• Дворцовые интриги
  • Волнения на окраинах халифата. Походы на Византию
  • Падение Бармакидов
  • Религия и культура
  • Идеальный правитель – это миф?
  • ГЛАВА 12. XAPYH АЛЬ-РАШИД

    Дворцовые интриги

    В сентябре 786 года к власти пришел 5-й аббасидский халиф Харун аль-Рашид (в другой транскрипции Гарун ар-Рашид), под властью которого мусульманская держава достигла зенита своей славы, процветания и культуры. Русскому человеку он хорошо известен по сказкам «Тысячи и одной ночи» и стихотворению Николая Глазкова, в котором говорится, что:

    «Он, себя за купца выдавая,
    Посещал караван-сараи
    И, вино распивая, от пьяных
    Узнавал обо всех изъянах.

    Был Гарун-аль-Рашид халифом,
    Но не верил ни льстивым фразам,
    Ни причесанным сводкам-мифам,
    А старался быть ближе к массам!»

    Двадцатидвухлетний Харун, родившийся в 763 году, наследовал своему брату аль-Хади, правившему в 785 – 786 годах.

    Средневековые арабские источники [труды арабского историка и богослова Ибн Джарира ат-Табари (838 – 923), историка и географа Абу-ль-Хасана аль-Масуди (умер в 956 году) и других] дают нам довольно достоверную картину его правления, и стоит сказать, что она весьма далека от той, что пришла к нам в легендах и мифах об идеальном мусульманском халифе.

    Он вряд ли походил на персонажа из сказок, а арабская держава того времени мало походила на идеальный халифат, созданный фантазией следующих поколений, хотя годы его правления действительно стали временем экономического и культурного расцвета арабской государственности, а также запомнились победоносными походами против Византии. Но именно при аль-Рашиде начался политический распад империи и общий упадок ее административной системы. Это были первые ростки неблагополучия, которые во времена правления его преемников переросли в гражданскую войну. Видимо, тяжелые годы, последовавшие за его правлением, и заставили мусульман вспоминать пятого халифа аббасидов с теплотой, всячески идеализируя и его самого, и его время.

    Харун аль-Рашид был третьим сыном халифа аль-Махди и его вторым сыном от йеменской рабыни аль-Хайзуран, на которой халиф женился, даровав ей свободу, в 775 году. Его мать, Он аль-Хайзуран, сыграла и в судьбе аббасидского халифата, и в судьбе своих сыновей весьма значительную роль. В гаремах халифов, как, впрочем, и всех знатных мусульман, шла жестокая борьба между многочисленными женами, и каждая из них стремилась пристроить в главные наследники именно своего сына. А о способности аль-Хайзуран плести интриги даже в те годы ходили легенды.

    Детство Харуна прошло в роскоши – мальчик рос в халифском дворце. Его воспитателем был назначен Йахья ибн Халид, происходящий из иранской династии Бармакидов. Этот знаменитый персидский род при Аббасидах весьма сильно возвысился, и Халид с сыновья-ми аль-Фадлом и Йахьей практически управляли халифатом. Один был воспитателем наследника, второй – советником халифа аль-Махди.

    Мать и наставник Йахья, стараясь поднять престиж наследника и расчистить ему путь к трону, уговорили халифа назначить аль-Рашида главой двух военных экспедиций против Византии. Понятно, что юноша (а будущему халифу во время первого похода было всего 16 лет), был чисто номинальным главой, а всем распоряжались опытные военачальники. Но, тем не менее, цель была достигнута, боевая слава двух удачных походов – во время первого похода в 779 – 780 годах была захвачена крепость Самалу, а во время второго в 781 – 782 годах достигнут Босфор – досталась именно ему. По возвращении из походов Харун был назначен правителем Ифрикии (современный Тунис), Сирии, Армении и Азербайджана, то есть фактически стал высшим администратором в халифате. Наставник Йахья стал начальником его канцелярии.

    Тем не менее, аль-Рашид пока еще был вторым в очереди на главный престол. Но благодаря ряду интриг, проведенных его матерью и верным Йахьей аль-Махди, халиф принял решение назначить именно Харуна своим первым преемником и отправился в Гурган с намерением заставить Мусу, правителя этой провинции, отказаться от своей очереди на престол. В дороге аль-Махди неожиданно умер, причем при весьма таинственных обстоятельствах, что позволяет предположить, что сторонники Мусы также не дремали.

    Управляющий двором халифа заставил столицу принести присягу Мусе, и тот взошел на престол под именем аль-Хади. Сторонники Харуна попытались поднять бунт, который был весьма быстро подавлен, а сам Харун оказался в тюрьме, где был вынужден отказаться от каких-либо претензий на трон. Йахью, сторонника аль-Хади, обвинили в неверии, и ему грозила смерть. Но аль-Хади в 786 году умер так же внезапно, как и его предшественник, и тоже при весьма странных обстоятельствах, и путь на престол Харуну был расчищен. Молва обвиняла в смерти аль-Хади мать Гаруна аль-Хайзуран и Йахью, но насколько это верно, сказать трудно, хотя логика развития ситуации подсказывает, что подозрения не были безосновательными. Заметьте, что Харун практически ничего не сделал для своего воцарения, до поры до времени он был лишь пешкой в руках опытной матери и не менее опытного воспитателя. Йахья был сразу же назначен визирем, и Харун фактически устранился от управления халифатом. Даже отчитывался визирь о своей работе не халифу, а его матери. Кто из них правил: мать или воспитатель, – сказать сложно. Но Харун был тут явно ни при чем.

    Волнения на окраинах халифата. Походы на Византию

    На окраинах халифата продолжались волнения, в 788 и в 794 году вспыхивали антиаббасидские восстания в Египте, имевшие в основном социальные корни: богатейшая провинция была задавлена налогами на армию, направленную в Ифрикию. Восстания были подавлены, но волнения в государстве не прекращались: берберы больше не хотели жить под властью арабов, и в 789 году в Марокко установилась власть местной династии Идрисидов, а через год – в Ифрикии и Алжире – Аглабидов. Затем, в 794 – 795 годах, вспыхнул мятеж в Кайраване (Тунис), который был также подавлен, но в 797 году, во время очередного восстания, Харун был вынужден возложить правление Ифрикией на местного эмира Ибрахима ибн аль-Аглаба, потребовав с него ежегодную подать в размере 40 тысяч динаров.

    В 795 году в Йемене также вспыхнуло восстание под руководством Хайсама аль-Хамдани; оно продолжалось девять лет.

    Сирия и вовсе пребывала в постоянном волнении, и в 796 году халифу даже пришлось направить туда войско во главе с Бармакидом Джафаром. Именно волнения в Сирии стали основной причиной переезда Харуна из Багдада в Ракку на Евфрате, где он и стал проводить большую часть времени, изредка отправляясь в военные походы против Византии или в паломничество в Мекку. В Багдаде, который Харун не любил, он старался показываться как можно реже.

    Возникали и другие проблемы: жители провинций Дайлам и Табаристан, как, собственно, и остальных восточных владений, восприняли ислам хотя и целиком, но не полностью, и, по сообщениям одного из историков, Харун был вынужден лично заниматься в Табаристане насаждением ислама. Но полностью искоренить языческие верования ему так и не удалось. На неустойчивую веру очень легко накладывалась пропаганда противников Аббасидов, и в 792 году один из Алидов, Йахья ибн Абдаллах, при поддержке местной знати, поднял восстание в Дайламе. Туда отправился аль-Фадла, который, много чего наобещав, в том числе и амнистию всем участникам восстания, добился его прекращения и выдачи Йахьи. Харун, однако, под выдуманным предлогом амнистию отменил, и Йахья оказался в тюрьме.

    Продолжали свои выступления и хариджиты, которые особенно активизировались в провинциях Северной Африки, Северной Месопотамии и в Сиджистане. Участники восстания в Месопотамии в 794 году под руководством аль-Валид аш-Шари не только захватили Нисибин, но и привлекли на свою сторону племена аль-Джазиры. Против них были направлены войска, и смутьяны были рассеяны. Восстание же в Сиджистане под предводительством Хамза аш-Шари в 795 году оказалось намного мощнее, и восставшие, захватив Харат, распространили свою власть на иранские провинции Кирман и Фарс. Харун так и не сумел справиться с ними до самого конца своего царствования.

    Были охвачены волнениями также и Хорасан и некоторые соседние области. Так что говорить о «золотом времени Харуна аль-Рашида» вряд ли возможно. Сам он, стараясь не обращать внимания на внутренние настроения, пытался исполнить свой религиозный долг, как он его понимал, и все-таки захватить Византию. Различные стычки с войсками империи происходили ежегодно, а несколько раз халиф лично возглавлял наиболее значительные походы. Харун даже создал особую пограничную область с укрепленными городами-крепостями, которая служила одновременно и плацдармом для атак, и щитом для халифата.

    В 797 году, воспользовавшись продолжающимися в Византии распрями и ее войной с болгарами, Харун захватил крепость ас-Сафсаф и довольно далеко прошел в глубь византийской территории. Императрица Ирина, правившая уже от своего имени, вынуждена была заключить с ним очередной мирный договор, еще более ущемляющий права Византии.

    Сменившему ее в 802 году императору Никифору этот договор не понравился, и он возобновил военные действия. Харун сначала отправил в Византию сына Касима с войском, а позже и лично возглавил поход. Поход оказался весьма удачным: в течение 803 – 806 годов мусульмане захватили множество византийских городов и селений, в том числе Геракл и Тиану, и дошли до Анкиры. Никифор, оказавшийся между молотом и наковальней – ведь продолжалась война с болгарами, – был вынужден заключить с Харуном мир на еще более тяжелых условиях, чем условия прежнего договора.

    Перенеся столицу в Багдад, Аббасиды перестали интересоваться Средиземным морем. Харун же начал возрождать флот и в 805 году предпринял успешный морской поход против Кипра, а в 807 году совершил поход на остров Родос.

    Падение Бармакидов

    В первые семнадцать лет правления Харун аль-Рашида халифат почти полностью управлялся Бармакидами. Йахья был визирем, его сын Аль-Фадл – наместником в Иране, Армении и Азербайджане, а второй сын Йахьи, Джафар, хотя и не занимал официальной должности, но его влияние на халифа было также весьма велико. Он был лучшим другом Харуна и находился при нем практически неотлучно. Впрочем, Ат-Табари утверждает, что дело тут вовсе не в дружбе, а в гомосексуальных наклонностях, которые и в те далекие времена не были чем-то из ряда вон выходящим. Если это так, то тогда не слишком хорошее отношение Йахьи к дружбе сына с халифом объясняется очень просто.

    Около 790 года умерла мать Харуна аль-Хайзуран, соратница Йахьи во многих делах, и влияние Бармакидов стало понемногу исчезать. Сразу же после смерти матери Харун отобрал у Джафара государственную печать, а враг Бармакидов аль-Фадла ибн Рабии был назначен хаджибом вместо Бармакии. Также, уже в 796 году, наместником Хорасана стал некий Али ибн Иса ибн Махан, несмотря на то что Йахья весьма сильно возражал против этой кандидатуры.

    Бармакиды постепенно оттеснялись от реальной власти, хотя и сохраняли статус ближайших помощников халифа. Сам же Харун уже старался опираться на тех мавали, которые полностью зависели от его воли и в решающие моменты жизни халифата не раз доказывали Харуну свою преданность.

    29 января 803 года Харун отдал приказ убить Джафара, а Йахью и членов его семьи отправить в тюрьму. Многие восприняли эти действия как внезапную перемену в его характере, но мы видим, что падение Бармакидов готовилось Харуном много лет. Объяснил он свои действия, как часто объяснялись подобные вещи в те времена, желанием возвратиться к истинному исламу.

    Средневековые историки, впрочем, не слишком поверили Харуну, утверждая, что Бармакиды были весьма благочестивы, сооружали во множестве общественные здания, улучшали оросительную систему, ремонтировали колодцы и были справедливы при решении различных споров. Аль-Масуди даже написал, что «процветание империи уменьшилось после падения Бармакидов, и все убедились, насколько несовершенными были действия и решения Харуна аль-Рашида и дурным – его правление». Возможно, он был прав, так как решения последнего периода царствования аль-Рашида во многом способствовали усилению гражданской войны и последующему распаду империи. Харун, например, несмотря на множество донесений о плохом правлении наместника Али ибн Исы, отказывался снимать его с поста, продолжая принимать от того ценные подарки. Это, в итоге, привело к восстанию в Хорасане, которое в 806 году чуть не разрушило халифат, и только после этого Харун снял наместника. Решение было запоздалым: Хорасан уже фактически перестал подчиняться Багдаду. Харун лично, в сопровождении двоих сыновей, аль-Мамуна и Салиха, и с большой армией отправился туда наводить порядок, но заболел и был вынужден остановиться в Тусе. В Исфахани же в это время, в тылу его армии, вспыхнуло восстание хуррамитов – секты, сочетающей шиитские воззрения с зороастризмом. В 809 году Харун аль-Рашид умер, так и не сумев ликвидировать смуту.

    Религия и культура

    Харун аль-Рашид неоднократно подчеркивал религиозный характер своей власти. Он сам регулярно совершал хадж и жестоко наказывал еретиков. Даже всеобщая амнистия, объявленная им при вступлении на трон, не коснулась тех, кто «извращает веру».

    Но, что интересно, при всех религиозных преследованиях Харун поощрял бармакидских министров, которые покровительствовали деятельности переводчиков, открывавших мусульманам индийских, иранских, а позднее и греческих авторов. Он, видимо, не понимал, что подобная литература зачастую уводит людей от ислама, прививая им свободу мышления и демонстрируя людям иные точки зрения. Хотя, возможно, здесь перевешивала любовь к славе, а Харун всегда хотел сделать свою столицу мировым центром культуры.

    При Харуне впервые за долгое время стали подвергаться жестокому преследованию иноверцы. В 806 году он отдал приказ разрушить все церкви вдоль византийской границы, а через год возобновил старинные ограничения для немусульман. Отныне те должны были вместо поясов носить веревки, на голове стеганые шапки и даже туфли не такие, как у мусульман. Также им запрещалось ездить на лошадях, и они могли пользоваться только ослами, причем вместо кисточек на седельных луках они должны были использовать деревянные шишечки.

    Еще один интересный нюанс: Харун был первым халифом, который не сам писал свои пятничные проповеди. В мечети по пятницам он читал тексты, которые за него писали его секретари. Объясняется ли это желанием сделать свои выступления более красноречивыми или небрежением к богослужению – сказать сложно. Впрочем, современники вспоминают Харуна как человека, твердо исполнявшего все заповеди. Однако аскетизм ему явно не был присущ: например, на свою свадьбу халиф потратил из казны 50 миллионов дирхемов. Его двор вообще был средоточием роскоши, которая вошла в легенды. Понятно, что подобный роскошный образ жизни требовал четкой организации сбора налогов, чем халиф занимался лично и в 800 году даже специально приехал из своей резиденции в Багдад взыскивать недоимки. Недоимщиков били и отправляли в тюрьму. У жителей Багдада вообще остались не слишком хорошие воспоминания о Харуне. Как, впрочем, еще и у многих его современников. В 796 году, например, когда Харун находился в Хире, жители соседней Куфы даже попытались убить его.

    Помимо бурного развития культуры в годы правления Харуна очень сильно развивалась и торговля, а мусульманские купцы были известны от Китая до Восточной Африки. Именно к этой известности относят многие историки и легенду об обмене подарками между Харуном и Карлом Великим и предоставление последнему особых прав в Иерусалиме. Никаких упоминаний этих прав и подарков в арабских источниках нет, так что, скорее всего, это просто легенды, придуманные франками, или, как говорят сегодня, пиар.

    Но, несомненно, главной политической ошибкой Харуна стало разделение власти между своими наследниками, сыновьями от разных жен – аль-Мамуном и аль-Амином. После смерти Харуна это привело к кровопролитной гражданской войне, а халифат перестал быть единым государством, расколовшись на множество мелких провинций, где власть «повелителя правоверных» признавали лишь номинально.

    Идеальный правитель – это миф?

    Харун вошел в историю как идеальный правитель. Увы, мы часто сталкиваемся с тем, что народная память, создавая легенду, мало обращает внимания на факты и подлинные события. То же произошло и с Харуном.

    Цельная личность, предстающая перед нами в сказках, имеет мало общего с реальным образом шестого аббасидского халифа. В легендах нет ни слова ни о восхождении Харуна на трон, ни о том, что к фактической власти он долгое время не имел практически никакого отношения, ни о многочисленных восстаниях, которые расшатали устои мусульманской государственности, ни даже об успешных военных походах, которые он весьма любил.

    Не упоминается и то, что сначала халиф отдал свою власть Бармакидам, а потом коварно и жестоко расправился с ними. Легенды, кстати, хвалят Бармакидов, осторожно обходя бесславный и для них, и для халифа конец. С полным пониманием, впрочем, относясь к капризам и деспотизму халифа – в Средние века такое поведение было нормой.

    Многие легенды описывают личную заинтересованность Харуна в судьбе отдельного простого человека, его участие в делах багдадских купцов, ремесленников, поэтов и музыкантов, забывая о том, что в Багдаде халиф мало того что практически не жил, так еще и питал к нему неприязнь.

    Вряд ли такой любитель роскоши, каким представляют историки халифа, мог бродить, ища развлечений, по ночному Багдаду со своим верным визирем Джафаром и телохранителем-палачом Масруром, переодетым в нищенские лохмотья.

    Что интересно, в легендах Джафар выступает как отрицательный персонаж – нелюбимый народом чиновник-функционер и послушный исполнитель воли халифа, а не как одна из влиятельнейших персон в управлении халифатом, которой он, несомненно, являлся.

    Что ж, народ мечтал об идеальном – добром и всемогущем – правителе и получил его – хотя бы в качестве персонажа легенд.






    Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке