиллерийские батареи. За ним последовала какая-то танковая часть, которая, к счастью, вскоре стала двигаться дальше, намереваясь соединиться с проходившей несколько восточнее другой ударной группой.

Гауптман Витцель, командир батареи зенитных орудий, собрал «все, что может двигаться» в единую боевую группу. В нее вошли также две саперные роты из состава корпуса, дежурная группа 4-го истребительно-противотанкового полка и даже добровольно примкнувшие два взвода полевой жандармерии.

«Все за мной!» — скомандовал гауптман Витцель, взмахнув рукой. Плотным клином, со штурмовым орудием впереди, вооруженные ручными фанатами, автоматами и ручными пулеметами бойцы двинулись на врага. Под шквальным огнем неприятеля, среди разрывов ручных гранат, грохота выстрелов штурмового орудия, ценой тяжелых потерь им удалось ликвидировать прорыв.

По окончании этого самоотверженного броска гауптман Витцель пожал каждому из бойцов руку. Сам же он 27 ноября 1944 года был награжден Золотым немецким крестом.

13-й саперный батальон также понес тяжелые потери в ходе контратаки у селения Бах. И хотя ему не удалось отбросить неприятеля от Баха, эта контратака все же сыграла свою роль, поскольку в ходе ее удалось уйти из-под смертоносного огня русских минометов и станковых пулеметов. Теперь еще должна была подойти 14-я танковая дивизия, которая вместе с 225-й пехотной дивизией отходила на рубеж у Кекавы, на что имелось согласие I армейского корпуса.

103-й мотопехотный полк понес большие потери от вражеского огня и, возглавляемый полковником Муммертом, занял позиции у селения Масани, чтобы уничтожить прорвавшегося у Эркеса противника. Дивизион противотанковой артиллерии вошел в состав полка после того, как 377-й полк 225-й пехотной дивизии занял позиции передового противотанкового охранения под Бридесом и Друкаскрогсом.

В ходе последующего отступления с арьергардными боями действия 14-й танковой дивизии шли под командованием подполковника Эрнста Грунау. Ведомая этим отважным и всегда готовым к бою офицером, дивизия, выйдя на рубеж Бержменте — при поддержке только двух противотанковых орудий, — своим стойким сопротивлением остановила танковые атаки русских и отбила все их попытки прорвать фронт.

Подполковник Грунау в эти дни лично воодушевлял своих подчиненных, с автоматом в руках ходил в атаки и гранатами останавливал прорывавшегося врага. На этом рубеже враг был остановлен на целую неделю.

В течение первого дня русским не удалось продвинуться вперед ни на шаг, потому что даже все штабисты с оружием в руках отбивали их натиск.

Полковник Мюнцель все время был на связи с Грунау. Майор Молинари докладывал ему, что «Грунау был примером отваги».

4 октября Эрнст Грунау получил заслуженный им Рыцарский крест, в котором, как сказал автору сам Грунау, «есть доля каждого из моих бойцов».

Действовавший по соседству майор Карл-Теодор Молинари, командир 1-го батальона 36-го танкового полка, остановил танковые атаки противника под Вецвилдасом и предотвратил все попытки русских зайти во фланг группе Грунау, чтобы уничтожить ее.

3 ноября 1944 года он также был награжден Рыцарским крестом.

Чтобы облегчить тяжелое положение, в которое попала окруженная 14-я танковая дивизия, 22 сентября в бой были введены мотопехотные полки СС «Дания» и «Норвегия» 11-й моторизованной дивизии СС «Нордланд», которые занялись уничтожением прорвавших общий фронт вражеских частей.

Незамедлительно после этого русским удалось, проведя атаку подтянутыми частями против фронта 223-й пехотной дивизии, дать возможность оказавшимся в окружении красноармейцам отойти к своим позициям.

Когда к 26 сентября фронт настолько укрепился, что никакие прорывы стали на нем невозможны, линия фронта на участке 14-й танковой дивизии была восстановлена силами 111-й пехотной дивизии, моторизованной дивизии СС «Нордланд» и 225-й пехотной дивизии. Это дало измотанным в боях частям 14-й танковой дивизии несколько дней передышки, во время которых она получила подкрепление.

В результате военных действий в период с 18 по 25 сентября было сорвано наступление русских, планировавшееся с целью прорыва позиций германских частей. А это, в свою очередь, означало, что находящиеся севернее Западной Двины германские части получат время для отхода и укрепления плацдарма у Риги.

В ходе этих боев 14-я танковая дивизия уничтожила: 110 танков и самоходных орудий, 4 бронеавтомобиля, 62 противотанковых орудия, 4 самолета, 5 артиллерийских орудий крупного калибра, 14 минометов, 5 противотанковых ружей и базук американского производства, 85 бронированных, вооруженных пулеметами и частично зенитками грузовиков.

С германской стороны было потеряно 23 танка и самоходных орудия. К этому надо присовокупить незначительное число тяжелого вооружения и транспортных средств. Заслуги 14-й танковой дивизии были отмечены в приказе по армии и группе армий. Командир дивизии полковник Оскар Мюнцель 16 октября 1944 года был награжден Рыцарским крестом.

Положению на этом участке фронта уделил особое внимание Сталин в своей телеграмме, направленной 29 сентября Уинстону Черчиллю: «В настоящее время наши войска нанесли поражение германско-балтийской группировке сухопутных сил, которая угрожала нашему правому флангу. Без уничтожения этой группы невозможно предпринять глубокое наступление на востоке Германии».


Примечания:



1

Курляндия (Курземе) — старое название области Латвии к западу и юго-западу от Рижского залива. С древнейших времен была населена летто-литовскими племенами. В XIII в. захвачена Ливонским орденом. В 1561–1795 гг. большая часть Курляндии входила в состав Курляндского герцогства, затем присоединенного к России и образовавшего Курляндскую губернию. (Здесь и далее примеч. пер., кроме особо оговоренного случая.)



16

Ныне поселок Джуксте в Джукстской волости Тукумского района Латвии.



17

Балдоне — ныне поселок в Баусском районе в 33 километрах от Риги.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке