Загрузка...



13-я КОМНАТА: Поезд дальше не пойдет?

Автор: Илья Щуров Voyager

О софтверных патентах (и патентах вообще) мы писали не раз. Доводы как сторонников, так и противников патентования изобретений, связанных с программами и алгоритмами (я не юрист и боюсь, что специалисты могут меня раскритиковать за неточность формулировок, но надеюсь, вы поняли, о чем речь), были освещены довольно подробно, так что все желающие уже имели возможность выбрать, «за кого болеть». Тем не менее последние вести с полей подкидывают очередную пищу для размышлений, которой мне хочется поделиться с читателями.

История такова. Жил-был Боб Якобсен (Robert Jacobsen), и было у него хобби: создание работающих моделей железных дорог. Для управления игрушечными локомотивами и составами использовался, конечно, компьютер, а необходимый для этого софт Якобсен написал сам. Будучи не одинок в своем хобби, он решил сделать свои программные разработки доступными для других и открыл open source-проект JMRI (jmri.sf.net). Во многом благодаря участию в разработке других пользователей, проект жил и развивался, периодически выходили новые релизы — и казалось, ничто не предвещает беды.

По крайней мере, до тех пор, пока Якобсен не получил письмо от юристов компании KaM Industries. В нем утверждалось, что указанная компания (разрабатывающая близкий к JMRI, но отнюдь не открытый и вполне коммерческий софт) имеет патент, который JMRI, по всей видимости, нарушает. Для решения проблемы предлагалось не только переписать программы, входящие в JMRI (полностью изменив архитектуру всей системы), но и заплатить патентообладателям чисто символические 29 долларов. За каждую скачанную копию. Цена вопроса: $200 тысяч.

Якобсен усомнился, что патент выдержит проверку судом, и подал встречный иск: в частности, по его словам, существует огромное количество prior art (то есть опубликованной информации, описывающей изобретение до того момента, как была отправлена заявка на патент), в том числе и сама JMRI является примером такого prior art. Подробности дела можно прочитать в блоге righttocreate.blogspot.com и на сайте lwn.net . Теперь слово за судом.

Однако, вне зависимости от судебного решения, прецедент в любом случае складывается не очень приятный. Даже если в тяжбе с KAM Industries проект JMRI выйдет победителем, сам факт предъявления претензий со стороны владельца патента к «конкурирующему» с ним разработчику открытого и абсолютно некоммерческого софта заставляет задуматься. Стандартный вопрос: «За что в этом случае можно требовать деньги с разработчика, ведь он не заработал на (якобы) нарушенном патенте ни цента?» Стандартный ответ: «Неважно, сколько он заработал; важно, сколько патентообладатель потерял».

Возможно, в соответствии с буквой закона, такая логика правильна. Но с точки зрения здравого смысла она кажется сомнительной. Вопрос, как всегда, в мотивировке: патенты существуют для стимулирования инноваций, однако далеко не всегда главным стимулом для творчества являются деньги. Желание сделать мир лучше, а жизнь других людей проще, или просто любовь к процессу разработки — может быть, все это звучит несколько романтично в наш финансово-озабоченный век, однако практика открытых разработок показывает, что и подобные желания могут приносить практическую пользу.

Меж тем ситуация, при которой любой разработчик софта (свободного или проприетарного) может «попасть» на весьма приличные деньги, случайно нарушив чужие права, о которых он даже и не подозревал, практически переводит всю некоммерческую разработку за грань закона. Автор «шареварной» программы, которую он продает, должен понимать: это бизнес, здесь есть свои риски. Но почему программирование как таковое должно стать рискованным делом — мне не ясно. Неужели из всех стимулов для творческой деятельности должен остаться только один — деньги?

И последний вопрос: сможет ли двигаться дальше поезд прогресса, если не будет энтузиастов, готовых изобретать и создавать новое для собственного удовольствия?








Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке