Глава 15

Лечение болезней

Установка банок. – Растирание. – Глотание изречений из Корана. – Консультации иностранных врачей. – Домашние лекарства лечат плохо. – Суеверия. – Одержимость духами, добрыми и злыми. – Изгнание и умиротворение духов. – На Занзибаре нужны женщины-врачи.


В странах Востока люди вырастают, не обращая особого внимания ни на какие правила здоровой жизни и не заботясь о поддержании своего здоровья. Только тяжелая болезнь заставляет их искать помощь для природы, но лечебные средства, применяемые в этом случае, – полнейший обман. Великим лекарством от всех болезней считается установка лечебных банок. Эта же мучительная операция считается профилактическим средством против всех болезней – от холеры до оспы. Поэтому крепкие телом люди велят ставить себе банки раз в год, чтобы их кровь очистилась и тело смогло сильнее сопротивляться возможным будущим болезням. То же самое могу сказать о кровопускании. Я помню, как в Бет-иль-Мтони я однажды громко закричала, когда увидела одну из своих сестер, окоченевшую и бледную до белизны после кровопускания. Она была в обмороке от потери крови, а я решила, что она умерла.

Растирание рук и ног приятно и полезно. Наши рабыни были в этом большими мастерицами. Я уже упоминала о том, как они помогали нам уснуть и потом будили с помощью этой процедуры. Ее широко используют как лекарство против многих видов болезней, особенно против «болей в теле». Вызывание рвоты – еще одна распространенная лечебная процедура – требует применения вызывающих тошноту трав, из которых готовят концентрированное питье – такое отвратительное, что достаточно поднести его к носу, чтобы получить желаемый эффект.

При тяжелых заболеваниях мы обращаемся за помощью к Высшей Силе, то есть лечимся изречениями из Корана. Человек, известный своей примерной жизнью, пишет эти изречения раствором шафрана, надпись смешивают с розовой водой, и получается питье для пациента, которое он принимает три раза в день. При этом прилагаются огромные старания, чтобы не пролить ни одну каплю священного напитка. Я сама принимала это лекарство несколько недель подряд, когда была больна злокачественной лихорадкой.

В исключительных случаях к постели больного звали лекаря – либо настоящего врача, либо колдуна. Мою сестру Холе после долгих страданий от не поддававшейся лечению непрерывной боли в ухе показали известному персидскому врачу, и я получила разрешение присутствовать при этой консультации. Холе была закутана так, чтобы ее невозможно было узнать, но больное ухо все же оставили неприкрытым. Затем она села на диван, справа от нее встал мой отец, а слева – мой брат Халед. Мои младшие братья, в парадной одежде и полном вооружении, встали рядом полукругом. Врач вошел в комнату в сопровождении целого отряда евнухов, а другие евнухи стояли на постах в разных частях дома и запрещали идти дальше женщинам – обитательницам дома, чтобы они не встретились с персом. Он, разумеется, не осмеливался обращаться к моей сестре сам, а осматривал ее через посредство моих отца и братьев.

Позже я сама заболела брюшным тифом, и, когда все наши местные лекарства оказались бессильны, одна из старших родственниц моего отца решила позвать врача-европейца. Поскольку мой отец тогда уже умер и я была в какой-то степени сама себе хозяйка, в этот раз не было той церемонии, которая происходила при посещении Холе. Лечивший меня врач, хотя и хорошо знал арабские обычаи, настоял на том, чтобы пощупать мой пульс, на что родственница, которая искренне беспокоилась за меня, наконец согласилась. Все же по этому случаю были расставлены на посты множество евнухов и меня закутали так, чтобы нельзя было узнать (я была в это время без сознания и узнала все это позже из рассказов). Когда же врач попросил показать ему мой язык, главный евнух был так возмущен этим бесстыдным требованием, что ученик Эскулапа ушел из дворца, чувствуя себя очень оскорбленным как профессионал.

Арабам даже на ум не приходит классифицировать болезни. Они знают только два вида заболеваний – «боли в теле» и «боли в голове». К первой категории относят все болезни желудка, печени и почек, а второе название обозначает все проявления болезней, при которых страдает голова, – от солнечного удара до размягчения мозга. Никто никогда не отыскивает основную причину болезни. Если домашние средства оказываются бессильны, иногда отправляют посланца за лекарством к европейскому врачу. Но он попадает в трудное и неудобное положение: ему запрещено видеть больную и неточно рассказывают о ее заболевании. Поэтому неудивительно, что доктор присылает неподходящее лекарство или в лучшем случае – что-нибудь безвредное, но и бесполезное.

О диетах у нас тоже никогда не слышали. Если человек, страдающий от холеры, оспы или брюшного тифа, имеет аппетит, то может утолять голод любой едой, которая есть на кухне. Предполагается, что вещь, которой желает натура человека, должна быть хороша для него. Так Божье веление правит всем, и по сей причине мусульмане обычно не замечают опасности заражения. Например, никому и в голову не приходит не допускать людей к тем, кто болен оспой. И так во всем. К примеру.

Одна из наших старых бань стала разрушаться, и ее превратили в свалку. Тем не менее, когда участились жалобы на нехватку жилых помещений, новые были построены над этими развалинами, так что люди жили, по сути дела, на куче отбросов.

К несчастью, наш остров периодически опустошает оспа, которая уносит тысячи жертв. Все тело того, кто болен этим недугом, смазывают особым бальзамом, а потом подставляют больного лучам солнца или применяют для лечения кокосовое молоко. Если же больной покрыт струпьями и не может терпеть прикосновение постельного белья, его кладут на мягкую соломенную циновку или на большой свежий лист банана, из которого сначала удаляют жесткую прожилку в середине. При этом даже не пытаются каким-либо образом лечить болезнь изнутри и не допускают, чтобы больного коснулась вода.

И чахотка, к сожалению, у нас частый гость. Ее никак не лечат – хотя боятся больше, чем любой другой болезни, и считают заразной, так же как полагает европейское медицинское сообщество. Больного чахоткой все обходят стороной, люди стараются не пожимать ему руку и не пьют из стакана, которым он пользовался. Многие в нашей семье умерли в раннем возрасте от этой болезни. Вещи умершего от нее обеззараживают таким образом: одежду и постельное белье стирают на берегу моря, а золотые и серебряные предметы нагревают докрасна.

Коклюш у детей встречается так же часто, как в Германии. В этом случае они пьют росу, собранную с банановых листьев, а остальное довершает традиция: высушенную кожуру тыквы режут на куски, нанизывают их на нитку и вешают ребенку на шею. Нарывы некоторых видов обкладывают высохшей луковой шелухой, которая служит вместо пластыря. Если хочешь, чтобы нарыв прорвался, облепи его теплым тестом. И никогда никаких врачей! Только примитивные домашние лекарства!

Что касается предсказателей, то спрос на их услуги большой и цена этих услуг высока. Мы обычно обращались за советом к одноглазой пятидесятилетней старухе.

Свои колдовские принадлежности она хранила в грязном кожаном мешке. Там были маленькие раковины и гальки, осколки стекла и фарфора, ржавые железные гвозди, покореженные медные и серебряные монеты и так далее. Когда ей приказывали ответить на вопрос, она молилась Богу, чтобы Он руководил ее действиями, встряхивала мешок и высыпала перед собой все его содержимое. По положению всего этого мусора она давала предсказание относительно выздоровления больного. Похоже, этой женщине сопутствовала удача, поскольку ее предсказания часто сбывались, что делало ее занятие еще прибыльней, поскольку каждый успех приносил дополнительную плату в знак благодарности.

Внешние повреждения, конечно, легче вылечить: трут, например, останавливает кровь, текущую из раны. Но с переломами дело обстоит иначе, и я узнала это на собственном горьком опыте. Я была тогда совсем мала, и поэтому мне еще не позволяли сидеть со всеми за едой. Однажды султан прислал мне на блюде лакомства, и я так спешила показать их своей матери, что упала, покатилась вниз по лестнице и сломала себе руку в предплечье. Моя тетя Айша и мой брат Баргаш сделали мне перевязку, но неправильно соединили кости, поэтому рука так и осталась немного искривленной. Теперь она постоянно напоминает мне о том, как нужны моим землякам специалисты в медицине и хирургии.

До сих пор я на этих страницах ни разу не упомянула об очень важном персонаже – Его Сатанинском Величестве. Я думаю, всем известно, что почти все уроженцы Востока верят в существование этого врага рода человеческого, но, возможно, не все знают, что он имеет большую склонность вселяться в людей. На Занзибаре вряд ли есть хотя бы один ребенок, внутри которого он не побывал. Если новорожденный малыш кричит слишком громко или никак не успокаивается, сразу же принимаются меры, чтобы удалить из него дьявола. Для этого изгнания существует простое средство – ребенку надевают на шею ожерелье из крошечных головок лука и чеснока.

Неплохая мысль, если у дьявола есть нос. Взрослые тоже часто бывают одержимы духами, хотя женщины гораздо чаще, чем мужчины. Внешние признаки этого – судороги, потеря аппетита, апатия, любовь к темным комнатам и тому подобные болезненные симптомы.

Но чтобы проверить, действительно ли в больную вселился дух, устраивают допрос по определенным правилам. Она или ее родственники приглашают на эту церемонию людей, которые всеми считаются одержимыми. Больная сидит в темной комнате, и голова ее закутана так, что под повязки не может проникнуть даже самый слабый отблеск света. Ее окуривают в буквальном смысле этого слова – не жгут немного ароматных курений, а окутывают дымом. Дело в том, что курильницу держат у самого носа больной, под тканью. Гости окружают ее и, покачивая головой, поют особую песню. При этом невозможно обойтись также без одного абиссинского напитка, который готовят из пшеницы и фиников, доводя их дробленую смесь только до самого начала брожения; впрочем, питье достаточно приятно на вкус. Под действием всего этого главная героиня события входит в транс и начинает говорить что-то неразборчивое. Наконец она начинает бредить, топает ногами, изо рта у нее появляется пена. Теперь дух находится в ней. Зрители обращаются к нему и спрашивают, каковы его намерения. Считается, что людей посещают не только злые духи, но и добрые, которые делают это, чтобы утешать и защищать их в течение всей жизни. Может случиться и так, что человека посещают два духа сразу – добрый и злой, тогда они начинают яростно сражаться один с другим, и только самые отважные люди находят в себе смелость оставаться на месте боя во время наводящих ужас заклинаний и обрядов изгнания. Злого духа может изгнать опытный прорицатель, а с добрым духом устанавливают соглашение: он должен посещать свою подопечную только в определенное время, она в этих случаях всегда будет устраивать праздник, приветствуя духа, а он должен будет сообщать ей обо всем, что ожидает в будущем ее или ее семью.

С этими глупейшими суевериями связаны другие привычки, которые следует осудить как грубые. Многие одержимые духами люди не позволяют заранее резать коз и кур, которых они выбирают для своих тайных жертвоприношений, а упорно желают пить теплую кровь. Кроме того, они пожирают сырое мясо и десятки сырых яиц. Неудивительно, что эти несчастные в конце концов заболевают так, что не могут встать с постели.

Дурной пример заразителен. Хотя магометане очень склонны к суевериям, жители Омана отвергают те нелепые обряды, которые я сейчас описала. Когда они приезжают в Африку, то сначала считают нас варварами и хотят сейчас же уехать обратно, но скоро становятся восприимчивы к тем понятиям, которые раньше осуждали, и усваивают самые бессмысленные из них. Я была знакома с одной такой арабской женщиной. Она убедила себя, что одержима злым духом, который заставил ее заболеть, и верила, что его можно умилостивить, если она будет устраивать в его честь праздники.

Мне кажется, что лучше было бы посылать на Занзибар женщин-врачей, чем бренди, которое портит нравы его жителей. Почему вестником цивилизации всегда должен быть порок? Для христиан открывается реальная возможность проявить братскую любовь, и трудности вовсе не такие уж огромные. Со своей стороны, если бы какое-нибудь общество решило отправить на мою родину подходящую посланницу, я бы охотно помогла ей изучить арабский язык и язык суахили; это самое меньшее, что я могу сделать для своей любимой страны. Такое предприятие было бы успешным и в денежном отношении. Но врачом обязательно должна быть женщина. Она смогла бы сделать на Востоке больше, чем десяток мужчин, ведь даже здесь дамы часто предпочитают лечиться у медиков-женщин. А заботливость, жизнерадостность и доброта легко завоевывают сердца восточных людей.






Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке