Загрузка...



  • Оправданное убийство
  • Живи без подхода
  • От секса к чувственности
  • Путешествие без Конца
  • ГОЛОВОЛОМКИ

    Оправданное убийство

    Мне пятьдесят лет, но я не чувствую себя действительно зрелым и взрослым. Что со мной не так?

    Может быть, ты еще никого не убил. Это обязательно – если хочешь стать зрелым, ты должен стать очень искусным убийцей. Пока ты не убьешь несколько человек, ты никогда не станешь зрелым. Ты должен убить своих родителей, ты должен убить своих учителей, ты должен убить своих лидеров. Все они толпятся у тебя внутри, и они не позволяют тебе стать взрослым человеком – они заставляют тебя оставаться ребенком. Они делают тебя зависимым; они не дают тебе независимости.

    Случилось так, что монах отпрашивался у Будды – он уходил прочь, чтобы распространять послание Будды. Он пришел коснуться его ног, и Будда благословил его и сказал другим ученикам:

    - Видите этого блаженного монаха? Он убил свою мать, он убил своего отца, он убил своих родственников, он убил своего короля.

    Люди были очень удивлены, не могли поверить своим ушам – «Что говорит Будда?»

    Один ученик набрался храбрости и спросил:

    - Господин, что ты имеешь в виду? Хочешь ли ты сказать, что в убийстве есть какая-то добродетель? Ты называешь его блаженным?

    Будда рассмеялся и сказал:

    - Кроме того, он убил даже самого себя – он совершил самоубийство.

    Тогда Будда спел песню, говорит гатха, в которой объясняется, что он имел в виду.

    Каждого воспитывают как ребенка. Это твой первый выход в мир; так тебя обучали годами – оставаться ребенком. Все было упорядочено, и ты должен был подчиняться. Ты стал очень зависимым – ты всегда ищешь фигуру отца, всегда ищешь власти, которые сказали бы тебе, что делать, чего не делать.

    Зрелость означает понимание, чтобы решать за себя, понимание, чтобы быть решительным самому. Стоять на своих ногах – вот что такое зрелость. Но это редко случается, потому что родители портят почти каждого ребенка в большей или меньшей мере. И тогда... школа, колледж, университет – все они готовы тебя испортить. Очень редко кто-то становится зрелым.

    Общество недовольно зрелыми людьми. Зрелые люди опасны, потому что зрелый человек живет согласно своему существу. Он продолжает делать свое дело – он не беспокоится о том, что скажут люди, каково их мнение. Он не жаждет респектабельности, престижа; он не заботится о почете. Он живет свою жизнь – и живет любой ценой. Он готов пожертвовать всем, но никогда не готов пожертвовать своей свободой. Общество боится таких людей; общество хочет, чтобы все оставались детьми. Каждый должен оставаться в возрасте от семи до четырнадцати лет – и люди там и остаются.

    Во время первой мировой войны психологи впервые осознали странное явление. Впервые в армии было проведено широкомасштабное исследование умственного возраста людей. И было сделано странное открытие: люди в армии оказались в среднем в возрасте двенадцати лет. Телу может быть пятьдесят, но ум остается младше четырнадцати лет.

    До четырнадцати лет тебя подавляют – потому что после четырнадцати подавление становится трудным. Если ребенка не подавили до того, как ему исполнилось четырнадцать лет, подавить его не будет никакой возможности – потому что как только он становится сексуальным существом, он становится сильным. До четырнадцати лет он слаб, мягок, женствен. До четырнадцати лет ты можешь вложить ему в ум что угодно – он внушаем, его можно загипнотизировать. Ты можешь говорить ему что угодно, и он будет слушать, он поверит.

    После четырнадцати лет возникает логика, возникает сомнение. После четырнадцати лет возникает сексуальность; с сексуальностью он становится независимым. Теперь он сам способен быть отцом, теперь она сама способна быть матерью. Природа, биология делает человека независимым от родителей в возрасте четырнадцати лет. Это было известно задолго до того, как в мир вошли психологи. Священники установили это гораздо раньше- тысячи лет они наблюдали и узнали: если хочешь подавить ребенка, если хочешь сделать ребенка зависимым, сделай это как можно раньше – чем раньше, тем лучше. Если это можно сделать до семи лет, успех более гарантирован. Если это нельзя сделать до четырнадцати лет, тогда это вообще невозможно.

    Именно поэтому всех возможных людей интересуют дети и их образование. Все религии этим интересуются, они говорят, что дети должны получать религиозное образование. Почему? Прежде чем они станут независимыми, их умы должны быть обусловлены.

    Поэтому величайшая работа для человека, который действительно хочет быть свободным, который действительно хочет быть сознательным, который действительно хочет выйти из-под гипноза – который хочет, чтобы у него не было ограничений никакого рода, который хочет течь в тотальном существовании, – ему нужно отбросить многие вещи изнутри. И когда я говорю, или когда Будда говорит, что ты должен убить отца и мать, это не значит, что ты должен пойти и фактически убить отца и мать – но отца и мать, которых ты носишь внутри, идею.

    Наблюдай, смотри, и ты это найдешь. Ты продолжаешь что-то делать, и внезапно раздается голос матери: «Не делай этого!» Ты можешь наблюдать и услышать голос, настоящий голос – запись у тебя внутри. Ты собираешься съесть слишком много мороженого – наблюдай. Внезапно приходит мгновение, когда мать говорит изнутри: «Не ешь слишком много – достаточно. Остановись!» И в это время ты начинаешь чувствовать себя виноватым.

    Если ты собираешься заниматься любовью с женщиной или с мужчиной, внезапно все учителя выстраиваются в очередь и говорят:

    - Ты собираешься совершить преступление, ты собираешься совершить грех. Остерегайся! Это ловушка. Беги, пока не поздно.

    Даже когда ты занимаешься любовью со своей женой, твои отец и мать, твои учителя стоят между вами и разрушают это.

    Очень редко можно найти мужчину или женщину, которые действительно идут тотально в любовь – ты не можешь, потому что много лет тебя учили, что любовь это что-то неправильное. Как ты можешь внезапно это отбросить? Пока ты не станешь способным убить все эти голоса... понадобится великая храбрость. Ты должен быть готов отбросить все родительские голоса, отбросить все авторитеты, готов идти в неизвестное без всякой карты, один... рискнуть.

    Случилось так, что один человек, Александр Эллиот, учился под руководством дзэнского мастера. Месяцами он делал медитации, дзадзэн, и входил в глубочайшие воды своего существа. Однажды ночью ему приснился сон, очень странный сон. Люди дзэн знают этот сон – но для Эллиота он был странным; он был с Запада, он был шокирован. Он пересказывает этот сон...

    «Недавно мне приснился сон, что появился Бодхидхарма. Он был как плывущая груда – круглый, призрачный, с выпученными глазами и выдающимися бровями».

    Как и я, Бодхидхарма опасный человек. И люди дзэн нарисовали его лицо – с большой любовью – очень опасным. Он не был таким – не в действительности, не физически. Физически он был самым красивым из людей – но если посмотреть на изображение Бодхидхармы, можно испугаться! Если посмотреть в глаза Бодхидхарме, он выглядит как убийца, он собирается тебя убить. Но это все, что делает мастер. Даже в этом сне Александр Эллиот очень испугался и задрожал.

    «Ухмылялся он или гримасничал? – этого было не разглядеть за его щетинистыми бакенбардами. – "Кажется, ты взрослый человек, – прошептал он в бороду, – а все же так никого и не убил. Как же так?"»

    Во сне Бодхидхарма спрашивает:

    - Ты никого не убил, а кажешься взрослым. Как же так?

    Элиот был так потрясен, когда проснулся, что был весь в поту, задыхался. «Что имеет в виду этот странный человек – "Как же это, что ты так никого и не убил?"»

    Именно это я имею в виду, когда говорю, что если ты чувствуешь, что еще не взрослый человек, это просто показывает, что еще никого не убил. Пятьдесят лет это уже слишком поздно – теперь не трать больше времени. Убей немедленно все впечатления у себя внутри. Вымой изнутри все старые записи, расправь ум.

    Начни жить жизнь с этого мгновения, как будто ты ничего не знаешь, как будто тебя никто ничему не учил – свежий, чистый, с самых азов, – и ты увидишь, что очень скоро придет зрелость. А без зрелости жизнь ничего не стоит, потому что все, что красиво, случается только со зрелым умом, все, что есть великого, случается только в зрелом уме. Быть взрослым – благословение. Но люди просто старятся, никогда не становясь взрослыми. В возрасте они продолжают расти, но в сознании только сжимаются. Их сознание остается в зачаточном состоянии; оно еще не вышло из утробы, еще не родилось. Родилось только твое тело – ты еще не родился.

    Возьми жизнь в свои руки – это твоя жизнь. Ты живешь не для того, чтобы исполнять ожидания других. Не живи жизнь своей матери, не живи жизнь своего отца, живи свою жизнь.


    Живи без подхода

    В один день ты подчеркиваешь, что нужно быть зрелым, в следующий говоришь: будь как ребенок. Если я устанавливаю зрелый подход, то чувствую, что мой ребенок подавлен и лишен выражения. Если я позволяю ребенку танцевать и петь, тогда появляется детский подход. Что делать?

    Быть зрелым – не значит установить зрелый подход. Фактически, установление зрелого подхода будет одним из величайших препятствий к тому, чтобы стать зрелым. «Установление» означает нечто навязанное, установление означает нечто насажденное, практикуемое. Это не возникает из тебя. Это маска, нарисованное лицо; это не твое настоящее существо. Именно это делает каждый. Именно поэтому в мире люди только кажутся зрелыми – они незрелы, они совершенно незрелы – глубоко внутри они установили подходы и остались инфантильными. Их зрелость – лишь на глубину кожи, даже меньше.

    Оцарапай немного любого человека, и ты найдешь, что в нем возникает инфантильность. И не только так называемые обычные люди – оцарапай своих святых, и ты увидишь, что возникает незрелость, оцарапай своих политиков и лидеров. Пойди и посмотри в любой парламент мира, и ты нигде больше не найдешь такого собрания незрелых и инфантильных людей.

    Человек обманывает себя и других. Если ты «устанавливаешь», ты будешь ложным, фальшивым. Я не говорю тебе ничего устанавливать. Будь! Установление это препятствие к бытию. А единственный способ быть – это начать с самого начала. Поскольку родители тебе не позволили расти, ты застрял где-то в детстве. Умственный возраст так называемых нормальных людей не более двенадцати или тринадцати лет – даже не четырнадцать! И тебе может быть семьдесят или восемьдесят, но твой умственный возраст останется где-то до того времени, как ты стал сексуально зрелым. В то мгновение, когда человек становится сексуально зрелым, в тринадцать или четырнадцать лет, он запечатан навсегда. Тогда он продолжает становиться более и более фальшивым. Одна фальшивость должна быть защищена другой, одна ложь должна быть защищена другой ложью, и тогда этому нет конца. Ты становишься просто грудой мусора – именно это и есть личность. Личность нужно отбросить, лишь тогда возникает индивидуальность. Это не значит одно и то же. Личность это только показуха; это выставка, не реальность.

    Индивидуальность это твоя реальность, это не показной фасад. Человек может копаться в тебе как хочет глубоко, и он найдет тот же вкус. Говорят, Будда сказал:

    - Ты можешь попробовать меня где угодно, и найдешь тот же вкус, как если попробовать океан где угодно, и он всегда будет соленым.

    Индивидуальность – целая, органичная. Личность шизофренична: центр ее это одно, а периферия – что-то другое, и они никогда не встречаются. Они никогда не только не встречаются, не только диаметрально противоположны друг другу, но и находятся в постоянной борьбе.

    Поэтому первое, что нужно понять: никогда не устанавливай зрелого подхода. Будь либо зрелым, либо незрелым. Если ты незрел, будь незрелым – оставаясь незрелым, ты позволишь рост. Тогда позволь незрелость; не будь фальшивым, не будь в этом неискренним. Если ты инфантилен, будь инфантильным – ну и что? Будь инфантильным. Прими это, иди с этим. Не создавай разделения в своем существе, иначе ты создашь безумие в самой основе. Просто будь самим собой.

    Нет ничего плохого в том, чтобы быть инфантильным. Поскольку тебя учили, что плохо быть инфантильным, ты начинаешь устанавливать подходы. С самого детства ты пытался быть зрелым, но как ребенок может быть зрелым? Ребенок есть ребенок; он должен быть инфантильным.

    Но это не разрешается, и маленькие дети становятся дипломатами – они начинают притворяться, вести себя фальшиво, становятся лжецами с самого начала, и эта ложь продолжает расти. Потом однажды ты начинаешь искать истину; тогда ты должен читать священные писания, и в писаниях нет совершенно никакой истины. Истина содержится в твоем существе, вот настоящее писание. Веды, Коран, Библия – все они в твоем сознании! Ты носишь в себе все, что тебе нужно; это дар Бога. Каждый рождается с истиной в своем существе – жизнь есть истина. Но ты начал учиться лжи.

    Отбрось всю ложь. Будь храбрым – и конечно, ты почувствуешь, что у тебя внутри возникает огромный страх, потому что, когда ты отбрасываешь свою личность, твоя инфантильность, которая никогда не была позволена, выйдет на поверхность. И тебе станет страшно: «Что? Я буду инфантильным в этой точке? Когда все знают, что я профессор – или доктор, или инженер, – что я Ph. D., кандидат наук, и я буду инфантильным?» Возникает страх – страх общественного мнения, страх того, что подумают люди.

    Тот же самый страх разрушил тебя с самого начала. Тот же самый страх был ядом: «Что подумает мать? Что подумает отец? Что подумают люди, учителя и общество?» Маленький ребенок начинает становиться коварным – он не показывает своего сердца. Он знает, что это не будет принято окружающими, поэтому он создает лицо, камуфляж. Он покажет то, что люди хотят видеть. Это дипломатия, это политика – это яд!

    Каждый политичен. Ты улыбаешься, потому что улыбка окупается, ты плачешь, потому что от тебя ожидают, что ты будешь плакать. Ты говоришь определенные вещи, потому что это все упрощает. Ты говоришь своей жене: «Я тебя люблю», потому что это заставляет ее умолкнуть. Ты говоришь своему мужу: «Я умру без тебя, ты для меня единственный человек в мире, ты моя жизнь» – потому что он ожидает, что ты это скажешь, не потому, что ты это чувствуешь. Если ты это чувствуешь, тогда в этом есть красота; это настоящая роза. Если ты просто притворяешься, массируешь мужское эго, ублажаешь его, потому что тебе нужно осуществить посредством его какие-то цели, тогда это искусственный цветок, пластмассовый цветок.

    И ты обременен таким количеством пластмассы – это проблема. Мир не проблема. Так называемые религиозные люди продолжают говорить: «Отрекись от мира». Я говорю тебе, что мир – совершенно не проблема. Отрекись от фальшивого – вот в чем проблема. Отрекись от искусственного - вот в чем проблема. Не нужно отрекаться от семьи, но отрекись от фальшивой семьи, которую ты создал здесь.

    Будь истинным, подлинным. Иногда будет очень больно быть истинным и подлинным, это не дешево. Быть неистинным и неподлинным дешево, удобно, комфортабельно. Эго трюк, стратегия, чтобы защитить себя; это доспехи. Но тогда ты упустишь истину, которую уже носишь в своей душе. Тогда ты никогда не узнаешь, что такое Бог, потому что Бог может быть познан только внутри тебя. Сначала внутри, потому снаружи; сначала вовнутрь, потом вовне – потому что это самое близкое к тебе, само твое существо. Если ты упустишь Бога там, как ты можешь увидеть Бога в Кришне, Христе, Будде? Все это чепуха. Ты не можешь видеть Бога во Христе, если не видишь его в себе. А как ты можешь видеть Бога в себе, если постоянно окружаешь себя ложью? Ложь так велика, что ты почти забыл путь к своему существу. Ты потерялся в джунглях лжи.

    Фридрих Ницше сказал, что человек не может жить безо лжи; и в отношении девяноста девяти процентов людей он прав. Почему человек не может жить безо лжи? – потому что ложь функционирует как буфер, поглощающий шок. Ложь функционирует как смазка; ты не сталкиваешься с людьми. Ты улыбаешься, и другие улыбаются – это смазка. Может быть, внутри ты чувствуешь гнев, может быть, ты полон ярости, но ты продолжаешь говорить жене: «Я тебя люблю». Выразить ярость – значит попасть в беду.

    Но помни, пока ты не сможешь выражать ярость, ты никогда не научишься выражать любовь. Человек, который не может злиться, не может и быть любящим, потому что он должен так подавлять гнев, что становится неспособным выражать что-либо другое – потому что все вещи соединены вместе внутри твоего существа, смешаны друг с другом. Это одна и та же энергия. Если ты подавляешь гнев, тебе придется подавлять и любовь. Если ты выражаешь любовь, ты удивишься – вместе с ней возникает гнев. Либо подави все, либо все придется выразить. Ты должен понять эту арифметику своего органического единства. Будь либо выражающим, либо подавляющим. Выбор не в том, что ты можешь подавить гнев и выразить любовь; тогда твоя любовь будет фальшивой, потому что в ней не будет никакого жара, в ней не будет качества тепла. Это будет только манерность, тусклое явление, и ты всегда будешь бояться двигаться в нее глубоко.

    Люди только притворяются, что любят, потому что от них ожидают, чтобы они любили. Они любят детей, они любят жену или мужа, своих друзей, потому что определенные вещи от них ожидаются. Они выполняют эти вещи, как будто это их долг. В этом нет празднования. Ты приходишь домой и треплешь ребенка по голове, потому что от тебя это ожидается, это то, что нужно сделать, но в этом нет радости – это холодно, это мертво. И ребенок никогда не сможет тебя простить, потому что холодное прикосновение уродливо. И ребенок чувствует смущение, ты чувствуешь смущение.

    Ты занимаешься любовью со своей женщиной, но никогда не заходишь слишком далеко. Это может действительно привести тебя высоко, привести тебя к предельному блаженству, ты можешь раствориться в этом. Но если ты никогда не позволяешь гнева, если ты никогда не растворялся в гневе, как ты можешь позволить любви растворить себя? И много раз случалось – ты удивишься, – что любовник убивал свою женщину, потому что он позволял любовь, и внезапно приходил гнев. Хорошо известен тот факт, что часто любовник просто убивает женщину, душит ее – и он не убийца, ответственно общество. Он просто дерзнул слишком далеко зайти, пошел в любовь слишком глубоко. Когда ты идешь глубоко, ты становишься диким, потому что твоя цивилизованность – только на поверхности. Тогда возникает гнев, тогда возникает все, что скрыто в тебе, и ты почти безумен.

    Чтобы избежать этого безумия, ты занимаешься любовью очень поверхностно. Это никогда не великое явление. Да, люди правы, когда говорят, что это точно как чихание: это расслабляет напряжения, это освобождает тебя от определенной энергии, которая становится тяжелой. Но это не настоящая картина любви. Любовь должна быть экстазом – не как чиханье, не как выброс, но как реализация, освобождение. Пока ты не знаешь любовь как освобождение, экстаз, самадхи, ты не знал любви. Но это возможно, только если ты не ложный, если ты был подлинным во всем- если ты позволял гнев, если ты позволял смех, если ты позволял слезы, если ты позволял все. Если ты никогда не был предотвращающей силой, если ты никогда ничего не сдерживал, никогда ничего не контролировал – если ты жил бесконтрольной жизнью.

    И помни, под бесконтрольностью я не подразумеваю жизнь распущенности. Бесконтрольная жизнь может быть полна великой дисциплины, но дисциплины, не навязанной снаружи. Это не принятая дисциплина. Эта дисциплина приходит из твоих глубоких внутренних опытов. Она приходит из встречи со всеми возможностями твоего существа. Она приходит в переживании всех его аспектов, она приходит в исследовании всех его измерений. Она приходит из понимания. Ты был в гневе и что-то в нем понял – это понимание приносит дисциплину. Это не контроль. Контроль уродлив, дисциплина красива.

    Слово «дисциплина» буквально означает способность учиться, отсюда слово «учение». Оно не значит контроль, оно значит способность учиться. Дисциплинированный человек это тот, кто продолжает учиться из опытов жизни, кто идет во все, не боясь – кто рискует, кто исследует и ищет приключений, кто всегда готов идти в темную ночь неизвестного, кто не цепляется за известное, кто всегда готов совершать ошибки, кто всегда готов упасть в канаву, кто всегда готов к тому, что над ним посмеются другие. Только люди, которые достаточно храбры, чтобы их назвали дураками, способны жить, любить, знать и быть.

    Зрелость приходит в больших и больших, более и более глубоких опытах жизни, не в избегании жизни. Избегая жизни, ты остаешься инфантильным.

    Еще одно: когда я говорю, будь как ребенок, я не имею в виду быть инфантильным. Ребенок должен быть инфантильным; иначе он упустит этот великий опыт детства. Но молод ты или стар, инфантильность просто показывает, что ты не рос. Быть подобным ребенку – совершенно другое явление. Что это значит? Первое, ребенок всегда тотален – что бы ребенок ни делал, он поглощен этим, он никогда не раздроблен. Если он собирает ракушки на пляже, все остальное просто исчезает из его сознания, тогда все, что его заботит, это ракушки на пляже. Он поглощен этим, совершенно в этом потерялся. Это качество тотальности – одно из основ того, чтобы быть как ребенок. Эта концентрация, эта интенсивность, эта целостность.

    И второе: ребенок невинен. Он действует из состояния незнания. Он никогда не действует из знания, потому что у него нет никакого знания. Ты всегда действуешь из знания. Знание означает прошлое, знание означает старое и сказанное, знание означает то, что ты собрал. А каждая новая ситуация нова, и к ней не применимо никакое знание. Я не говорю об инженерии или технологии – там прошлое применимо, потому что машина есть машина. Но когда ты ведешь себя в человеческой атмосфере, когда ты общаешься с живыми существами, никакая ситуация не будет повторением никакой другой. Каждая ситуация уникальна. Если ты хочешь действовать правильно, тебе придется действовать из состояния невежества, как ребенок. Не привноси в это знания, забудь все знания. Отвечай на новое - новым, не отвечай на новое старым. Если ты отвечаешь из старого, ты упустишь: не будет моста между тобой и тем, что происходит вокруг тебя. Ты всегда будешь опаздывать; ты всегда будешь упускать поезд.

    Люди продолжают раз за разом видеть во сне уходящие поезда, на которые они опаздывают. Во сне человек бежит и бежит, и добегает до вокзала, и к тому времени, как он добегает, поезд уехал. Этот сон случается вновь и вновь с миллионами людей, это один из самых распространенных снов. Почему этот сон вновь и вновь случается с миллионами людей на земле? Они упускают жизнь. Они всегда опаздывают. Всегда есть промежуток. Они пытаются, но моста никогда нет. Они не могут общаться, они не могут ни во что вникнуть, что-то мешает. Что это? Мешает знание.

    Я учу вас неведению. Когда я говорю: будь как ребенок, я имею в виду, всегда продолжай учиться, никогда не становись знающим. Знание – мертвое явление, познавание – живой процесс. И учащийся должен это помнить – он не может действовать с точки зрения знания.

    Не наблюдал ли ты? – маленькие дети учатся так быстро. Если ребенок живет в многоязычной атмосфере, он научается всем языкам. Он знает язык, на котором говорит мать, на котором говорит отец, на котором говорят соседи – он может выучить три, четыре, пять языков очень легко, безо всяких проблем. Как только ты выучил язык, становится очень трудным выучить другой, потому что теперь ты начинаешь действовать с точки зрения знания. Говорят, что старую собаку нельзя научить новым трюкам. Это правда. Но что делает собаку старой? – не физический возраст, потому что Сократ продолжает учиться до самого конца, даже когда умирает.

    Будда продолжает учиться до самого конца. Что делает собаку старой? – знание делает собаку старой.

    Будда остается молодым, Кришна остается молодым. У нас нет ни единой статуи Будды или Кришны, изображающей их старыми. Дело не в том, что они никогда не состарились! Кришна дожил до восьмидесяти лет, он был очень стар, но что-то в нем осталось подобным ребенку, детским. Он продолжал действовать из состояния не-знания.

    Поэтому, первое, я хочу сказать, что под тем, чтобы быть как ребенок, я подразумеваю тотальность. И второе: оставайся учащимся, действуй из состояния не-знания. Именно это и есть невинность: действовать из состояния не-знания – есть невинность.

    И третье и последнее: у ребенка есть естественное качество доверия; иначе он не может выжить. Когда ребенок рождается, он доверяет матери, доверяет молоку, доверяет, что молоко будет его питать, доверяет, что все в порядке. Его доверие абсолютно, нет сомнения ни в чем. Он ничего не боится. Его доверие так велико, что мать даже боится – потому что ребенок может пойти и начать играть со змеей. Его доверие так велико, что ребенок может пойти и засунуть руку в огонь. Его доверие так велико – он не знает страха, он не знает сомнения. Это третье качество.

    Если ты знаешь, что такое доверие, если ты снова можешь научиться путям доверия, лишь тогда ты знаешь, что такое божественность, лишь тогда ты осознаешь, что такое истина. Это должно быть понято.

    Наука основывается на сомнении – именно поэтому все образование стало образованием сомнения. Наука полагается на сомнение, она не может расти без сомнения. Религиозность основывается на доверии, она не может случиться без доверия. Это диаметрально противоположные направления.

    Помни, если ты привнесешь доверие в научную работу, ты упустишь всю суть. Ты не сможешь ничего сделать, ты не сможешь ничего открыть. Сомнение здесь является методологией. У тебя есть сомнение, сомнение и только сомнение, ты должен продолжать сомневаться, пока не наткнешься на что-то, в чем нельзя сомневаться, нечто неопровержимое. Лишь тогда, в беспомощности, ты должен это принять – но все же с долей сомнения; завтра могут появиться новые факты, и все это придется отбросить. Поэтому только временно... Наука никогда не приходит ни к какой предельной истине, но лишь ко временной, приблизительной истине. Только на время это принимается как истина, потому что – кто знает? – завтра исследователи найдут новые факты, новые данные. Таким образом, наука приходит только к гипотезам, временным, произвольным. То, что открыл Ньютон, было выброшено в мусор Альбертом Эйнштейном, а то, что открыл он, отбросит кто-то еще. В науке сомнение является методологией. Доверия не нужно. Ты должен доверять, только когда нет возможности сомневаться, и то только временно, на время, в своего рода беспомощности. Что ты можешь сделать? – потому что никакое дальнейшее сомнение невозможно. Ты посмотрел со всех сторон,

    и все сомнения растворились, и возникла некоторая уверенность. Религия это диаметрально противоположное измерение. Точно как в науке методом является сомнение, в религии методом является доверие. Что значит доверие?

    Это значит, что мы не отдельны от существования, что мы – его часть, что это наш дом. Что мы принадлежим ему, что оно принадлежит нам, что мы не бездомны, что вселенная это мать. Мы можем быть детьми со вселенной, точно как ребенок доверяет, что, когда возникнет какая-нибудь потребность, мать придет и позаботится – когда он голоден, мать придет и накормит его, когда ему холодно, мать придет и обнимет его, согреет, даст тепло, любовь, заботу. Ребенок доверяет. Все что он должен сделать – это закричать, когда ему что-нибудь нужно, заплакать, чтобы привлечь внимание матери, вот и все.

    Религия говорит, что вселенная это наша мать и наш отец, отсюда эти выражения. Иисус называл Бога аббой, что гораздо лучше, чем отец. «Отец» – формальное слово, «абба» – неформальное. Если перевести слово «абба» буквально, это - скорее «папа», чем отец. Но называть Бога папой кажется немного абсурдным; церковь не позволит этого. Церковь скажет, что это неправильно. Но Иисус называл его аббой, папой.

    Фактически, молитва должна быть неформальной. «Отец» кажется таким далеким. Неудивительно, что, называя Бога «Отцом», мы отставили его далеко от себя, поместили где-то далеко, в небесах. Папа гораздо ближе – ты можешь его коснуться, он почти осязаем; ты можешь с ним поговорить. С Богом-Отцом, сидящим где-то высоко в небесах... ты можешь продолжать кричать, и все же нет уверенности, что это когда-нибудь достигнет его.

    Религия – это подход к существованию, подобный подходу ребенка: мир становится матерью или отцом. Ты не против природы, ты не борешься с природой. Борьбы нет, есть великое сотрудничество. Борьба кажется глупой и абсурдной.

    Сомнение не работает в религиозном опыте, точно как доверие не работает в научном исследовании. Наука означает исследование внешнего, религия означает исследование внутреннего. Наука это религия вещей, религия – наука существа. Точно как ты не видишь цветок ухом – как бы ни было чувствительно ухо, как бы ни было музыкально, ты не сможешь этим ухом увидеть цветок. Ухо может улавливать только звуки, у него есть свои ограничения. Если ты хочешь увидеть цвет, свет, форму, тебе придется посмотреть глазами. Глаза так красивы, но у них есть ограничения – ты не можешь видеть глазами музыку. Величайшая музыка не сможет проникнуть в тебя через глаза. Глаза глухи, тебе придется слушать ушами.

    Сомнение это дверь к вещам. Доверие это дверь к существу. Только в доверии познается божественность.

    И помни, ты можешь совершить ошибку двумя способами. Так называемые религиозные люди боролись с наукой, церковь постоянно боролась с наукой. Это была глупая борьба, потому что церковь хотела, чтобы наука основывалась на доверии. А теперь наука мстит – теперь наука хочет, чтобы религия тоже основывалась на сомнении, скептицизме, логике. Человек так глуп, что продолжает повторять раз за разом одни и те же ошибки. Церковь в средние века была глупа; теперь люди, которые считают себя учеными, снова повторяют ту же самую ошибку.

    Человек понимания скажет, что у сомнения есть собственный мир. Ты можешь использовать сомнение как метод, но у него есть ограничения. Так и у доверия есть собственный мир, но есть и ограничения. Нет необходимости использовать доверие, чтобы узнать о вещах, и нет необходимости использовать сомнение во внутреннем; тогда ты создашь путаницу. Если бы доверие использовалось в научном исследовании, наука бы вообще не родилась. Именно поэтому наука на Востоке осталась очень примитивной.

    Я встречал индийских ученых – в Индии даже ученый, который получил все возможное западное образование, который, может быть, получил награды или даже стал Нобелевским лауреатом, остается где-то глубоко внутри ненаучным, суеверным. Он продолжает пытаться каким-то образом – известным или неизвестным ему, осознавая это или нет – навязать доверие внешнему миру. И очень, очень религиозные люди Запада остаются где-то глубоко внутри сомневающимися. Запад исследовал возможности сомнения, а Восток исследовал возможности доверия.

    Вы должны использовать то и другое. И я называю человеком понимания того, кто использует то и другое. Работая в научной лаборатории, он использует сомнение, скептицизм, логику; молясь в храме, медитируя, он использует доверие. И он свободен – он не связан ни доверием, ни сомнением.

    Не будь прикованным к глазам или к ушам, иначе ты останешься бедным. У тебя есть и то и другое! – поэтому, когда хочешь видеть, используй глаза, когда хочешь слышать, используй уши. Не случайно, слушая музыку, люди закрывают глаза. Если ты знаешь, как слушать музыку, ты закроешь глаза, потому что глаза больше не нужны.

    Так и с доверием и сомнением. Доверие – это качество ребенка. Эти три качества: качество тотальности, качество неведения вопреки знанию и качество доверия – вот в чем смысл.

    Инфантильность – это своего рода сентиментальное эмоциональное состояние. Оно тебе не нужно. Каждому ребенку нужно позволить быть инфантильным, и каждому взрослому нужно позволить быть взрослым, но взрослый может также иметь качества ребенка. Инфантильности не нужно, этого качества припадков гнева не нужно, этой сентиментальности не нужно – но зрелость может прекрасно справиться с качествами человека, подобного ребенку. Между ними нет противоречия. Фактически, ты можешь стать более зрелым, если будешь как ребенок.

    Но если твоя инфантильность осталась неосуществленной, тебе придется ее позволить. Пусть она придет, и пусть она будет осуществлена – чем раньше, тем лучше, иначе она будет цепляться за тебя до самого конца. Позволь ей выразиться, и пусть она уйдет.

    Как только она позволена, она проведет некоторое время и уйдет, оставив тебя очень осуществленным. Лучше идти в нее прямо сейчас, чем откладывать – потому что чем больше ты откладываешь, тем труднее это станет, – и тогда ты найдешь, что возникает подобное ребенку качество. Инфантильность исчезнет. Она придет на время, потом уйдет, и твой ребенок будет свежим и молодым. И когда будет достигнут этот ребенок, ты начнешь расти. Тогда ты можешь стать зрелым. Ты не можешь стать зрелым со всей той ложью, которой окружил себя. Ты можешь стать зрелым, только став истинным, только став правдивым.


    От секса к чувственности

    Действительно ли возможно отбросить секс, пройдя через него? Кажется, мое тело и ум никогда не перестанут его просить.

    Почему ты так спешишь его отбросить? Если ты так спешишь его отбросить, то ты никогда не сможешь этого сделать. Сама спешка, само желание отбросить его не позволят тебе понять его тотально. Как ты можешь понять что-то, если уже решил, что

    это неправильно, что это нужно отбросить? Ты уже осудил, даже не выслушав! Дай шанс своей сексуальности.

    Я слышал, что Муллу Насреддина сделали мировым судьей. Первое дело пришло в суд, и он выслушал одну из сторон. Тогда он сказал:

    - Теперь слушайте мое суждение. Судебный служащий был озадачен, потому что он еще не выслушал противоположную сторону.

    Он склонился к Насреддину и сказал:

    - Что ты делаешь, господин? Суждение? Ты еще не выслушал другую сторону!

    - Что значит другую сторону? – сказал Мулла. – Ты что, хочешь меня запутать? Сейчас все ясно! А если я послушаю другую сторону, то приду в замешательство. Тогда вынести суждение будет очень трудно.

    Но будет ли это суждением? Ты совершенно не выслушал другую сторону. Ты слушал многие века так называемых святых - они очень убедительны. Вся их сексуальная энергия превратилась в красноречие, направленное против секса – ты их слушал. Ты никогда не позволял высказаться своей собственной сексуальности. Нет, это будет неправильно, ты предубежден. Почему? Кто знает? Может быть, это не то, что должно быть отброшено. Тогда?.. Кто знает? Может быть, это как раз то, что нужно продолжать. Оставайся открытым. Я не говорю ничего, кроме того, чтобы ты оставался открытым. Глубоко медитируй. Пока ты занимаешься любовью, пусть медитативность проникнет в акт твоей любви. Наблюдай! И забудь все предрассудки, в которых тебя воспитали – вся эта обусловленность против секса сделает тебя более сексуальным, и тогда ты будешь думать, что твоя проблема в сексуальности.

    Проблема не в самой сексуальной энергии. Проблема в антисексуальном уме, который создает извращение.

    Все религии были источниками извращений. Когда я говорю «религии», я не имею в виду Будду, я не имею в виду Махавиру, я не имею в виду Кришну, я не имею в виду Христа или Мухаммеда; я имею в виду последователей. Они были источником – великим источником. А что произошло на самом деле? Они наблюдали Будду и видели, что секс исчез, и они постановили, что секс должен исчезнуть. Ты можешь стать Буддой, только когда исчезает секс – они возвели это в правило. А это просто ставит вещи в неправильный порядок. Секс исчезает, потому что Будда пришел к своему внутреннему источнику, не наоборот. Было не так, что он отбросил секс и стал Буддой, – он стал Буддой, и поэтому секс исчез. Но снаружи люди наблюдали за Буддой и увидели, что секс исчез, – поэтому отбрось секс, если хочешь стать Буддой. Будду не интересуют деньги, поэтому они подумали: «Перестань интересоваться деньгами, если хочешь стать Буддой».

    Но все это неверные подходы! Они не касаются причины, но ошибочно принимают следствия за причину. Причина содержится внутри природы Будды. Он стал пробужденным к своему внутреннему существу. Когда человек пробуждается к своему внутреннему существу, он так блажен, что кто будет заботиться о сексе? Кто будет выпрашивать у другого небольшие мгновения удовольствия? Кто будет просить подаяния? Если ты император и у тебя есть все сокровища, бесконечные сокровища внутри тебя самого, ты не пойдешь просить женщину, ты не пойдешь просить мужчину дать тебе несколько мгновений удовольствия. И ты знаешь, что она просит милостыню, и ты просишь милостыню – двое нищих, стоящих друг перед другом с протянутыми чашами: «Ты дашь мне несколько мгновений удовольствия, я дам тебе несколько мгновений удовольствия». А оба нищие! Как могут нищие давать?

    Но я не говорю, что в этом что-то плохо или неправильно. Пока природа Будды с тобой еще не случилась, все эти вещи будут продолжаться – все в порядке. Сейчас не суди – суждение неправильно. Просто стань более наблюдательным, более принимающим, более расслабленным в своих энергиях. Иначе ты будешь в беде. Христианские святые были в беде веками.

    Я слышал о Иерониме, очень известном христианском святом. Он был до такой степени против тела, что каждый день стегал тело хлыстом. Кровь текла из его тела, и тысячи людей приходили смотреть это великое подвижничество. Все они были больны: Иероним был мазохистом, а люди, собравшиеся смотреть на это великое явление, – садистами. Они хотят мучить людей, полны великого желания мучить – но не могут, а этот человек все делает сам; они очень счастливы, наблюдая это. Все они патологичны.

    Иероним называл тело «подлым телом» и «мешком испражнений». В его пещере его мучили видения прекрасных девушек. Он разрешал брак, но очень неохотно – потому что это единственный способ производить девственников. Причина была в том, чтобы производить девственников – самых совершенных существ на земле. Поэтому секс – это необходимое зло, вот почему он разрешал брак; иначе это грех.

    Другой человек, Климент Александрийский, написал: «Каждая женщина должна быть ошеломлена от стыда при мысли, что она женщина – потому что она являет собою дверь в ад».

    Меня всегда удивляли эти люди. Если женщина это дверь в ад, тогда ни одна женщина не может попасть в ад – сама дверь не может войти. Мужчина может войти в ад через женщину, ладно – но как насчет женщины? Наверное, они все в раю, – естественно! А мужчины? Если женщина это дверь в ад, то кто же тогда мужчина? – потому что все эти писания были написаны мужчинами, и все эти святые были мужчины.

    Фактически, женщины никогда не были такими невротичными; именно поэтому мы не слышим о стольких святых женщинах. Они были более нормальными, они были более земными. Они не были такими глупыми, какими оказались мужчины. Они были более грациозными и округлыми в своем существе, более центрированными. Поэтому ты не слышишь о таких женщинах, как этот Климент Александрийский – нельзя найти параллельную женщину. Ни одна женщина никогда не говорила, что мужчина это дверь в ад.

    И нельзя сказать, что среди женщин никогда не было мистиков. Нет, была Мира, была Рабия, была Лалла в Кашмире – но они никогда не говорили ничего подобного. Наоборот, Мира сказала, что любовь – это дверь к Богу.

    А другой святой, Ориген, кастрировал себя – убийцы, суицидальные люди! Все это подавление создало великую патологию в христианском мире. Одна монахиня, Матильда из Магдебурга, почувствовала, как рука Бога ласкает ей грудь. Зачем Богу об этом заботиться? Но если ты избегаешь мужчин, то начнешь создавать фантазии. Тогда ты должна будешь вложить слишком много в свои фантазии. Кристина Эбнер, другая монахиня, считала себя беременной ребенком от Иисуса. Были монахини, которым снилось совокупление с Девой Марией. И из-за великого подавления монастыри и соборы стали любимым местом посещения так называемых злых духов. Эти демоны принимали формы либо суккубба, красивых девушек, которые прыгали в постели будущих святых, или инкуба, привлекательных молодых мужчин, которые тревожили сон или медитацию монахинь. Такая патология возникла в христианстве, что людям стали сниться всевозможные вещи. И многие монахини сознавались в суде, что дьявол приходил к ним ночью и занимался с ними любовью. Они даже описывали физиологию дьявола, какой у него половой орган – раздвоенный, чтобы он входил в оба отверстия.

    Патология, больные люди, невротичные! И эти монахини сознавались в судах, что после того, как ты занимаешься любовью с дьяволом, ни один мужчина никогда не может тебя удовлетворить – он величайший любовник, он дает такие оргазмы! Такая ерунда случалась не только в христианстве, но и во всем мире. Но христианство достигло в этом высочайшей вершины.

    Пожалуйста, не будь против секса; иначе ты будешь падать в ловушку секса больше и больше. Если ты хочешь от него избавиться, ты никогда от него не избавишься. Да, есть точка трансценденции, в которой секс исчезает – но не потому, что ты против него. Он исчезает, только когда ты находишь лучшие благословения, возникающие внутри твоего существа, никогда не раньше. Сначала должно быть найдено высшее, тогда низшее исчезает само собой.

    Пусть это будет фундаментальным правилом твоей жизни: никогда не будь против низшего, ищи высшего, и в то мгновение, когда тебя осенит высшее, внезапно ты увидишь, что интерес к низшему исчез.

    Ты спрашиваешь: «Действительно ли возможно отбросить секс, идя в него?»

    Я этого не говорю. Я говорю, что если ты через него пройдешь, то сможешь его понять. Понимание приносит свободу, понимание освобождает.

    Я не против секса, поэтому не торопись его отбросить. Если ты хочешь его отбросить, как ты можешь его понять? А если ты его не понимаешь, он никогда не исчезнет! А когда он исчезает, то не так, будто секс отрезан от твоего существа – ты не становишься совершенно несексуальным существом. Когда секс исчезает, фактически ты становишься более чувственным, чем когда-либо раньше, потому что вся эта энергия поглощена твоим существом.

    Будда более чувствен, чем ты. Когда он вдыхает запах, он вдыхает интенсивнее тебя. Когда он касается, он касается тотальнее, чем это делаешь ты. Когда он смотрит на цветы, он видит цветы более красивыми, чем можешь увидеть ты – потому что вся его сексуальная энергия распространилась по всем органам чувств. Она больше не локализована в гениталиях, она распространилась по всему телу. Поэтому Будда так красив – грация, неземная грация – откуда она берется? Это секс – трансформированный, трансфигурированный. Это та же самая грязь, которую ты клеймил и осуждал, и которая стала цветком лотоса.

    Поэтому никогда не будь против секса; он станет твоим цветком лотоса. А когда секс действительно трансфигурирован, тогда ты понимаешь, какой это великий подарок Бога. Это вся твоя жизнь, это вся твоя энергия. На низших планах, на высших планах – это единственная энергия, которая у тебя есть. Поэтому не носи никакого противоречия, иначе ты станешь подавляющим. Человек, который подавляет, не может понимать. Человек, который не может понимать, никогда не трансфигурирует, никогда не трансформирует.


    Путешествие без Конца

    Твое сознание гораздо больше всей вселенной. Оно бесконечно. Ты не можешь прийти к точке, где ты мог бы сказать: «Достаточно». Есть всегда больше и больше. Есть всегда возможность расти. И рост, зрелость – это такой красивый опыт, что кто захочет его прекратить?

    Мы остановились во всех смыслах. Даже великий ученый Альберт Эйнштейн использовал всего пятнадцать процентов своего разума. Что сказать об обычных людях? – они никогда не используют более пяти процентов.

    Только подумай, если бы Эйнштейн мог использовать сто процентов своего разума, он дал бы миру невообразимые богатства.

    И если бы каждый использовал сознание на сто процентов, кто захотел бы попасть в рай и жить со всеми этими мертвыми святыми, дурачками, мазохистами, единственная квалификация которых – самоистязание? – это просто психическая болезнь.

    Если каждый использует сто процентов своего разума, мы можем создать здесь рай. Не нужно никуда идти. Мы можем дать человеку такую долгую жизнь, какую он только пожелает, такую здоровую, как он только пожелает. Мы можем создать такое богатство, что оно станет почти как воздух – никто не станет накапливать его.

    Использовать разум тотально – это начало зрелости.

    Осознанность – это только методология. Сначала осознай, сколько разума ты используешь, и используешь ли ты его вообще?

    Верование, вера не разумны. Это принятие решения вопреки разуму. Осознанность – это методология наблюдения, сколько разума ты используешь. И просто наблюдая, ты увидишь, что используешь немного. Многими путями осознанность сделает тебя бдительным. Ты можешь ее использовать.

    Осознанность принесет тебе сто процентов разума, сделает тебя почти божественным. И осознанность на этом не остановится. Осознанность поможет тебе использовать разум полностью.

    Разум – это дорога, идущая наружу, соединяющая тебя с миром, с объектами. Разум даст больше науки, больше технологии. Фактически, человеку больше не нужно было бы работать, если бы мы могли использовать весь наш разум. Машины могут делать почти все. И тебе не нужно нести, согласно Иисусу, свой крест на плечах. Это глупо.

    Машины могут делать почти все, и ты впервые освобождаешься от рабства; иначе ты чувствуешь себя свободным только на словах. Но ты должен зарабатывать на хлеб, ты должен заработать какие-то деньги, чтобы создать приют, дом; нужны деньги на лекарства, нужны деньги на другие вещи.

    Поэтому кажется, что ты независим, но это не так. Старого рабства больше нет; теперь ты не скован, но есть невидимые цепи – твои дети, твои старые родители, больная жена, работа.

    Человек еще не свободен. Он работает восемь часов, все еще носит папки домой. Он работает дома поздно ночью, работает по воскресеньям. Все еще папки продолжают расти у него на столе, и кажется, этому нет конца. Зайди в любую контору и посмотри на этих людей, посмотри на их столы. Видишь ли ты, что они свободны? Только подумай о себе: действительно ли ты свободен?

    Есть только одна возможность – сверхтехнология, которая будет делать всю работу, и человек будет совершенно свободен, чтобы быть творческим. Ты можешь играть на гитаре, петь песни. Ты можешь рисовать, создавать скульптуры. Ты можешь делать тысячи вещей, которые украсят Землю. Ты можешь создавать прекрасные сады, пруды.

    Многое нужно сделать, чтобы эта Земля была красивой. Если есть Бог, даже он, может быть, позавидует и решит, что неправильно было изгонять Адама и Еву из рая; у этих людей получается гораздо лучше. И это будет неудивительно – если есть Бог, однажды он постучится в двери и скажет: «Можно войти?»

    Осознанность высвободит твой разум, сделает тебя зрелым. И тогда зрелость продолжает расти.

    Обычно ты просто становишься старше, но не растешь. Стареть это одно, взрослеть – совершенно другое. Все животные стареют; ни одно животное, кроме человека, не может взрослеть. Стареть – значит просто приближаться к смерти – не очень большое достижение. Взрослеть – значит приближаться к тому, чтобы осознать бессмертное, вечное, у которого нет ни начала, ни конца. Весь страх исчезает. Вся паранойя исчезает. Вы не смертны.

    Старея, вы смертны. Взрослея, вы бессмертны. Ты знаешь, что сменишь много домов. Ты сменишь множество форм, но каждая форма будет лучше прошлой, потому что ты растешь, становишься более зрелым. Ты заслуживаешь лучших форм, лучших тел. И в конце концов, приходит момент, когда тебе не нужно никакого тела. Ты можешь оставаться просто чистым сознанием, распространенным по всему существованию. Это не потеря, это приобретение.

    Капля, соскальзывающая с листа лотоса в океан... Ты можешь подумать, что бедная капля потерялась, утратила свою тождественность. Но посмотри из другого измерения: капля стала океаном. Она ничего не потеряла, она стала безграничной. Она стала океанической.

    Осознанность – это метод, который сначала будит твой разум, затем существо, затем помогает тебе стать зрелым, дает осознание бессмертия, и в конце концов приводит тебя к целому.

    Становление зрелым – продолжающийся без конца процесс. Не будет никакой точки, даже запятой... это продолжается и продолжается. Вселенная бесконечна. И есть возможность того, чтобы ты стал зрелым. Ты можешь быть таким гигантским... Твое сознание не ограничено телом. Оно может распространиться на все существование, и все звезды могут быть у тебя внутри. И нет такого места, где ты нашел бы табличку с надписью: «Здесь кончается вселенная». Это просто невозможно. Она никогда не начинается; она никогда не кончается.

    И ты – ее часть. Ты был всегда и всегда будешь. Только формы меняются, но формы не имеет значения. Значение имеет содержание. Поэтому помни, что особенно в Америке контейнер имеет больше значения, чем содержимое. Кто заботится о содержимом? Контейнер должен быть прекрасным.

    Помни, контейнер это не ты. Ты – содержимое. Формы меняются, но существо остается прежним. И оно продолжает расти, становиться зрелым, продолжает становиться богаче.

    Ты спрашиваешь: «Каково отношение между осознанностью и зрелостью?»

    Осознанность – это метод, становление зрелым – результат. Стань более и более осознанным, и ты получишь больше зрелости, поэтому я учу осознанности и не говорю о зрелости. Это случится, если ты осознан.

    Есть три шага осознанности.

    Первый, осознай тело – когда ходишь, рубишь дрова или носишь воду из колодца. Будь бдителен, наблюдателен, осознан, сознателен. Не продолжай делать веши как зомби, как сомнамбула, как лунатик.

    Когда ты осознаешь тело и его действия, двигайся глубже – к уму и его деятельности, мыслям, воображениям, проекциям. Когда ты глубоко осознаешь ум, ты будешь удивлен.

    Когда ты осознаешь телесные процессы, ты тоже будешь удивлен. Я могу двигать рукой механически; я могу двигать рукой с полной осознанностью. Когда я двигаю ею с полной осознанностью, есть грация, есть красота.

    Я могу говорить без осознанности. Есть ораторы... я не знаю никакого ораторского искусства; я никогда не учился искусству говорить, потому что для меня это выглядит глупо. Если тебе есть что сказать, этого достаточно. Но я говорю с полной осознанностью, каждое слово, каждую фразу... Я не профессиональный оратор.

    Но когда ты осознаешь говорение, оно начинает становиться искусством. Оно приобретает нюансы поэзии и музыки. Это неизбежно случится, если ты говоришь с осознанностью. Тогда в каждом жесте, в каждом слове есть собственная красота. Есть грация.

    Когда ты осознаешь ум, тебя ждет еще большая неожиданность. Чем более ты осознаешь, тем меньше мыслей становится на дороге. Если у тебя сто процентов мыслей, осознанности нет. Если у тебя один процент осознанности, мыслей девяносто девять процентов – в точной пропорции. Если у тебя девяносто девять процентов осознанности, есть только один процент мыслей, потому что это та же самая энергия.

    Когда ты становишься более осознанным, не остается энергии, доступной для мыслей; они вымирают. Когда ты осознан на сто процентов, ум становится абсолютно молчаливым. Время двигаться еще глубже.

    Третий шаг: осознай чувства, настроения, эмоции. Другими словами, сначала – тело и его действие, потом – ум и его деятельность, и третье – сердце и его функции.

    Когда ты движешься в сердце и вносишь осознанность и в него – снова неожиданность. Все, что хорошо, – растет; а все, что плохо, – начинает исчезать. Любовь растет, ненависть исчезает. Сострадание растет, гнев исчезает. Щедрость растет, жадность исчезает.

    Когда твоя осознанность сердца полна, последняя неожиданность и величайшая: ты не совершаешь никакого шага. Сам по себе происходит квантовый скачок. Из сердца ты внезапно оказываешься в существе, в самом центре.

    Тогда ты осознаешь только осознанность, сознаешь только сознание. Тогда больше нечего осознавать, не о чем быть сознательным. И это предельная чистота. Именно это я называю просветлением.

    И это твое право от рождения! Если ты упускаешь, ответствен только ты. Ты не можешь переложить ответственность ни на кого другого.

    И это так просто и естественно, что ты должен только начать.

    Труден только первый шаг. Все путешествие просто. Есть поговорка, что первый шаг это почти все путешествие.









    Главная | Контакты | Прислать материал | Добавить в избранное | Сообщить об ошибке