Загрузка...



5. Вайдхи-бхакти – вечная непреходящая религия

У Лахири Махашая в Шантипуре осталась большая семья. Двое его сыновей были известными учеными. Одному из них, Чандранатхе, было 35 лет. Он был землевладельцем-заминдаром и вел все домашнее хозяйство. Кроме того, он хорошо разбирался в медицине. Религией он особо не интересовался, но, тем не менее, пользовался уважением среди местных брахманов. Он заботился о своих слугах, служанках, сторожах и живо интересовался всеми домашними делами. Второго сына Лахири Махашая звали Девидас. С самого детства он охотно изучал ньяя-шастру и смрити-шастру. Теперь он имел свою школу, в которой училось около 15-и детей. За недюжинные познания Девидаса удостоили титула «Видьяратна» (сокровище знания).

Однажды по Шантипуру прошел слух, что Калидаса Лахири стал вайшнавом–аскетом. Об этом говорили повсюду: в местах омовения (гхатах), на рынке и на улицах. Некоторые предполагали, что его настигло старческое слабоумие. Другие говорили: «Должно быть, его подкосила какая-то болезнь. Он же брахман по рождению. Его сыновья, жена и вообще вся семья послушны ему. Какие же страдания довели его до отречения от мира?» Третьи восклицали: «Вот какова жалкая участь тех, кто носится повсюду и кричит о своей любви к религии!» Но нашлись и разумные люди, которые сделали вывод: «Калидаса Лахири очень благочестивый человек. Имея в своем распоряжении все блага, которые только может дать человеку этот мир, он, тем не менее, привлекся святыми именами Господа Хари». Вот такие ходили разговоры. Кто-то, услышав эти сплетни, донес их до Девидасы Видьяратны Махашая.

Озадаченный, Видьяратна пошел к старшему брату и обратился к нему со следующими словами: «Брат, мне кажется, наш отец попал в большую беду. Он живет в Годруме, в Надии, и, насколько я знаю, пребывает в добром здравии. Но он попал в плохое общество. Слыхал ли ты разговоры, которыми полнится наше селение?»

Чандранатха ответил: «О брат, до меня дошли некоторые из этих слухов. Наш дом издавна славился добропорядочностью. Однако, слыша сплетни о нашем отце, я не могу держать голову так же высоко, как раньше. Мы всегда жалели семью Адвайты Прабху. Что же случилось ныне в нашем собственном доме? Брат мой, отправимся домой, посоветуемся с нашей святой матерью и сделаем все, что сможем, чтобы вернуть свое доброе имя».

Придя домой, Девидас и Чандранатха удобно расположились на веранде. Их мать подала им обед. Затем, присев рядом, она стала отдавать распоряжения прислуге. Выбрав момент, Чандранатха спросил: «Мать, слышала ли ты новости о нашем отце?»

Святая мать ответила: «А что случилось? Не ухудшилось ли его здоровье? Насколько я знаю, он живет в Навадвипе и воспевает там святые имена Господа Хари. Почему бы вам, дети, не привести его обратно домой?»

Девидас сказал: «Мать, он по-прежнему отличается крепким здоровьем. Но я прослышал, что все остальное не так гладко. Если мы приведем его домой, наш дом утратит свою репутацию».

Обеспокоившись, святая женщина спросила: «Как же такое может случиться? На днях, прогуливаясь по берегу Ганги, я встретила невестку одного из великих Госвами. Мы долго беседовали, и она сказала мне: «Удача твоего мужа не знает границ. Его уважают все вайшнавы».

Девидас ответил: «Но его уже не уважают в кругах нашего общества. Теперь, когда он дожил до старости, он должен находиться дома и позволить нам служить себе. Так нет же! Он питается остатками пищи тех, кто одет лишь в набедренную повязку. Он опозорил нашу благородную семью. О, безнравственный век Кали! Ведь наш отец так много всего видел и слышал за свою жизнь! Что же вдруг случилось с его разумом?»

Святая мать сказала: «Верните его домой, и не приглашайте к нам никого, пока он не придет в себя».

Чандранатха ответил: «Что еще нам остается? Деви должен отправиться в Годруму с надежными людьми и попытаться вернуть отца домой».

Деви ответил: «Ты прекрасно знаешь, что отец невысокого мнения обо мне, поскольку считает меня атеистом. Что же я буду делать, если он не захочет даже разговаривать со мной?»

Поразмыслив, братья вспомнили, что Лахири Махашая очень уважал Шамбхунатху, их двоюродного брата по матери. Шамбхунатхе уже приходилось подолгу оставаться с ним и служить ему. Поэтому было решено, что в Годруму отправятся оба – и Девидас, и Шамбхунатха. Первым же туда отправили слугу, который должен был найти для них жилье в доме какого-нибудь брахмана.

На следующий день, после завтрака, Шамбхунатха и Девидас отправились в Годруму. Прибыв на место, они сошли со своих паланкинов и отправили носильщиков обратно домой. Слуга, приехавший в Годруму днем ранее, нашел для них жилье, слуг и повара-брахмана.

Вечером Девидас и Шамбхунатха отправились прогуляться по Прадьюмна-кундже. Во дворе Шри Сурабхи они увидели Лахири Махашая, который сидел на подстилке из листьев. Закрыв глаза, он повторял святые имена Господа Хари на четках. На его теле белела вайшнавская тилака. Войдя во двор, Шамбхунатха и Девидас почтительно склонились к стопам Лахири Махашая. Лахири Махашая открыл глаза и удивленно спросил: «Шамбху, зачем ты явился? Что за дела привели тебя сюда? Деви, с тобой все в порядке?»

Оба смиренно ответили: «Ты нас благословил, значит, все в порядке».

Лахири Махашая спросил: «Поужинаете вместе со мной?» Братья ответили: «Мы уже гостим в одном доме. Можешь о нас не беспокоиться».

В это время из обвитой лианами мадхави и малати хижины Шри Према даса донеслось звучание святого имени Господа Хари. Шри Вайшнава дас вышел из своей хижины и направился к жилищу своего духовного учителя, чтобы узнать, почему он воспевает святые имена в столь позднее время. Лахири Махашая отправился вместе с ним. Возле хижины бабаджи они увидели многочисленных вайшнавов–паломников, которые воспевали святые имена Господа Хари и почтительно обходили святого бабаджи. Шри Вайшнава дас и Лахири Махашая присоединились к ним. Окончив пение, собравшиеся поклонились святому бабаджи-парамахамсе и уселись. Девидас и Шамбхунатха присели в стороне. Они выглядели словно утки в стае лебедей.

Один из вайшнавов заговорил: «Мы пришли из города Катвы. Основная цель нашего путешествия – увидеть Шри Навадвипу и Шри Майяпур. Кроме того, мы надеялись обрести пыль со стоп святого бабаджи-парамахамсы». Смутившись, бабаджи-парамахамса сказал: «Я всего лишь падший грешник. Но я надеюсь, что ваше общество очистит меня от многочисленных грехов». Через короткое время выяснилось, что прибывшие вайшнавы очень искусно воспевают имена Господа Хари. Местные преданные принесли мридангу и караталы. Старейший из преданных запел:

О Шри Кришна Чайтаньячандра!
О Прабху Нитьянанда! О Гададхара!
О Адвайтачандра! О преданные Господа Гауры!
О вайшнав-тхакур, безбрежный океан милосердия,
пожалуйста, смилуйся надо мной, падшим грешником!
О учитель, молю тебя, будь милосерден,
спаси человека, который лишился ума, гордясь
своим высоким рождением, ученостью и богатством.
Пожалуйста, освободи меня от влечения к золоту,
женщинам и славе. Я смиренно прошу тебя об этом.
О слуга Господа Кришны, пожалуйста, будь так добр,
даруй мне вкус к пению святого имени,
сострадание к живым существам и позволь постоянно пребывать в обществе вайшнавов.
Сень твоих стоп – моя единственная надежда.
Суждено ли мне жить или умереть,
в любом случае ты – мое единственное прибежище.

Когда пение завершилось, Лахири Махашая запел молитву, которую сочинил сам:

Долгое время сердце мое сжимали тиски иллюзии.
Я тонул в океане рождений и смертей.
Ты сжалился надо мной.
Ты дал мне приют у своих стоп. Ты спас меня.
Пожалуйста, выслушай меня!
О святой вайшнав, молю, выслушай меня!
Я отдаю себя на твою милость. Пожалуйста,
избавь меня от всех страданий раз и навсегда.
Кастовая гордость – это кромешный ад.
Материальная ученость – всего лишь вывернутое
наизнанку невежество. Пожалуйста, освободи меня
и приведи к стопам Господа Нитьянанды.
Прошу, потуши бушующее в моем сердце пламя.
Молю, будь снисходителен, возложи на мой язык
святые имена Божественной Четы! Пожалуйста, пусть
Шри Шри Радха-Шьяма войдут в мое сердце!

Услышав эту песнь, вайшнавы возрадовались. Они снова и снова восторженно повторяли: «Пожалуйста, укажи Шри Шри Радхе-Шьяме путь к моему сердцу!» Наблюдая за ними, Девидас подумал: «Отец погрузился в медитацию на Абсолютную Истину. Вернуть его домой будет очень трудно». Собрание стало расходиться лишь в полночь. Преданные попрощались друг с другом и разошлись по домам. Девидас и Шамбхунатха распрощались с Лахири Махашаей и вернулись в дом своего хозяина.

На следующий день после завтрака Деви и Шамбху вновь пришли в хижину Лахири Махашая. Поклонившись отцу, Девидас Видьяратна обратился к нему со следующей просьбой: «Дорогой отец, пожалуйста, вернись жить в Шантипур. Здесь очень неудобно и слишком беспокойно для старого человека. Дома мы все с радостью будем служить тебе. Если прикажешь, мы отведем тебе отдельную комнату».

Лахири Махашая ответил: «Эта идея неплоха. Однако в Шантипуре у меня не будет возможности общаться с преданными. Деви, ты прекрасно знаешь, что жители Шантипура неблагочестивы и находят удовольствие в сплетнях и прочей глупой болтовне. Это не самое подходящее место для человека, который стремится к праведной жизни. Действительно, брахманов там много, но их разум осквернен общением с ткачами. Жители Шантипура отличаются тремя особенностями: неизменно изящной одеждой, пышными речами и постоянной готовностью хулить вайшнавов. Вспомни, как страдают в нашем городе потомки Адвайты Прабху. Пообщавшись с безбожниками, некоторые из них ополчились против Господа Махапрабху. Поэтому я останусь жить здесь, в Годруме. Это мое единственное желание».

Девидас сказал: «Отец, ты говоришь истину. Но тебе вовсе не обязательно встречаться с жителями Шантипура. Ты можешь повторять гаятри и выполнять другие религиозные обязанности у себя в комнате. Ты можешь проводить все свое время за молитвами. У брахмана есть определенные обязанности, которые предусматривают выполнение различных обрядов. Такие праведники, как ты, обязательно должны ими заниматься».

Лахири Махашая ответил: «Сын мой, прежние дни безвозвратно прошли. После того, как я провел столько времени, внимая словам своего духовного учителя, мои взгляды на жизнь коренным образом изменились. То, что ты зовешь религиозными обязанностями, я называю лишь бессмысленным времяпрепровождением. Преданное служение Господу Хари – вот единственная обязанность души. Повторение гаятри и все остальные обряды – временны».

Девидас сказал: «Но, отец, нигде в шастрах я не видел подобного толкования обязанностей брахмана. Разве повторение мантры гаятри не является поклонением Господу Хари? Если же, повторяя гаятри, мы поклоняемся Господу Хари, это действие тоже относится к религиозным обязанностям. Чем повторение гаятри отличается от воспевания славы Господа Хари, а также от другой деятельности в духе вайдхи-бхакти

Лахири Махашая ответил: «Сын мой, повторение гаятри и другая деятельность из раздела карма-канды существенно отличается от деятельности вайдхи-бхакти. Повторяют гаятри, а также вершат прочую деятельность из раздела карма-канды только люди, стремящиеся к имперсональному освобождению. Воспевание имен Хари и вся остальная деятельность в духе вайдхи-бхакти совершается без каких-либо материальных побуждений. Да, писания нередко упоминают о материальных плодах, которые приносит преданное служение Господу Хари, но это делается лишь ради привлечения материалистов. Преданное служение Господу Хари приносит один-единственный плод – любовь к Господу Хари».

Девидас спросил: «Отец, может быть, преданное служение Господу Хари приносит и другие плоды?»

Лахири Махашая ответил: «К неофитам, обратившимся на путь преданного служения, приходят и другие плоды. Однако опытный вайшнав практикует садхану-бхакти с тем, чтобы рано или поздно достичь совершенства в преданном служении. Псевдопреданные используют практику садханы-бхакти для достижения либо материального чувственного наслаждения, либо имперсонального освобождения. На первый взгляд, трудно заметить различия между деятельностью искренних вайшнавов и тех, кто лишь притворяется ими, однако их усилия приносят разные плоды. Когда Господу Хари поклоняется человек, считающий подобное поклонение материальной кармической деятельностью, он может достичь очищения ума, имперсонального освобождения, исцеления от болезней и прочих материальных выгод. Но если человек считает свою деятельность преданным служением, единственным плодом такого поклонения будет привязанность к святым именам Господа Кришны. Материалисты, соблюдающие пост в экадаши, освобождаются от грехов. Для преданных же соблюдение этого поста – выражение преданности Господу Хари. Разница заметна, не так ли? Тонкое отличие между садханой-бхакти, практикуемой теми, кто считает ее всего лишь материальной деятельностью, и теми, кто воспринимает ее как служение Господу, можно понять лишь по милости Верховной Личности Бога. Материалисты пожинают побочные плоды садхана-бхакти. Преданные же получают наивысшую награду. Второстепенные плоды садхана-бхакти можно разделить на две категории: материальное чувственное наслаждение и имперсональное освобождение».

Девидас спросил: «Почему тогда писания так превозносят эти второстепенные плоды?»

Лахири Махашая ответил: «Материальный мир населен как разумными, так и неразумными людьми. Неразумные никогда не станут заниматься духовной деятельностью, если не увидят в этом непосредственной выгоды. Именно таким людям священные писания рекомендуют воспользоваться второстепенными плодами преданного служения. Но в писаниях не сказано, что следует довольствоваться лишь этими второстепенными плодами. Через какое-то время, благодаря милости преданных Господа, таких людей привлекают совсем иные плоды.

Девидас промолвил: «Означает ли это, что Рагхунандана и другие авторы смрити-шастр неразумны?»

Лахири Махашая ответил: «Нет. Сами они стремятся к первостепенному результату. Тем не менее, предписываемые ими правила поведения предназначены для неразумных людей».

Девидас сказал: «Я знаю, что в некоторых священных писаниях описаны лишь побочные плоды, а основной вообще не упомянут. По какой причине это произошло?»

Лахири Махашая молвил: «Писания бывают трех видов, каждое предназначено тому классу людей, который способен их воспринять. Для людей, пребывающих в гуне благости предназначены писания в гуне благости. Для людей, охваченных страстью, существуют писания в гуне страсти. Для невежественных же людей предназначены писания в гуне невежества».

Девидас спросил: «На какие же из этих писаний мне следует обратить свой взгляд? Как возвыситься человеку, находящемуся на низшем уровне развития?»

Лахири Махашая ответил: «Люди с разными наклонностями тяготеют к разным выражениям веры. Те, кто пребывает в гуне невежества, верят в соответствующие писания. Те, кто пребывает в страсти, верят в писания, сотворенные именно для них. Те же, кто пребывает в благости, обращают свое сердце к писаниям, созданным для гуны благости. Таким образом, человек доверяет заключениям тех писаний, которые наиболее близки ему по природе. Добросовестно выполняя подходящие для него обязанности и общаясь со святыми вайшнавами, человек возвышается до преданного служения. Очистив сознание от материальной скверны, человек начинает испытывать интерес к писаниям, предназначенным для возвышенных людей. Авторы священных текстов очень разумны и вовсе не заблуждаются в своих заключениях относительно человеческой природы. Они составили писания таким образом, чтобы каждый человек мог достичь совершенства, добросовестно выполняя собственные обязанности. Поэтому различные шастры описывают различные способы достижения конечной цели. Вера в писания – источник всего благого в человеке. В «Шримад Бхагавад-гите» перечисляются предписания разных шастр и в итоге четко определяется, в чем суть всех этих предписаний».

Девидас сказал: «За всю жизнь я изучил множество писаний, но лишь сегодня, благодаря тебе, узнал цель, которую они преследуют».

Лахири Махашая промолвил: «В „Шримад-Бхагаватам“ (11.8.10) сказано:

«Как пчела собирает нектар со всех цветов – крупных и мелких, точно так же разумный человек должен найти суть всех религиозных писаний».

Сын мой, я считал тебя безбожником. Теперь я ни о ком не желаю говорить плохо. Не следует осуждать тех, кто добросовестно выполняет обязанности, соответствующие его природе. Я понял, что каждый человек действует в соответствии со своей природой и в свое время достигнет совершенства. Ты изучаешь книги, превозносящие логику и кармическую деятельность. Совершенно естественно, что твои слова выражают их идеи».

Девидас проговорил: «Я действительно знаю некоторые священные писания, но религию вайшнавов не изучал. Я привык думать, что вайшнавы – фанатики, настаивающие на собственной интерпретации писаний. Но теперь, выслушав твои объяснения, я понял, что среди вайшнавов есть ученые люди, понимающие истинный смысл писаний. Какой ученый человек поведал тебе все эти истины о писаниях?»

Лахири Махашая ответил: «Сын мой, с недавних пор меня учит истинный вайшнав. Мой духовный учитель поклоняется Господу здесь, в соседней хижине. Это он научил меня таким образом трактовать смысл всех писаний. Я сказал тебе лишь то, что услышал от него. Увидев его, ты сам сможешь спросить его о смысле преданного служения. Пойдем, навестим его».

Проговорив эти слова, Лахири Махашая повел Девидаса Видьяратну к хижине Шри Вайшнава даса. Оставив его там, Лахири вернулся в собственную хижину, сел и стал воспевать святые имена.

Шри Вайшнава дас спросил: «Сын мой, изучал ли ты писания?»

Девидас ответил: «Я изучил все ньяя-шастры от «Муктипады» до «Сиддханта-кусуманджали». Кроме того, я знаком со смрити-шастрами».

Шри Вайшнава дас уточнил: «Изучал ли ты их с должным вниманием? И к каким заключениям пришел после изучения?»

Девидас сказал: «Смысл всех изученных мною писаний можно выразить следующими словами: „С великой решимостью человек должен отречься от всего и благодаря этому достичь имперсонального освобождения“. Таким образом, смысл писаний сводится к тому, что человек должен бороться за достижение имперсонального освобождения всеми доступными средствами. Добросовестно выполняя предписанные мне обязанности, я всем сердцем стремился к такому освобождению».

Шри Вайшнава дас молвил: «Когда-то я тоже изучал все книги подряд и, подобно тебе, стремился к безличному освобождению».

Девидас спросил: «Почему же теперь ты не желаешь безличного освобождения?»

Шри Вайшнава дас сказал: «Сын мой, тебе известно, в чем суть безличного освобождения?»

Девидас ответил: «С точки зрения ньяя-шастр, между Брахманом и индивидуальной душой есть существенная разница. Поэтому непонятно, как полное отречение и достижение имперсонального освобождения связаны друг с другом. Однако учение Веданты определяет освобождение как осознание отсутствия различия между индивидуальной душой и Всевышним. Следовательно, с точки зрения Веданты имперсональное освобождение возможно».

Шри Вайшнава дас проговорил: «Сын мой, пятнадцать лет я изучал толкования Веданты, данные Шанкарой, и только после этого принял санньясу. Всеми силами я пытался достичь имперсонального освобождения. Долгое время я медитировал на утверждения, которые Шанкара считал важнейшими утверждениями Вед. Не достигнув реальных результатов, разочаровавшись и отчаявшись, я отверг то, что с таким рвением изучал. К сожалению, все это оказалось вздором».

Девидас спросил: «Но почему после стольких лет неустанного труда ты отверг эти писания?»

Шри Вайшнава дас ответил: «Сын мой, человек должен следовать собственному сердцу. Кто другой может сделать это за него? Кто другой может понять его сердце?»

Девидас видел, что Шри Вайшнава дас – честный, разумный и весьма ученый человек. Сам Девидас Веданту никогда не изучал. Про себя он подумал: «Если он будет милостив ко мне, я смогу изучать Веданту с ним вместе». С этой мыслью он спросил: «А пригоден ли я для изучения Веданты?»

Шри Вайшнава дас ответил: «Ты хорошо знаешь санскрит, поэтому легко сможешь изучить и Веданту».

Девидас попросил: «Если ты чувствуешь благосклонность ко мне, пожалуйста, обучи меня Веданте. Я охотно поучился бы у тебя».

Шри Вайшнава дас сказал: «Послушай меня, Девидас. Я – нижайший слуга вайшнавов. Но я удостоился милости святого бабаджи-парамахамсы, поэтому живу здесь и неустанно воспеваю святые имена Господа Хари. Вряд ли я буду учить кого-нибудь Веданте. К тому же, я слышал, будто Шрила Рупа Госвами, духовный учитель всего мира, запретил вайшнавам слушать и толковать «Шарирака-бхашью», комментарии Шанкары к Веданте. Поэтому я не стану ни изучать комментарии Шанкары, ни объяснять их кому-либо. Господь Чайтанья Махапрабху, сын Шачи-деви и духовный учитель всех живых существ, объяснил смысл «Веданта-сутры» Шри Сарвабхауме Бхаттачарье». Его комментарии сохранились в книгах вайшнавов. Если ты найдешь копию этого объяснения, то я, пожалуй, смогу тебе помочь. Иди в Канчана-палли и попытайся попросить эту книгу у Шримана Кавикарнапура».

Девидас ответил: «Я попытаюсь. Ты великий знаток Веданты, и ты откровенен со мной. Почему бы мне, в самом деле, не поучиться вайшнавскому комментарию на Веданту?»

Шри Вайшнава дас проговорил: «В прошлом я изучал комментарии Шанкары и даже объяснял их другим. Кроме этого, есть еще „Шри-бхашья“ Шри Рамануджачарьи и множество других объяснений Веданты. У бенгальских вайшнавов хранятся комментарии, которые Господь Чайтанья Махапрабху дал Шри Гопинатха Ачарье. Более разумного объяснения я еще не видел. Невозможно оспаривать толкования «Веданта-сутры», данные самим Господом. Комментарии «Веданта-сутры» обязательно должны включать в себя множество цитат из Упанишад. Если человек просто-напросто излагает свое субъективное мнение, но не подкрепляет аргументы цитатами из Упанишад, ученые люди не признают его комментариев».

Выслушав эти слова, Девидас Видьяратна принес Шри Вайшнава дасу поклон-дандават. Затем Девидас направился в хижину отца и передал ему все, что было сказано. Счастливый отец сказал: «Деви, ты изучил множество книг и обучал других людей. Теперь ты должен познать вечную природу души».

Девидас молвил: «Отец, я искренне надеялся вернуть тебя из Шри Годрумы домой. Именно за этим я и приехал сюда. Пожалуйста, выполни нашу просьбу. Вернись хоть ненадолго, порадуй родных своим общением. Моя святая мать горячо желает еще хоть раз увидеть твои стопы».

Лахири Махашая ответил: «Я нашел прибежище у стоп возвышенных вайшнавов. Я дал торжественную клятву, что никогда не вернусь домой, поскольку даже короткая отлучка из святой обители может разрушить мое преданное служение. В прошлом вы все поклонялись Господу Вишну, поэтому все вы можете навестить меня здесь».

Погрустнев, Девидас спросил: «Отец, как ты можешь говорить такие слова? Мы и сейчас служим Верховной Личности Бога. Мы уважительно относимся к святым именам Господа Хари. Вайшнавы – всегда желанные гости в нашем доме. Разве все мы – мама, брат, наши жены и дети – не вайшнавы

Лахири Махашая ответил: «Ваши поступки во многом походят на поступки преданных, но это еще не значит, что вы вайшнавы».

Девидас сказал: «Отец мой, получается, что я тоже не вайшнав

Лахири Махашая ответил: «Вайшнав отрекается от временных материальных благ и обращается к своим вечным духовным обязанностям».

Девидас заметил: «Все же у меня остались кое-какие сомнения. Ты очень разумно проанализировал писания. Но такие действия вайшнавов, как слушание (шравана), воспевание (киртана), памятование (смарана), служение стопам (пада-севана), поклонение (арчана), подношение молитв (вандана), исполнение указаний (дасья), дружба (сакхья) и вручение Господу всего себя (атма-ниведана), совершаются посредством материальных чувств. Не означает ли это, что подобная деятельность также является материальной, и, следовательно, временной? Мне кажется, столь сильная приверженность к этой деятельности неразумна. Служение Божеству Господа, пост, а также поклонение Господу посредством предложения Ему материальных предметов – все это материальные действия. Как они могут быть вечными?»

Лахири Махашая ответил: «Сын, прошло очень много времени, пока я понял все это. Пожалуйста, серьезно обдумай эти вопросы. Люди делятся на два класса: те, кого интересует лишь материальный мир, и те, кто интересуется высшей целью жизни. Материалистов привлекает материальное счастье, материальная слава и высокое общественное положение.

Люди, задумывающиеся над высшей целью жизни, в свою очередь, подразделяются на три класса: преданные Верховной Личности Бога, любители имперсональных размышлений и поклонники мистических сил.

Поклонники мистических сил стремятся к плодам, которые предлагает раздел Вед, называемый карма-канда. Совершая действия, которые предписывает карма-канда, они достигают сверхъестественного могущества. Эти силы можно культивировать, совершая ягьи и занимаясь йогой. Мистики считают, что Господь обязан наделять их плодами карма-канды.

Следующая группа людей – те, кто привязан к имперсональным размышлениям. Расширяя свои знания, такие люди стремятся к равенству с Богом. Некоторые из них допускают, что Верховная Личность Бога существует, остальные с негодованием отрицают этот факт. Среди имперсоналистов бытует мнение, что Верховная Личность Бога является плодом воображения склонных к преувеличению людей и что путем поклонения этому воображаемому Богу можно достичь понимания имперсонального аспекта. Хотя, с точки зрения вайшнавизма, идея использовать Господа в качестве орудия для достижения имперсонального знания достаточно глупа. Согласно имперсональным воззрениям, когда плод поклонения Верховной Личности Бога достигнут, само поклонение трансформируется в имперсональное знание. По мнению имперсоналистов, ни Верховная Личность Бога, ни поклонение Верховной Личности Бога не являются вечными.

Третья группа людей, интересующихся высшей целью жизни, – это преданные Верховной Личности Бога. В действительности только преданные являются истинными искателями высшей цели жизни. Согласно учению вайшнавизма, существует единый Господь, Всевышний Бог, который не имеет ни начала, ни конца. Используя свои многочисленные энергии, Он создает и индивидуальные духовные души, и материальный мир. Индивидуальные духовные души занимают положение Его слуг. Вечное служение Господу – вечный долг, вечная природа души. Сама по себе индивидуальная душа не способна ни на что. Занимаясь материальной деятельностью (кармой), индивидуальная душа не может достичь сколько-нибудь продолжительного результата. Однако подчиняясь и служа Господу, индивидуальная душа может достичь исполнения всех своих желаний.

Первые два из вышеупомянутых классов людей называются карма-канди (те, кто занимается благочестивой материальной деятельностью) и гьяна-канди (имперсоналисты). Третий класс зовется иша-бхакта (преданные Верховной Личности Бога). И карма-канди, и гьяна-канди гордо именуют себя искателями высшей духовной истины. Однако печальная истина заключается в том, что они материалисты. По сути дела, ими движут материальные мотивы. Вся их благочестивая деятельность совершается из личных, корыстных побуждений.

Нынешние почитатели Шивы, Дурги, Ганеши и Сурьи – лишь последователи гьяна-канды. Если такие люди обращаются к преданному служению, которое начинается со слушания и воспевания, за их действиями следует поискать своекорыстные мотивы.

Те, кто совершает ритуалы преданного служения, включающие слушание и воспевание, и не стремится при этом к материальному чувственному наслаждению или имперсональному освобождению, именуются преданными Господа Вишну. Они поклоняются Божеству Господа Вишну.

Форма Верховной Личности Бога вечна, духовна и всемогуща. Если бы Господь не был высшим объектом поклонения, тогда можно было бы сказать, что поклонение Ему не вечно.

Сын мой, то служение, которое ты предлагаешь Божеству Верховной Личности Бога, не принесет тебе духовного блага. Почему? Потому, что ты не считаешь форму Господа бессмертной. Поэтому ты не являешься преданным Господа. Понял ли ты различие между поклонением вечным и поклонением временным, движимым материальными побуждениями?»

Девидас ответил: «Да. Если человек не считает форму Верховной Личности Бога вечной, то и его поклонение Господу не будет вечным. Но почему же для достижения вечной истины мне нельзя воспользоваться тем, что всегда под рукой?»

Лахири Махашая объяснил: «Потому, что для тебя служение Божеству – лишь одна из многочисленных нудных формальностей. Вайшнавы же вкладывают в свое служение сердце. Форма Господа вечна, их поклонение этой форме нетленно, и так же нетленно все, что связано с ним. Поэтому религия вайшнавов бессмертна».

Девидас спросил: «Форма Господа, называемая Божеством, всего-навсего статуя, созданная человеком. Как же подобная форма может быть вечной?»

Лахири Махашая ответил: «В отношении Божества, которому поклоняются вайшнавы, такое определение неверно. Во-первых, Верховный Господь не является бесформенным, как безличный Брахман. Форма Верховной Личности Бога всемогуща, вечна, исполнена знания и блаженства. Именно этой форме Господа следует поклоняться. Форма Господа возникает в сердце живого существа. Она является в сердце тогда, когда в нем зарождается семя бхакти-йоги (преданного служения). Узрев в своем сердце духовную форму Верховной Личности Бога, преданный понимает, что Божество – внешнее проявление той же формы. Имперсоналисты же поклоняются форме Верховного Господа по-другому. Они считают, что Божество – это статуя, созданная из материальных элементов, и что поклоняющийся Божеству лишь воображает, что Оно тождественно имперсональному Абсолюту. Однако истина заключается в том, что форма Божества не является статуей, созданной из материальных элементов. Как видишь, существует огромное различие между представлениями о поклонении Божеству преданных и имперсоналистов. По милости духовного учителя, который пользуется авторитетом среди вайшнавов, человек может получить духовное посвящение. Лишь тогда он поймет, что Божество Господа не является статуей из металла, камня или дерева».

Девидас сказал: «Я понял. Вайшнавы не фанатики. Они способны лицезреть очень тонкие вещи. Действительно, существует колоссальное различие между поклонением Божеству Господа и поклонением деревянной статуе. Однако различия во внешних действиях разного рода почитателей Божества я не вижу. Различие кроется в сердце поклоняющегося. Я обязательно поразмыслю над этим. Но отец, у меня есть еще одно сомнение. Насколько я понял, поклонение Господу, совершаемое имперсоналистами, является всего лишь хитростью и обманом. Но об этом мы поговорим позже».

Сказав эти слова, Девидас Видьяратна вместе с Шамбхунатхой отправился в дом своего хозяина, где они и провели весь остаток дня. Однако возможности поговорить между собой им так и не представилось, поскольку в доме все радостно воспевали святые имена Господа Хари.

На следующий день, после обеда, они отправились к бабаджи-парамахамсе. Девидас Видьяратна, Шамбхунатха и Лахири Махашая удобно уселись на террасе. В то же самое время туда явился и кази селения Брахмана-пушкарини, расположенного неподалеку. Увидев кази, вайшнавы почтительно встали. Радостно приветствуя их, кази взошел на террасу. Бабаджи-парамахамса обратился к нему: «Сегодня нас посетила удача, поскольку к нам в гости пришел потомок Чанды Кази, обретшего милость Господа Чайтаньи Махапрабху. Пожалуйста, даруй нам свои благословения». Кази ответил: «Только по милости Господа Чайтаньи Махапрабху я удостоился благосклонности вайшнавов. Господь Чайтанья – владыка моей жизни. Я не начну ни одного дела, не предложив Ему свои поклоны».

Лахири Махашая свободно говорил на языке мусульман. В свое время он изучал Коран и книги суфиев. Он задал кази следующий вопрос: «Как вы думаете, что есть освобождение?»

Кази ответил: «Там, где вы пользуетесь словом джива (индивидуальная душа), мы употребляем слово ру. Ру имеет два состояния бытия: ру-муджарради и ру-таркиби. То, что вы называете чит (дух), мы зовем муджаррад. То, что вы именуете ачит (материей), мы называем джисам. Духовный мир (муджаррад) находится вне материального времени. Материальный же мир (джисам) подвластен времени. Таркиби-ру или баддха-джива (обусловленная душа) несет в себе множество материальных желаний. Ее ум наводнен материальными идеями. А муджаррад-ру (освобожденная душа) чиста и свободна от подобной скверны. Тот, кто говорит алам мисал (я есть дух), способен стать муджаррад-ру (освобожденной душой). Постепенно развивая эск (духовную любовь), ру (душа) очищается. Великая святая душа отправляется в обитель Бога. Она не остается в материальном мире. В духовном мире она становится слугой, а Бог – господином. Эти взаимоотношения между душой и Богом существуют вечно. Освобождением зовется достижение таких взаимоотношений с Богом. Так толкуют Коран суфии, но далеко не каждому дано понять такое толкование. По милости Господа Чайтаньи Махапрабху, Чанд Кази постиг все это и приобщил меня к этой вере. Поэтому я не сомневаюсь, что вы все являетесь чистыми преданными Господа».

Лахири Махашая спросил: «Какое же учение лежит в основе Корана?»

Кази ответил: «Коран объединяет множество учений. Я не могу выделить и представить тебе какого-либо определенного вида поклонения. Однако целью человеческой жизни считается поклонение Богу. Увидев Верховного Господа, источающего высшее блаженство, все без исключения погружаются в трансцендентный экстаз. Так говорил Господь Чайтанья».

Лахири Махашая вновь спросил: «А как Коран описывает Бога?»

Кази ответил: «В Коране утверждается, что Бог не имеет формы. Однако Господь Чайтанья открыл Чанду Кази, что под этими словами в Коране подразумевается отсутствие у Бога материальной формы. Коран не учит тому, что у Бога нет духовной формы. Сам Великий Пророк видел форму Бога, исполненную духовной любви. Кроме того, он описал все расы, но весьма сокровенно и потаенно».

Лахири Махашая поинтересовался: «А чему учат суфии?»

Кази ответил: «Вся их философия заключена в словах анал хак, что значит „я Бог“. Таким образом, философия ведических имперсоналистов и мусульманских суфиев – приблизительно одно и то же».

Лахири Махашая спросил: «А ты суфий

Кази с достоинством ответил: «Нет. Я – чистый преданный. Я отдал свою жизнь Господу Чайтанье».

Святой кази и вайшнавы еще долго, с великим уважением друг к другу, обсуждали множество вопросов. Наконец собрание завершилось, и собравшиеся вайшнавы дружно вознесли молитвы святым именам Господа Хари.








Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке