ДИВИЗИОННЫЙ САМОХОДНЫЙ ЗЕНИТНЫЙ РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС "КУБ"

Разработка самоходного зенитного ракетного комплекса "Куб" (2К12), предназначенного для защиты войск, в основном – танковых дивизий, от средств воздушного нападения, летящих на средних и малых высотах, была задана Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 18 июля 1958 г.

Комплекс "Куб" должен был обеспечить поражение воздушных целей, летящих со скоростями 420- 600 м/с на высотах от 100-200 м до 5-7 км на дальностях до 20 км при вероятности поражения цели одной ракетой не менее 0,7.

Головным разработчиком комплекса определили ОКБ-15 ГКАТ. Ранее это был филиал основного разработчика самолетных РЛС – НИИ-17 ГКАТ, размещенный поблизости от Летно-испытательного института в подмосковном Жуковском. Вскоре ОКБ-15 передали в ГКРЭ, несколько раз меняли его наименование и, наконец, преобразовали в Научно-исследовательский институт приборостроения (НИИП) Министерства радиотехнической промышленности (МРТП).

Главным конструктором комплекса назначили начальника ОКБ-15 В.В.Тихомирова, в прошлом – создателя первой советской самолетной РЛС "Гнейс-2" и ряда других станций. Эта же организация вела работы по созданию самоходной установки разведки и наведения (главный конструктор установки А.А.Растов) и полуактивной радиолокационной головки самонаведения ракеты (главный конструктор головки Ю.Н. Вехов, с 1960 года – И.Г.Акопян).

Самоходная пусковая установка создавалась под руководством главного конструктора А.И.Яскина в СКБ-203 Свердловского СНХ, которое ранее занималось разработкой технологического оборудования для технических подразделений ракетных частей. Затем его преобразовали в ГосКБ компрессорного машиностроения (ГКБКМ) МАП в настоящее время, именуемое НПП "Старт".

Гусеничные шасси для боевых средств комплекса создавались в КБ Мытищинского машиностроительного завода (ММЗ) Московского областного СНХ, в дальнейшем получившем наименование ОКБ-40 Министерства транспортного машиностроения, а ныне КБ, входящее в ПО "Метровагонмаш". Главный конструктор шасси Н.А.Астров, еще до Великой Отечественной войны разработал легкий танк, а в послевоенные годы проектировал, в основном, бронетранспортеры и самоходные артиллерийские установки.

Зенитную управляемую ракету для комплекса поручили создать КБ завода №134 ГКАТ, первоначально специализировавшемуся в области авиационного стрелкового и бомбового вооружения и уже успевшему накопить определенный опыт при разработке ракеты класса "воздух- воздух" К-7. Впоследствии эту организацию преобразовали в ГосМКБ

"Вымпел" МАП. Разработка ракеты комплекса "Куб" была начата под руководством главного конструктора И.И.Торопова.

Работы по комплексу должны были обеспечить выход ЗРК "Куб" на совместные испытания во II кв. 1961 г. Они затянулись и завершились с почти пятилетним опозданием от плановых сроков, отстав на два года от практически одновременно начатых работ по комплексу "Круг". Свидетельством драматичности истории создания комплекса "Куб" стало отстранение от должностей главных конструкторов как комплекса в целом, так и входящей в его состав ракеты в самый напряженный момент работ.

Основная трудность создания комплекса определялась новизной и сложностью принятых в разработку технических решений.

В отличие от комплекса "Круг" для боевых средств ЗРК "Куб" использовались гусеничные шасси более легкой весовой категории, аналогичные примененным для зенитных самоходных артиллерийских установок "Шилка". При этом все радиотехнические средства размещались не на двух машинах, как в ЗРК "Круг", а на одном так называемом "самоходе А". "Самоход Б" – самоходная пусковая установка – нес три ракеты вместо двух в комплексе "Круг".

Очень сложные задачи решались и при создании зенитной ракеты. Сверхзвуковой прямоточный двигатель работал не на жидком, а на твердом топливе. Это исключало возможность регулирования расхода топлива в соответствии со скоростью и высотой полета ракеты. Кроме того, ракета была выполнена без отделяемых ускорителей – заряд стартового двигателя размещался в объеме камеры дожигания прямоточного двигателя. Впервые на зенитной ракете подвижного комплекса полуактивная доплеровская радиолокационная головка самонаведения заменила аппаратуру командного радиоуправления.

Все эти сложности не замедлили сказаться с началом летных испытаний ракет. В конце 1959 года на Донгузский полигон была поставлена первая пусковая установка, что позволило тогда же приступить к проведению бросковых испытаний ЗУР. Однако до июля 1960 г. не удалось провести ни одного успешного пуска ракеты с работающей маршевой ступенью. Зато на стендовых испытаниях выявили три прогара камеры. К анализу причин неудач был привлечен НИИ-2 – одна из головных научных организаций ГКАТ. По рекомендации НИИ-2 отказались от крупногабаритного оперения, сбрасываемого по завершении стартового участка полета ракеты.

В результате стендовых испытаний натурной ГСН выявилась недостаточная мощность ее привода. Кроме того, определилось и некачественное исполнение обтекателя ГСН, вызывающее значительные искажения сигнала, порождающие синхронные помехи, что приводило к неустойчивости контура стабилизации. Это была общая беда многих отечественных ракет с радиолокационными головками самонаведения первого поколения. В результате конструкторы перешли на ситаловый обтекатель. Впрочем, помимо таких относительно "тонких" явлений, в ходе испытаний столкнулись и с разрушением обтекателя в полете в результате аэроупругих колебаний конструкции.

Другим существенным недостатком, выявленным на ранней стадии испытаний ЗУР, была неудачная конструкция воздухозаборников. Система скачков уплотнения от передней кромки воздухозаборников неблагоприятно воздействовала на поворотные крылья, создавая большие аэродинамические моменты, неодолимые для рулевых машинок – рули заклинивались в крайнем положении. По результатам испытаний полномасштабных моделей в аэродинамических трубах нашли подходящее конструктивное решение – удлинить воздухозаборник, сдвинув передние кромки диффузора вперед на 200 мм.

В начале шестидесятых годов наряду с основным вариантом боевых машин комплекса на гусеничных шасси КБ Мытищинского завода прорабатывались и другие самоходы – четырехосное корпусное плавающее колесное шасси "560" разработки той же организации и применявшееся для "Круга" шасси семейства СУ-100П.

В 1961 г. испытания также шли с неудовлетворительными результатами. Не удалось добиться надежной работы ГСН, не были проведены пуски по опорной траектории, отсутствовали достоверные данные по величине секундного расхода топлива. Не удалось разработать технологию надежного нанесения теплозащитного покрытия на внутреннюю поверхность титанового корпуса камеры дожигания, которая подвергалась эрозионному воздействию содержащих окислы алюминия и магния продуктов сгорания газогенератора маршевого двигателя. В дальнейшем вместо титана применили сталь.

Последовали так называемые "оргвыводы". В августе 1961 г. И.И.Торопова сменили на А.Л.Ляпина, в январе 1962 г. место трижды лауреата Сталинской премии В.В.Тихомирова занял Ю.Н.Фигуровский. Но время дало справедливую оценку труду конструкторов, определивших технический облик комплекса. Спустя десять с небольшим лет советские газеты с восторгом перепечатывали фрагмент статьи из "Пари Матч", характеризующий эффективность спроектированной Тороповым ракеты словами "Когда-нибудь сирийцы поставят памятник изобретателю этих ракет…". Бывшее ОКБ-15 сегодня носит имя В.В. Тихомирова.

Разгон зачинателей разработки не привел к ускорению работ. К началу 1963 г. из 83 запущенных ракет только 11 были оснащены ГСН. При этом удачно завершилось всего 3 пуска. Ракеты испытывались только с экспериментальными ГСН – поставка штатных еще не началась. Надежность ГСН была такова, что в сентябре 1963 г. после 13 неудачных пусков с отказами головки самонаведения пришлось прервать летные испытания. Не до конца довели и испытания маршевого двигателя ЗУР.

В 1964 г. пуски ракет проводились в более или менее штатном исполнении, но наземные средства ЗРК еще не укомплектовали аппаратурой связи, увязки взаимного местоположения. К середине апреля 1964 г. провели первый успешный пуск ракеты, укомплектованной боевой частью. Удалось сбить мишень – Ил-28, летящий на средней высоте. В дальнейшем пуски были, как правило, удачными, а точность наведения ракет на цель просто восхищала участников испытаний.

С января 1965 г. по июнь 1966 г. на Донгузском полигоне (начальник полигона М.И.Финогенов) под руководством комиссии, которую возглавлял Н.А.Карандеев, провели совместные испытания комплекса. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 23 января 1967 г. комплекс был принят на вооружение войск ПВО Сухопутных войск.

Основными боевыми средствами комплекса были самоходная установка разведки и наведения (СУРН) 1С91 и самоходная пусковая установка (СПУ) 2П25 с ракетами 3М9.

В состав самоходной установки разведки и наведения 1C9I входили две радиолокационные станции – РЛС обнаружения воздушных целей и целеуказания 1С11 и РЛС сопровождения цели и подсвета 1С31, а также средства, обеспечивающие опознание целей, навигацию, топоп- ривязку, взаимное ориентирование, радиотелекодовую связь с самоходными пусковыми установками, те- левизионно-оптический визир, автономный источник электропитания (использовался газотурбинный электрогенератор), системы подъема антенны и горизонтирования. Оборудование самоходной установки разведки и наведения размещалась на шасси ГМ-568.

Антенны РЛС располагались в два яруса – сверху антенна станции 1С31, ниже – 1С11 – и могли вращаться по азимуту независимо друг от друга. Для уменьшения высоты самохода на марше цилиндрическое основание антенных устройств убиралось внутрь корпуса гусеничной машины, а антенное устройство РЛС 1С31 разворачивалось вниз, располагаясь позади антенны станции 1С11.

Исходя из стремления обеспечить требуемую дальность при ограниченном энергоснабжении с учетом габаритно-массовых ограничений по антеннам постам для станции 1С 11 и для режима сопровождения цели в станции 1С31 приняли схему ко- герентно-импульсной РЛС. Однако, при подсвете цели для устойчивой работы ГСН при маловысотном полете в условиях мощных отражений от подстилающей поверхности был реализован режим непрерывного излучения.

Станция 1С 11 представляла собой когерентоно-импульсную РЛС кругового обзора (скорость обзора – 15 об./мин) сантиметрового диапазона с двумя независимыми работающими на разнесенных несущих частотах волноводными при- емо-передающими каналами, излучатели которых были установлены в фокальной плоскости единого антенного зеркала. Обнаружение, опознание цели и целеуказание станции сопровождения и подсвета обеспечивалось при нахождении цели на дальностях от 3 до 70 км и на высотах от 30 до 7000 м при импульсной мощности излучения 600 кВт в каждом канале, чувствительности приемников порядка 10~13 Вт, ширине лучей по азимуту около 1° и суммарном секторе обзора по углу места около 20°. Для обеспечения помехозащищенности в станции 1С 11 были предусмотрены:

– системы селекции движущихся целей (СДЦ) и подавления несинхронных импульсных помех;

– ручная регулировка усиления приемных каналов;

– модуляция частоты повторения импульсов;

– перестройка частоты передатчиков.


ЗРК "Куб". Слева направо: самоходная установка разведки и наведения 1С91, четыре самоходных пусковых установки 2П25 и транспортно- заряжающая машина 2Т7.


Самоходная установка разведки и наведения 1С91 ЗРК "Куб" и ее схема



Станция 1С31 также состояла из двух каналов с излучателями, установленными в фокальной плоскости параболического отражателя единой антенны – сопровождения цели и подсвета цели. По каналу сопровождения цели станция имела импульсную мощность 270 кВт, чувствительность приемника порядка 10~13 Вт, ширину луча около 1°. Среднеквадратичная ошибка (СКО) сопровождения цели по угловым координатам составляла около 0,5 д.у., по дальности – около 10 м. Станция могла захватывать на автосопровождение самолет типа "Фантом-2" с вероятностью 0,9 на дальности до 50 км. Защита от пассивных помех и отражений от земли осуществлялась системой СДЦ с программным изменением частоты повторения импульсов, от активных помех – использованием метода моноимпульсной пеленгации целей, системы индикации помех и перестройкой рабочей частоты станции. В том случае, если станция 1С31 все-таки подавлялась помехами, можно было сопровождать цель по угловым координатам с помощью телевизионного оптического визира, а информацию о дальности получать от РЛС 1С11. В станции предусмотрели специальные меры для устойчивого сопровождения низколетящих целей. Передатчик подсвета цели (и облучения ГСН ракеты опорным сигналом) генерировал непрерывные колебания и обеспечивал надежную работу ГСН ракеты.

Масса самоходной установки разведки и наведения с боевым расчетом из 4 человек составляла 20,3 т.

На самоходной пусковой установке 2П25, размещенной на шасси ГМ-578 устанавливались лафет с тремя направляющими для ракет и электрическими силовыми следящими приводами, счетно-решающий прибор, аппаратура навигации, то- попривязки, телекодовой связи, предстартового контроля ЗУР, автономный газотурбинный электроагрегат. Электрическая стыковка самоходной пусковой установки с ракетой производилась посредством двух разъемов ракеты, которые срезались с помощью специальных штанг в начале движения ракеты по направляющей балке. Предстартовое наведение раке.т в направлении упрежденной точки встречи ЗУР с целью производилось приводами лафета, отрабатывающими данные от самоходной установки разведки и наведения, которые поступали на самоходную пусковую установку по радиотелекодовой линии связи.


Самоходная пусковая установка 2П25 и ее схема



В транспортном положении ЗУР располагались хвостовой частью вперед по ходу самоходной пусковой установки ("пушки к бою едут задом").

Масса самоходной пусковой установки с тремя ракетами и боевым расчетом из 3 человек на борту составляла 19,5 т.

Зенитная управляемая ракета 3М9 комплекса "Куб" в сравнении ракетой 3М8 комплекса "Круг" поражает изяществом своих очертаний.

Как и ЗУР комплекса "Круг", ракета 3М9 выполнена по схеме "поворотное крыло". Однако, в отличие от ракеты 3М8, на ЗУР 3М9 для управления дополнительно использовались расположенные на стабилизаторах рули. В результате реализации данной схемы удалось уменьшить размеры поворотного крыла, снизить необходимую мощность рулевых машинок и использовать более легкий пневматический привод вместо гидравлического.

Ракета была оснащена полуактивной радиолокационной головкой самонаведения 1СБ4, которая захватывала цель со старта, сопровождала ее по частоте Доплера в соответствии со скоростью сближения ракеты с целью и вырабатывала управляющие сигналы для наведения ЗУР на цель. ГСН обеспечивала режекцию прямого сигнала от передатчика подсвета самоходной установки разведки и наведения и узкополосную фильтрацию отраженного от цели, сигнала на фоне шумов этого передатчика, собственно ГСН и подстилающей поверхности. Защищенность головки самонаведения от преднамеренных помех обеспечивалась также скрытой частотой поиска цели и возможностью самонаведения на источник помех в амплитудном режиме работы.

ГСН размещалась в передней части ракеты, при этом диаметр антенны приближался к размеру ми деля ЗУР. За ГСН устанавливалась боевая часть, а далее – аппаратура автопилота и двигатель:

Как уже отмечалось, ракета была оснащена комбинированной двигательной установкой. Впереди располагался камера газогенератора с зарядом двигателя маршевой (второй) ступени 9Д16К. Для твердотопливного газогенератора невозможно регулировать расход топлива в соответствии с фактическими условиями полета, так что выбор формы заряда осуществлялся исходя из условной типовой траектории, которую в те годы разработчики считали наиболее вероятной при боевом применении ракеты. Номинальная продолжительность работы немного превышала 20 секунд, масса топливного заряда (длиной 760 мм) составляла около 67 кг. Состав разработанного НИИ-862 топлива ЛК-6ТМ характеризовался большим избытком горючего по отношению к окислителю. Продукты сгорания заряда газогенератора поступали в камеру дожигания, где остатки горючего сгорали в потоке воздуха, входящего через 4 воздухозаборника. Входные устройства воздухозаборников, рассчитанных на сверхзвуковые условия работы, оснащались коническими центральными телами. На стартовом участке, до включения маршевого двигателя, выходы каналов воздухозаборников в камеру дожигания были закрыты стеклопластиковыми заглушками.


Компоновка ракеты 3М9 ЗРК "Куб": 1.ГСН 2. Радиовзрыватель 3. Боевая часть 4. Автопилот 5. Воздухозаборник 6. Газогенератор 7. Заглушка 8.Топливные заряды стартового двигателя 9. Сопло стартового двигателя 10. Стабилизатор 11. Крыло


Транспортно-заряжающая машина 2Т7М ЗРК "Куб"


Извлечение ракеты из контейнеров


Установка ракеты на ТЗМ


В камере дожигания размещался твердотопливный заряд стартовой ступени – обычная шашка с бронированными торцами (длиной 1,7 м и диаметром 290 мм, с цилиндрическим каналом диаметром 54 мм) из баллиститного топлива ВИК-2 массой 172 кг. Так как газодинамические условия работы твердотопливного двигателя на стартовом участке и ПВРД на маршевом участке требовали различной геометрии сопла камеры дожигания, по завершении работы стартовой ступени (длительностью 3-6 секунд) предусматривался отстрел внутренней части соплового аппарата со стеклопластиковой решеткой, удерживающей стартовый заряд.

Надо отметить, что именно в ракете 3М9 подобная конструкция впервые в мире была доведена до стадии серийного выпуска и принятия на вооружение. В дальнейшем, после специально организованного похищения израильтянами нескольких ракет 3М9 в ходе войны 1973 года на Ближнем Востоке, советская ЗУР послужила прототипом при создании ряда зарубежных зенитных и противокорабельных ракет!

Применение ПВРД обеспечило поддержание большой скорости ракеты 3М9 на всей траектории, что способствовало обеспечению высокой маневренности. При проведении учебных и контрольно-серийных пусков ракет систематически достигалось прямое попадание в цель, что случалось крайне редко при применении других относительно крупных зенитных ракет.

Подрыв осколочно-фугасной боевой части ЗН12 массой 57 кг (разработка НИИ-24) производился по команде автодинного двухканального радиовзрывателя непрерывного излучения ЗЭ27, созданного в НИИ- 5 71.

Ракета обеспечивала поражение целей, маневрирующих с перегрузкой до 8 ед., но при этом происходило снижение вероятности поражения таких целей в зависимости от различных условий до 0,2-0,55, тогда как вероятность поражения не- маневрирующих целей находилась в пределах 0,4-0,75.

Длина ракеты составляла около 5,8 м при диаметре 330 мм. Для обеспечения перевозки собранной ракеты в контейнере 9Я266 применили складывание левых и правых консолей стабилизаторов навстречу друг другу.

За разработку ЗРК многие создатели комплекса удостоились высоких государственных наград. Ленинская премия была присуждена А.А.Растову, В.К.Гришину, И.Г.Акопяну, А.Л.Ляпину, Государственная премия СССР – В.В.Матяшеву, Г.Н.Валаеву, В.В.Титову и другим.

Зенитный ракетный полк, вооруженный ЗРК "Куб", состоял из КП, пяти зенитных ракетных батарей, батареи управления и технической батареи. Каждая зенитная ракетная батарея включала в свой состав одну самоходную установку разведки и наведения 1С91, четыре самоходных пусковых установки 2П25 с тремя ЗУР 3М9 на каждой, а также две транспортно-заряжающих машины 2Т7 на шасси ЗиЛ-15^ и, при необходимости, была способна самостоятельно выполнять боевую задачу. При централизованном управлении команды боевого управления и данные целеуказания на батареи поступали от КП полка (от КБУ – кабины боевого управления автоматизированного комплекса боевого управления "Краб" (К-1) с приданной ему РЛС обнаружения). Эта информация принималась на батарее КПЦ – кабиной приема целеуказания комплекса К-1, а из нее передавалась на самоходную установку разведки и наведения батареи. В состав технической батареи полка входили транспортные машины 9Т22, контрольно-измерительные станции 2В7, контрольно-испытательные подвижные станции 2В8, технологические тележки 9Т14, ремонтные машины и другое оборудование.


Пусковая установка ЗРК "Куб" на позиции с бетонированным бруствером


Заряжение пусковой установки с ТЗМ


В соответствии с рекомендациями госкомиссии ЗРК "Куб" с 1967 года началась первая модернизация комплекса. В результате доработок были повышены его боевые возможности:

– расширены границы зоны поражения (см. табл.); .

– предусмотрены прерывистые режимы работы РЛС самоходной установки разведки и наведения для защиты от противорадиолокационных ракет типа "Шрайк";

– повышена защищенность ГСН от уводящих помех;

– улучшены показатели надежности боевых средств ЗРК;

– уменьшено примерно на 5 секунд работное время комплекса.

Модернизированный комплекс в

1972 году прошел испытания на Эмбенском полигоне под руководством комиссии во главе с начальником полигона В.Д.Кириченко и в январе 1973 г. был принят на вооружение под шифром "Куб-М1".

С 1970 года проводились работы по созданию для ВМФ зенитного комплекса М-22 с использованием ракеты семейства 3М9, однако после 1972 года этот ЗРК разрабатывался уже применительно к ракете 9М38 пришедшего на смену "Кубу" комплекса "Бук".

Следующая модернизация комплекса "Куб" проводилась с 1974 г. по 1976 г. В результате ее были еще повышены боевые возможности ЗРК:

– расширена зона поражения (см. табл.):

– обеспечена возможность стрельбы вдогон по целям со скоростями до 300 м/с, и по неподвижным целям на высотах свыше 1000 м;

– увеличена средняя скорость полета ЗУР с 600 до 700 м/с;

– обеспечено поражение самолетов, маневрирующим с перегрузками до 8 ед.;

– улучшена помехоустойчивость ГСН;

– увеличена на 10-15% вероятность поражения маневрирующих целей;

– улучшены надежность боевых наземных средств ЗРК и его эксплуатационные характеристики.

Совместные испытания ЗРК проходили в начале 1976 года на Эмбенском полигоне (начальник полигона Б.И. Ващенко) под руководством комиссии во главе с О.В.Купревичем, а к концу года он был принят на вооружение под шифром "Куб-М3".

В последние годы на международных авиационно-космических выставках представлялась еще одна модификация ЗУР – переоборудованная из боевой ракеты мишень 3М20М3, предназначенная для имитации воздушных целей с ЭПР 0,7- 5 м² , летящих на высоте до 6-7 км по трассе протяженностью до 20 км.

Серийное производство боевых средств комплекса "Куб" всех модификаций было организовано:

– самоходных установок разведки и наведения – на Ульяновском механическом заводе Минрадиопрома (МРП),

– самоходных пусковых установок – на Свердловском машиностроительном заводе им. М.И.Калинина МАП,

– ЗУР – на Долгопрудненском машиностроительном заводе МАП.


Основные характеристики ЗРК типа "КУБ"
Наименование "Куб" "Куб-М1" "Куб-М3" "Куб-М4"
1. Зона поражения, км
- по дальности 6-8..22 4..23 4..25 4..24**
- по высоте 0,1..7(12*) Э,03..8(12*) 0,02..8(12*) 0,03.. 14**
- по параметру до 15 до 15 до 18 до 18
2. Вероятность поражения
истребителя одной ЗУР 0,7 0,8..0,95 0,8..0,95 0,8..0,9
вертолета одной ЗУР       0,3..0,6
крылатой ракеты       0,25..0,5
3. Максимальная скорость поражаемых целей, м/с 600 600 600 600**
4. Время реакции, с 26..28 22..24 22..24 24**
5. Скорость полета ЗУР, м/с 600 600 700 700**
6. Масса ракеты, кг 630 630 630 630**
7. Масса боевой части, кг 57 57 57 57**
8. Канальность по цели 1 1 1 2
9. Канальность по ЗУР 2..3 2..3 2..3 до 3
10. Время развертывания (свертывания), мин 5 5 5 5
11. Число ЗУР на боевой машин 3 3 3 3
12. Год принятия на вооружение 1967 1973 1976 1978

* с использованием комплекса К-1 "Краб"

** с ЗУР 3М9М3. При использовании ЗУР 9М38 характеристики аналогичны ЗРК "БУК"


ЗРК "Квадрат" на боевой позиции. Ближний Восток.


Пусковые установки ЗРК "Квадрат" на параде египетских войск в 1974 г. по случаю годовщины форсирования Суэцкого канала 6 октября 1973 г.


Индийский ЗРК "Акаш", созданный на базе ЗРК "Квадрат". Пусковая установка имеет шасси от модифицированной БМП-2.


В ходе серийного производства ЗРК семейства "Куб" с 1967 г. по 1983 г. было выпущено более 500 ЗРК, несколько десятков тысяч ГСН. На испытаниях и учениях выполнено более 4000 пусков ракет.

ЗРК "Куб" под шифром "Квадрат" по внешнеэкономическим каналам поставлялся в вооруженные силы 25 стран (Алжира, Анголы, Болгарии, Кубы, Чехословакии, Египта, Эфиопии, Гвинеи, Венгрии, Индии, Кувейта, Ливии, Мозамбика, Польши, Румынии, Йемена, Сирии, Танзании, Вьетнама, Сомали, Югославии и др.).

Комплекс "Куб" успешно использовался практически во всех военных конфликтах на Ближнем Востоке. Особенно впечатляющим было применение ЗРК в период с 6 по 24 октября 1973 г., когда пусками 95 ЗУР комплексов "Квадрат", по данным сирийской стороны,сбили 64 израильских самолета. Исключительная эффективность ЗРК "Квадрат" определялась несколькими факторами:

– высокой помехозащищенностью комплексов с полуактивным самонаведением;

– отсутствием у израильтян средств радиоэлектронного противодействия (РЭП), работающих в требуемом частотном диапазоне – поставляемая из США аппаратура была рассчитана на борьбу с ранее применявшимися радиокомандными ЗРК С-75 и С-125, работающими на более длинных волнах;

– высокой вероятностью попадания в цель маневренной ЗУР с прямоточным двигателем.

Не располагая техническими средствами подавления ЗРК "Квадрат", израильская авиация вынуждена была применять довольно рискованные тактические приемы. Многократный вход в зону пуска с последующим поспешным выходом из нее провоцировал быстрый расход боекомплекта комплекса с дальнейшим уничтожением средств обезоруженного ЗРК. Кроме того, применялся подход истребителей-бомбардировщиков на высотах, близких к их практическому потолку, с дальнейшим пикированием в воронку "мертвой зоны" над ЗРК.

Высокая эффективность ЗРК "Квадрат" подтвердилась и в период с 8 марта по 30 мая 1974, когда пусками 8 ЗУР было уничтожено до 6 самолетов.

Кроме того, комплекс "Квадрат" применялся в ходе боевых действий в Ливане в 1981-1982 гг., при конфликтах на алжирско-марокканской границе, между Египтом и Ливией, при отражении американских налетов на Ливию в 1986 г., в Чаде в 1986-1987 гг., в Югославии в 1999 г.

До сих пор ЗРК "Квадрат" состоит на вооружении многих стран мира. Боевая эффективность ЗРК может быть существенно увеличена без больших конструктивных доработок путем дополнительного использования в нем элементов ЗРК "Бук" – ракет 3M38 и самоходных огневых установок 9А38, что было осуществлено в разработанном в 1978 году комплексе "Куб-М4".








Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке